Чтение онлайн

Госпожа Иванова сидела на кровати — всё так же с ромашкой в руках. Рядом с ней сидела нянька и расчёсывала госпоже Ивановой волосы. При виде нас она удивленно опустила руку с гребнем. А госпожа Иванова даже не заметила, что мы пришли.

— Любит — не любит, — донеслось до меня. — Любит — не любит…

Оторванные лепестки падали на пол.

Я повернулся к врачу.

— Мы должны остаться тут втроём. Госпожа Иванова, Клавдия Тимофеевна и я.

— Но… — начал врач.

— Дело государственной важности. — Я вынул из-под рубашки медальон тайной канцелярии, показал врачу. — Прошу вас покинуть помещение и не впускать сюда никого — до тех пор, пока я не разрешу.

— Понял, — пробормотал врач. Приказал няньке: — Выйди.

— Тихий час ведь, Аристарх Петрович, — удивилась та. Она медальон не видела, а если бы и увидела — не уверен, что поняла бы, что это за штука такая. — Ихнему сиятельству отдыхать надо…

— Выйди, — другим тоном, с нажимом повторил врач.

Больше нянька не возражала. Поспешно пложила гребень на стоящую рядом с кроватью тумбочку, поправила на плечах госпожи Ивановой шаль и вышла.

— Полагаю, нет смысла вас предупреждать, что о нашем с Клавдией Тимофеевной визите не стоит сообщать никому? — спросил я у врача.

— Д-да, — пробормотал он. — Безусловно. Я понимаю.

— В таком случае… — Я выразительно посмотрел на дверь.

— Не волнуйтесь, Аристарх Петрович. — Клавдия тронула врача за рукав. — Мы не причиним госпоже Ивановой вреда.

Врач грустно улыбнулся.

— По чести говоря, плохо себе представляю больший вред, который можно ей причинить. Не в её состоянии привередничать, уж простите мой профессиональный цинизм… — С этими словами он удалился.

Я плотно закрыл за врачом дверь.

— Любит — не любит, — мелодично пропела госпожа Иванова, бросая на пол лепестки. — Любит — не любит…

Клавдия подошла к ней. Окликнула. Женщина ожидаемо не шевельнулась.

— И вот так она — с Рождества, — сказал я.

— Да, я поняла.

Клавдия придвинула к кровати Ивановой стул, села на него. Коснулась висков женщины ладонями, заставляя её поднять лицо. Голубые бездонные глаза смотрели куда-то мимо нас. Руки продолжали отрывать лепестки. Губы шевелились, бормоча своё «Любит — не любит».

— Мне, возможно, понадобится твоя помощь, — сказала Клавдия.

— Готов. — Я встал рядом с ней.

— Придержи её голову. Важно, чтобы она не отводила взгляд.

Я положил ладони на затылок женщины. Клавдия убрала свои. Я почувствовал, что помещение наполнила знакомая магия. Почувствовал даже направление её потока.

Я действительно стал намного сильнее; для того, чтобы влить в этот поток свою магию, уже не нужно было прикосновение — это вдруг отчетливо понял. Достаточно будет одного лишь моего желания.

Клавдия сосредоточилась. Лицо её стало напряженным, брови нахмурились. На лбу обозначилась морщинка.

Энергетическое тело, появившееся под ладонями Клавдии, по форме напоминало человеческий мозг, мне доводилось видеть его на рисунках в учебниках. И даже мне, не сведущему в медицине от слова совсем, стало ясно, мозг этот — не здоров.

— Всё очень плохо, — вторя моим мыслям, пробормотала Клавдия.

— Я прав? Она не сама помешалась?

— Нет. Не сама. Это — наложенное заклятье. Смотри. — Клавдия шевельнула кистью, и я увидел, что часть мозга будто бы окутывает сетка — светящаяся отвратительным багровым светом.

— Ты можешь убрать эту дрянь?

Клавдия покачала головой:

— Боюсь, что нет. То есть, физически — вероятно, могу. Это непросто, но думаю, что справлюсь. Беда в том, что, если я удалю заклятье, мозг несчастной попросту рассыплется. Она умрёт. Снять это заклятие полностью нельзя.

— А что можно сделать? Я должен с ней поговорить. И крайне желательно услышать в ответ не только «любит — не любит».

Клавдия с сомнением покачала головой.

— Клавдия, это — очень важно! От этого зависит очень многое. Ты же сильный маг! Император сказал, что тобой восхищается даже главный придворный целитель. Подумай, что можно сделать?

Клавдия сосредоточенно смотрела на висящее над головой Ивановой энергетическое тело. Проговорила:

— Я никогда такого не практиковала… Не уверена, что получится…

— Если тебя это утешит — я тоже до сих пор ни разу не допрашивал сумасшедших. Что ты хочешь сделать?

— Я могу попробовать раздвинуть ячейки этой сети. Ненадолго, и нет никаких гарантий…

— Не попробуешь — не узнаешь. — Одной рукой я продолжал удерживать голову Ивановой. Другой ободряюще провёл по плечу Клавдии. — Я с тобой, не бойся. Ну?

Она снова шевельнула кистью. Идущий от Клавдии магический поток усилился. И я увидел, как одна из ячеек мерзкой сети, захватившей мозг, постепенно начинает расширяться.

Клавдия знакомо побледнела, на висках проступила испарина.

— У тебя будет не более пяти минут, — с трудом проговорила она. — После этого я должна буду вернуть сеть в прежнее состояние — пока в мозгу не начался необратимый процесс.

— Понял. Постараюсь уложиться.

— Смотри ей в глаза! Не позволяй прерывать зрительный контакт! Если это случится, я уже ничего не смогу сделать.

— Принято.

И в это мгновение голова женщины в моей ладони вздрогнула.

В безумных голубых глазах появилась осмысленность. Руки перестали терзать ромашку, несчастный цветок упал на пол.

— Кто вы? — хрипло проговорила Иванова, уставившись на меня. Обвела глазами палату. — Где я?

— Вам стало дурно, — поймав её взгляд, сказал я. — Карета скорой помощи отвезла вас в лечебницу. И вам необходимо ответить на несколько моих вопросов.

Иванова вдруг рассмеялась. Отстранилась от меня и игриво погрозила пальцем.