Чтение онлайн

"Эля не только танцовщица, но еще и актриса. Причем, талантливая", - наблюдая в щель между шторок, думал я.

Слов слышно не было, но определенно Элеонора выговаривала людям Шаха за то, что они так долго не могли ее отыскать. Выглядела Эля насмерть перепуганной, и то и дело нервно оглядывалась по сторонам. Как будто совсем не она сказала мне: жаль, что ночь пролетела так быстро!

Затем УАЗик дал ход, и скрылся из виду за поворотом улицы. Пора было выбираться и мне.

Перед тем, как выйти из дому, я положил на кухонный стол несколько пикселей - плату за пирог. Не забыв при этом усмехнуться: вот же придумали название для местной валюты! Затем проверил наличие патронов в барабане револьвера: точно их семь? Пустых гнезд нет? Снаряжал барабан впопыхах, в темноте, а затем мне стало ни до чего. Кроме девушки, горячей как огонь, и сладкой как мед. Постоял еще немного, глядя на постель и вспоминая подробности ночи, тяжело вздохнул - вряд ли нам предстоит еще встретиться, и пошел на выход.

Теперь света в коридоре было достаточно для того чтобы толком рассмотреть одну из тех тварей, которые устроили ночной переполох в Фартовом.

Больше всего бартр походил на гиену. Такая же мощная шея и несуразно большая по отношению ко всему остальному телу голова. Разве что шкура не пятнистая, а однотонно бурая. И лапы как будто приделаны от обезьяны. Так и хотелось назвать их руками. Но каждый палец оканчивался длиннющим когтем, таких у приматов нет.

"Интересно, есть у него нечто вроде той железы, которую извлек из птера Гриша Воробей? Денег мы неплохо на этом заработали. Понятно, что после такого нападения железа обязательно упадет в цене, но хоть что-то",- размышлял я, глядя на труп с окровавленной мордой. Затем плюнул на него в прямом и переносном смысле. Копаться во внутренностях не хотелось. Особенно в связи с тем - понятия не имел, что именно и где следует искать.

Первым, что увидел, выбравшись на улицу, был Леха Воробей. Он и сейчас напоминал эту птицу. Наверное, даже больше, чем при жизни. Только птицу помятую, со слипшимися от крови перьями, которая побывала в пасти кошки. Мы должны были сегодня встретиться, и мне следовало его отблагодарить. Все-таки именно благодаря ему я и попал к Греку. Не знаю, что будет дальше, но пока меня устраивало все. И люди у него подобрались хорошие. Тот же Гриша, который весь вчерашний вечер внушал мне, что никому верить нельзя, и что каждый заботится только о собственный заднице, когда пришла опасность, сделал все, чтобы меня спасти. Между прочим, рискуя собственной жизнью.

Леху грузили в переполненную телами телегу с впряженной в нее лошадью. Низкорослой, мохноногой и гривастой, и с большой мордой. Чем-то похожей на якутскую породу. "Их-то сюда за что?! Или они местные?".

– Но!
– тряхнул возчик вожжами, заставляю лошадь тронуться с места. Та всхрапнула, покосилась на меня грустным глазом, и пошла.

Почему-то мне казалось, первым, что будет после моего возвращения на базу Грека, станут вопросы: так ты живой?! Как удалось уцелеть?! Где прятался?!

И даже придумал на скорую руку легенду, в которой ни слова не упоминалось действительное местонахождение этой ночью. Но нет, встретили меня так, как будто мое спасение никого не обрадовало. Наоборот - на меня смотрели так, как будто я совершил нечто крайне предосудительное.

– Что пялитесь?
– не выдержал я.

– Он еще спрашивает! Ты зачем это сделал?!- Гудрон глядел на меня с неожиданной злобой.

– Что именно?

Никакой вины за собой я не чувствовал. Не смог пробиться в "Шантан"? Так уж получилось. Что-то еще? Но что именно? Неужели вместо твари я попал в кого-то из людей? По крайней мере, не в своих точно - они все здесь. В том числе и Грек, с которым мы разминулись в коридоре.

– Ты хоть частично себе представляешь, как всех нас подставил! Как нам теперь выкручиваться?! Ты же один из нас! А значит, мы за тебя в ответе.

– Да что случилось-то?

– Теоретик, ты зачем бабу Шаха трахнул?!

Я сел там, где стоял. Благо, сразу за мной находилась лавка. Откуда они узнали?!

– С чего ты взял?

А что мне еще оставалось, кроме того, что категорически все отвергать?

– С чего?! Да с того, что вас видели голыми и в постели! Вот с чего! Только не говори, что вы так от бартров спасались, не поверит никто!

Как?! Ну как нас могли увидеть?! Не было там никого! Или все-таки были? Где-нибудь за стеной в соседнем помещении? И подглядывали через какую-нибудь щелочку?

А тот продолжал.

– Вопрос времени, и весь Фартовый узнает. А там и до самого Шаха дойдет. После чего заявится он со своими людьми сюда и потребует твою голову. Если уже не в пути. Ну и что нам тогда делать? Мы отдавать тебя не должны. Но и проблемы с Шахом нужны нам в самую последнюю очередь. Дилемма. Короче, все идет к тому, что придется тобой пожертвовать. Но такие вопросы принято решать коллегиально, и потому мы сейчас проголосуем: отдавать тебя, нет?

– Не надо голосовать, - выдавил из себя я.

Если они большинством голосов проголосуют за выдачу, меня сразу же схватят, свяжут, и примутся ждать, когда пожалует Шах. И когда тот заявится, отдадут ему в руки. "Нате, мол, Сергей Вениаминович, нам с вами ссориться не с руки!". Судя по словам Эли, он - тот еще зверь. Затем Шах устроит мне с ней очную ставку. Если Эля к тому времени будет еще жива. Попытаться вырваться отсюда с боем? Народ тут тертый, и мне даже наган не дадуи выхватить. Может, и получится, и даже пальнуть пару раз, но что дальше?

– А что надо?
– живо поинтересовался Гудрон.

– Две просьбы выполнить.

– Какие именно? Спрятать тебя понадежней - это понятно. А вторая?

– Не надо меня никуда прятать. Дайте нормальный ствол. Такой как у Яниса вполне бы меня устроил. Ну и пару магазинов к нему.

У Яниса в наплечной кобуре Стечкин. И если мне не хватит шестидесяти патронов на то, чтобы исполнить свой замысел, не хватит и шестисот. И шести тысяч.

– А вторая?

– Толком объяснить, где этот ваш Шах обитает. Желательно с подробностями.