Чтение онлайн

Наконец Луис вырос и смог работать в реальной Матрице, развившей его навыки декера. Однако и здесь он оставался трисомиком-11. Без чрезвычайного медицинского вмешательства, снова оплаченного родителями, сердце Луиса износилось бы, а вся сердечно-сосудистая система сколлапсировала бы еще до того, как ему стукнуло пятнадцать. Луис до сих пор нуждался в помощи компьютера (сейчас имплантированного прямо в его маленький череп) для правильной фокусировки внимания. А его единственная связь с внешним миром осуществлялась через большие очки с вмонтированными миниатюрными видеокамерами и стереомикрофонами, которые он носил на своем плоском лице и подключал к соединительному гнезду. Физически Луис был почти полным инвалидом. Вся его жизнь проходила в специально разработанном кресле-каталке, которым он управлял мысленными сигналами с помощью специального устройства.

Кроме того, у него развилась пагубная привычка к Матрице. Только подключившись к ней и блуждая по электронной среде киберпространства, он жил полноценной жизнью. Как-то раз Луис признался, что когда он не в Матрице, то живет лишь ожиданием.

Слай рассматривала маленькое уродливое лицо Луиса на экране телекома, стараясь не показать своего отвращения. Не имело значения, что его наружность казалась ей отталкивающей, личность — заведомо извращенной неправильным воспитанием, а характер — и того хуже. Луис был дьявольски опытным декером — этого никто не стал бы отрицать.

Большую часть времени он работал в Матрице как «наемный убийца» для многих корпораций Сиэтла. Но у него еще оставалось время, чтобы выполнять теневую работу для людей, которые ему нравились. Непонятно почему, но Слай ему нравилась. С тех пор, как она бросила ремесло декера, Слай нанимала Луиса больше дюжины раз. Конечно, не поручая ему особо важных дел — она не настолько доверяла Луису. Для по-настоящему важных проектов она выбирала других декеров. Наверное, не столь умелых, как Луис, но достаточно хороших.

Слай вздохнула.

— Извини, Луис, ты прав. Я забыла. Ты действительно принес данные. Давай их сюда.

Луис улыбнулся ей своими плоскими губами.

— Сейчас получишь. Готова?

Слай нажала кнопку телекома, открыла файл приема, подала сигнал к передаче, и Луис сбросил содержимое персонального файла Марии Моргенштерн по линии данных. Слай открыла второе окно на экране, с удовлетворением наблюдая, как оно заполняется текстом. Прекрасно, он раздобыл все. Этим Луис и отличался — основательностью. Ни неполных файлов, ни испорченных данных. Конечно, он просмотрел информацию и исправил любые вкравшиеся дефекты.

Телеком дал сигнал окончания приема, и Слай закрыла приемный файл и окно данных.

— Есть. В кристалле и закрыто. Готов принять оплату?

Луис не ответил, но его компьютерная система уже была переконфигурирована и готова принять перевод. Передача денег заняла меньше секунды. Тысяча нуен, только и всего. Да, легко пришли, легко ушли.

— С тобой приятно вести дела, — с усмешкой сказал Луис. — А теперь как насчет того, чтобы нам с тобой получить удовольствие?

Слай ошеломленно уставилась на него, зная, что Луис может прочесть смятение на ее лице. «Он что, не понимает, о чем говорит?» — была ее первая мысль. От кого-либо еще это можно было расценить как вульгарную шутку. Но не от Луиса, чье исковерканное, почти детское тело было неспособно на что-либо, хоть отдаленно напоминающее секс. Он когда-нибудь?..

Луис засмеялся — раздался странный булькающий звук, — и по его подбородку потекла струйка слюны.

— Я тебя достал! — прокаркал Луис. — Пять против одного. Ах, бедная Слай, у тебя все еще плохо с юмором.

Юмор? Она посмотрела на слизнеподобного декера с отвращением.

— Да, Луис, — бесстрастно сказала она, — ты меня достал.

Слай протянула руку, чтобы разъединиться.

— Эй, подожди.

Слай замерла.

— А как насчет другого файла? — спросил Луис.

— Какого еще файла?

Он покачал головой.

— Файла, который я получил от умирающего декера. — Луис говорил медленно, как косноязычный дебил. — Он передал мне перед смертью… Ты хочешь его получить?

— А тебе он не нужен?

Луис замотал головой.

— Нет, — резко ответил он. — Нет, мне он не нужен. Он приносит несчастье. У него плохая карма.

На сотую, может быть, тысячную долю секунды Слай удивилась странной суеверности, которой отличались многие декеры. Как могут люди, имеющие дело исключительно с бесстрастной, холодной техникой, опасаться какой-то мумбо-юмбовской плохой кармы?

И так — не только Луис. Она знала, что почти каждый декер исполнял какой-либо особый ритуал или имел тот или иной талисман, приносящий удачу в Матрице. (Правая рука Слай легла на пояс, точнее, на карман, где она хранила лапку кролика — лапку настоящего кролика, а не подделки, слепленной из синтетического меха. Она всегда брала ее с собой, отправляясь на вылазки. «Но это же совсем другое, — подумала она, — не так ли?»)

— Можешь забирать этот файл, — сказал Луис. — Бесплатно. Это премия. Дьявол, может быть, там что-то стоящее?

Слай колебалась.

— Ты сказал, что он закрыт. Ты вскрыл пароль?

И опять Луис покачал головой, явно волнуясь.

— Нет, — пролаял он и с трудом овладел собой. — Нет, — сказал Луис уже спокойнее, — я к нему даже не прикасался. Готовься к приему — посылаю.

Слай торопливо открыла другой файл приема, как раз одновременно с приходом данных на ее компьютер. Снова она открыла на экране окно данных — посмотреть, что поступает. Но на этот раз вместо правильных строк текста окно заполнил хаос букв и цифр, перемешанных с причудливыми графическими символами.

Передача заняла две секунды, что говорило об огромном объеме файла. Слай взглянула на строку состояния в нижней части экрана. Больше сотни мегапульсов данных.

Передача закончилась, и Слай закрыла файл.

— Спасибо, Луис, — сухо сказала она.

Он хмыкнул.

— Если там нет ничего стоящего, просто сотри его, — буркнул он. — Это твой файл, делай с ним что хочешь. Я себе даже копии не оставил.

Что означало, конечно, что он оставил себе копию файла на Моргенштерн. Но это было в порядке вещей — большинство декеров оставляли себе копии файлов, которые они добывали. Это была элементарная мера предосторожности против очередного «мистера Джонсона», которому нравилась старая пословица о том, что мертвые не болтают. Слай ожидала этого.