Чтение онлайн

— Ты — странник, называвший себя Тайлерамсесом? — спросил человек в высоком кресле.

— Да.

— Я — Кафра, царский писец. Вести о твоих… — Кафра запнулся, словно забыл нужное слово, — твоих жульнических фокусах дошл и до меня.

«Та-ак». Презрительная гримаса, появившаяся на лице Кафры при слове «фокусах», подсказала Пейдж, что у них начинаются неприятности.

— Знакомство с царским писцом — великая честь для меня, — ответил Тайлер. — Однако мне не ясно, почему из-за столь смехотворных докладов требуется проводить расследование.

Пейдж забеспокоилась: слово «расследование», похоже, не слишком-то подходило для настоящего момента. Но, к счастью, хорошее знание Древнего Египта Тайлером позволяло вести разговор спокойно.

— Мы очень серьезно относимся к происходящему, — пояснил Кафра. — И сторонимся ситуаций, которые могут скомпрометировать чистоту наших рядов.

— Но ведь я ничего предосудительного не сделал, — возразил ему Тайлер.

— А твои дешевые трюки? — усмехнулся Кафра. — Ловкость рук, и больше ничего. Они подвергают сомнению достоинство писца. Кроме того, твое странное появление в наших стенах — само по себе уже преступление.

— Мои магические способности — отнюдь не дешевый трюк, — вскипел Тайлер. — Я обла даю настоящей магией, какая, конечно, есть и у тебя.

«Ну конечно, Тайлер, давай, разозли его еще больше!» — зашипела Пейдж.

— Как видишь, моя любимая кошка, представительница богини Бастет, находит твои до воды неубедительными, — продолжал Тайлер.

— А я нахожу твои манеры чересчур высокомерными, — возразил царский писец. — Ты, похоже, ставишь свои способности выше моих!

«Не советую тебе ввязываться в магическое состязание, — предупредила его Пейдж. — Мы же не знаем, что можем сделать, а чего не можем!».

Но Тайлер вновь погрузился в мир своих грез: он снова был древним египтянином и вдохновенно играл свою роль, словно бы он действительно был писцом, обладающим магией, а вовсе не безработным механиком со своей мечтой о Египте.

— Буду рад показать свои способности, — заявил Тайлер, опуская Пейдж на пол и на шаг отступая от нее. — Если ты уже слышал о моей первой их демонстрации, то знаешь, что я могу перемещать предметы.

«Зачем ты так говоришь, — проговорила Пейдж. — Я не знаю, смогу ли в обличий кошки перемещать что-то с точностью».

Тайлер забеспокоился и немного подумал.

— Также я могу прозревать сквозь стены, — сообщил он и, взглянув на Пейдж, еле заметно подмигнул ей.

«Вот это много лучше. Я готова, как и ты». Прокравшись вдоль стены к выходу, она приготовилась выскользнуть из комнаты.

— Тогда скажи нам, что находится в комнате за той стеной, — указал на левую от себя стену царский писец.

Пейдж осторожно вышла из комнаты и, как только убедилась, что ее никто не видит, — опробовала создать сферу. Ей удалось. Бысро просмотрев содержимое нужной комнаты, на убрала сферу и рванула обратно к Тайлеру, который стоял с закрытыми глазами и что-то мычал себе под нос. Пейдж наступила ему на ногу.

Тайлер открыл глаза.

— О, как же я мог тебя проигнорировать, — ласково произнес он, поднимая ее с пола и поднося поближе к уху.

— Там плавательный бассейн, три купающиеся в нем красавицы, два кресла и три пальмы, — отрапортовала она.

— Ну? — требовательно спросил Кафра — Может, хватит обмана?

— Во-первых, должен поблагодарить царского писца за то, что мне было дозволено заглянуть в ту комнату — настоящую отраду для глаз, — начал Тайлер. — Но, по-моему, тебе следовало сначала испросить разрешения у трех прекрасных женщин, мне было неловко нарушать их уединение.

— Ч-что? — Кафра побагровел.

— Но, возможно, ты не знал, что в комнате кто-то уже есть?

— Об этом я не знал, — ответил Кафра. — По-моему, ты все еще лжешь. Что в той комнате?

— Бассейн. Три пальмовых дерева привносят капельку внешнего мира. Комната, надо сказать, очень хорошо спланирована, хотя я добавил бы еще несколько кресел. Я, правда, не знаю, кто три красотки, что плещутся в бассейне, но все же тебе следует их предупредить заранее, чтобы они оделись, когда будешь просить кого-нибудь заглянуть к ним в следующий раз.

По комнате разнесся дружный вздох.

— Чужестранец прав! Он действительно владеет магией.

— Так кто он, волшебник или писец? — заявил Кафра. — Если он волшебник, пришедший, чтобы причинить Бастет какой-либо вред, его следует казнить.

— Если попросишь передать мне стилос и папирус, могу показать, насколько умею обращаться с ними. Тем самым докажу свою лояльность к вам, а заодно и то, что я настоящий писец.

Двое писцов в замешательстве посмотрели на Кафру, не зная, что предпринять. Тайлер шагнул к ближайшему из них и взял у него все необходимое.

Пейдж со страхом смотрела на него: с такой задачей она не могла помочь ему справиться.

Через минуту Тайлер поднял в руке лист папируса, сплошь испещренный иероглифами.

— Здесь описан мой любимый отрывок из «Книги Мертвых», — произнес он и вручил лист Кафре.

— Как ты, безусловно, знаешь, само письмо является магическим. — Он повернулся и оглядел комнату. — Будучи писцами, мы знаем символы, что содержат в себе великую силу, — продолжал он. — Но я уверен, что мои способности в этом чрезвычайно малы по сравнению с теми, которые имеют сидящие здесь мастера.

«Скромность всегда действует хорошо, — похвалила Тайлера Пейдж. — После сказанного, наверно, я была бы единственной, кто арестовал бы тебя за мошенничество».

Тайлер наклонился и вновь взял ее на руки.

— Это все? — спросил он. — Моя кошка, понимаете ли, хочет вернуться обратно в свою комнату.

— Пока все, — взглянул на Тайлера Кафра.

Пейдж видела, как все писцы в комнате поразились случившимся, но самого Кафру произошедшее страшно рассердило, и он наверняка захочет еще раз повидаться с ними. Но все же последнее заявление Тайлера, исполненное скромности, помогло предотвратить вспышку негодования.