Чтение онлайн

— Не дай Бог, мисс Нора!

— Но все-таки он должен тебе нравиться, хотя бы немного.

— Никогда. Я боюсь его до смерти.

— Но…

— Вы удивляетесь, почему я пошла на это, мисс. Да он просто прижал меня, я ничего и поделать не могла.

— Но ведь не мог же он взять тебя силой!

— Боюсь, так оно и было, мисс, — ответила Мэри. Мне стало не по себе.

Было так необычно — проснуться в жаркое и солнечное рождественское утро. За несколько дней до него мы со Стерлингом привезли из леса какое-то растение, напоминавшее омелу, и повесили несколько веточек над дверью и в центре комнаты. Под ними Стирлинг и поцеловал меня.

— Пусть это Рождество будет первым из многих, которые ты отпразднуешь здесь.

— А если твой отец найдет золотую жилу? — спросила я с вызовом. — Тогда нас всех со всеми нашими пожитками отправят в Англию?

Он ничего не ответил на это. Я знала, что ему и думать не хочется об отъезде.

Все утро мы с Аделаидой провели на кухне. Пока в печи дозревал сливовый пудинг, готовили кур. Было ужасно жарко. Я вышла на минутку глотнуть свежего воздуха, но на улице было совсем не прохладней. Я постояла там недолго, любуясь цветущими деревьями и вспоминая, что ровно год назад еще была в Дейнсуорт Хауз и не находила себе места от волнения за отца. Да, много произошло за это время.

Аделаида сказала:

— Инжир уже поспел. Может быть, собрать немного? — Потом ответила сама себе:

— Нет, это все испортит, не будет похоже на Рождество дома.

Днем все собрались за рождественским столом. Я села по левую руку от Линкса, Стирлинг — напротив меня, совсем так, как в день моего приезда. Здесь также присутствовали несколько человек, работающих в имении и на руднике. Джек Белл был занят в гостинице и не смог приехать. После случая с Мэри я старалась не замечать Джэкоба Джаггера, хотя он всячески пытался привлечь к себе мое внимание. Этот человек внушал мне отвращение. Как-нибудь надо будет поговорить о нем со Стирлингом. Я посмотрела на Стирлинга, наши глаза встретились, и он улыбнулся мне такой радостной улыбкой, что я почувствовала прилив счастья.

Все шло как нельзя лучше. Линкс был настроен очень добродушно; было видно, что ему нравится сидеть во главе стола и воображать, будто он в старом английском доме. Мэри принесла рождественский пудинг, его полили бренди и зажгли. Он оказался очень вкусным.

Когда, осоловевшие от вкусной еды, мы сидели за портвейном, в кухне раздался громкий шум. Кто-то кричал:» Я хочу встретиться с ним Или дайте мне поговорить с мисс Аделаидой «.

Аделаида побледнела, поднялась и вышла Вскоре она вернулась.

Линкс спросил — В чем там дело?

— Это Лэмбсы. Они вернулись — Зачем? — поинтересовался Линкс — Они вернулись сюда, в дом — Вернулись сюда? Я думал, они отправились искать золото.

— Ну да…

— Так ничего и не нашли?

— У них ужасно жалкий вид, — сказала Аделаида.

— Они мне здесь не нужны, — холодно бросил Линкс.

Я пыталась поймать его взгляд, но он не смотрел на меня.

— Может быть… — начала Аделаида.

— Скажи, пусть убираются. Я не беру назад людей, сбежавших от меня Аделаида повернулась, чтобы уйти. Я поднялась со стула — Они, наверное, голодны, — сказала я Линкс сверкнул на меня своим стальным взглядом.

— Они хотели разбогатеть Если им не удалось, это не мое дело. Когда они уходили отсюда, то уходили навсегда.

Аделаида вышла из комнаты, и я села, не зная, что ответить. Праздничное настроение улетучилось.

Когда утром мы со Стирлингом отправились на прогулку, я все еще думала о Лэмбсах.

— Это было так жестоко, — сказала я. — Тем более в Рождество.

Стирлинг совершенно не переносил, когда порицали его отца.

— Какая разница, в какой день?

— Вообще-то, да, — согласилась я. — Так поступать жестоко в любой день, но в Рождество особенно, если учесть, что означает сам праздник.

— Мы не можем позволять нашим работникам уходить, когда им вздумается, а потом ждать их с распростертыми объятиями.

— Допустим, что так, но хоть накормить-то их можно было. Помочь как-то.

— Скорее всего, Аделаида так и сделала.

— Но он не помог им.

Стирлинг упрямо сжал губы. В эту минуту я поняла, что ревную Стирлинга к его отцу. Для него Линкс всегда будет на первом месте.

Мы не переставали спорить и, в конце концов, поссорились, когда я заявила, что у Стирлинга вообще нет собственного мнения, а потому он с готовностью принимает все, что говорит ему его папочка. А он назвал меня самоуверенной училкой, которая считает, что, если однажды учила пятилетних девчонок, то может поучать и старших… Да, старших и тех, кто лучше меня.

Я ускакала вперед, разозленная и обиженная, так как в мечтах уже представляла себе, как останусь со Стирлингом навсегда и выйду за него замуж. Мне хотелось, чтобы Стирлинг уважал меня, привязался ко мне, хотелось стать для него важнее всех на свете Но я знала: пока существует Линкс, этого не будет На следующий день Стирлинг вел себя так, будто ничего не случилось. Похоже, он относился ко мне, как к сестре. Но я знала, что рано или поздно стану ему так же необходима, как и он мне.

Имя Лэмбсов больше не упоминалось у нас в доме. Аделаида, конечно, помогла им, я была просто уверена в этом. У Мэри опять улучшилось настроение, она заметно пополнела. На конюшне я часто видела Джимми, слышала, как он насвистывает, и была рада, что у него все в порядке. Поэтому очень удивилась, когда в начале февраля он исчез.

Старая история! Он признался одному из конюхов, что собирается найти золото.

Когда Линкс узнал об этом, то рассмеялся.

— Еще один, — сказал он. — Не бери мальчишку назад, когда ему надоедят золотые россыпи.

В этот вечер он пригласил меня сыграть с ним в шахматы. Мы не сразу сели за доску, и я поняла, что он начнет дразнить меня из-за Джимми, потому что уже знал, как я старалась ему помочь.

— Бессмысленно изображать из себя ангела-хранителя, Нора, — сказал он. — Давай, выпей со мной рюмочку портвейна. — Он наполнил рюмки. — Видишь, что произошло с Джимми.

— Но вам же понятна страсть найти золото?

— Конечно. Я сам это испытал.

— Так почему же вы так суровы к другим?

— Меня не интересуют другие. Только я сам.

— Но Лэмбсы…

— Ты меня ненавидела тогда, правда?

— Вы очень жестоко с ними поступили, да еще в Рождество!

— Дорогая Нора, дата не имеет абсолютно никакого значения.

— То же самое говорил и Стирлинг. — Вы обсуждали это с ним?

— Я обсуждала это с ним.

— И яростно на меня нападала.