Чтение онлайн

Слово за слово и…

— Девственница?! — ахает бабуля. В глазах, изящно оттенённых невероятно длинными ресницами, мелькает священный ужас. Тефлоновая лопатка, которой Сонечка переворачивает блинчики, падает из рук. — Но… А-а… Эм-м… Никушка, детка, напомни, пожалуйста, сколько тебе уже?

— Двадцать один, — тихо признаюсь я. — То есть… в конце месяца уже исполнится двадцать два.

— Почти двадцать два года! — кричит бабуля и театрально заламывает руки. На запястье играет бриллиантовый браслет. Даже дома она одевается нарядно, готова в любую минуту принять гостей. — Деточка, да ты же ископаемое! Динозавр! То есть… хорошенький такой динозаврик.

«Ничего себе… Кто бы говорил!» — безмолвно фыркаю я.

— Но я-то не девственница, — напоминает Софья Геннадьевна.

Ой! Она что, мои мысли читает?!

— А в каком веке мы живём? — не унимается мучительница и щедро плюхает мне на тарелку клубничного варенья.

— В двадцать первом.

— Именно! Восемнадцатый век, дитя моё, закончился двести лет назад.

— Триста.

— Не важно! — бабуля возвращается к очередному блинчику, который красиво подрумянился. Судя по всему, Сонечка всё ещё пребывает в глубоком шоке. Она задумчиво бормочет: — Это ж надо! Двадцать два года… и до сих пор девочка! В наше-то время… нет, удивительно… Да я уже в пятнадцать… хм… Впрочем, не будем вдаваться в подробности… Вероника! — Соня снова оборачивается ко мне. — Только не говори, что ты ждёшь единственного и неповторимого, чтобы осчастливить его в первую брачную ночь!

— Нет, не жду, — успокаиваю я.

— У тебя какие-то особые установки? Принципы?

— Вовсе нет, — я пожимаю плечами.

Не рвусь обсуждать данную тему, лучше заняться блинчиками с клубничным вареньем, это гораздо приятнее. Но удивление Сонечки объяснимо. Создаётся ощущение, что современный мир зациклен на сексе, все на нём помешаны. А я каким-то образом пролетела мимо, сижу вот, вся такая невинная, ем блины и не очень-то переживаю из-за своей отсталости.

Не вижу смысла убиваться из-за того, что к двадцати двум годам я ещё ни разу не была с мужчиной. Интересно, конечно, как это всё происходит… и действительно ли секс так хорош, как о нём рассказывают… но…

Ещё успею.

— Думаешь, ещё успеешь? Считаешь, что спешить некуда? — вклинивается в поток мыслей Сонечка, снова напугав своими телепатическими способностями. — Ника, девственность — не помидор, консервировать её не надо! А если ты так и останешься старой девой? Вот тебе стукнет двадцать два, потом двадцать три, а потом и вовсе двадцать четыре! С каждым годом будет всё сложнее объяснить сексуальному партнёру, почему ты — с твоей-то внешностью! — умудрилась сохранить подарочную упаковку. Возникнет очень много вопросов и сомнений. Тебе это надо?

Нет, ну, а что я сделаю?

В девятнадцать у меня был парень, Максим, и мы уже были близки к тому, чтобы от поцелуев и невинных ласк перейти к более решительным действиям. Но в моей семье случилась беда, и из беззаботной романтической барышни, «золотой» девочки я превратилась в замученное существо с бесконечными проблемами.

Максим испарился в мгновение ока, только пятки сверкали. Он сбежал именно в тот момент, когда я невероятно нуждалась в поддержке и сочувствии. Это было самое настоящее предательство, но пришлось смириться.

Следующие два года превратились в борьбу за выживание, о парнях и отношениях я совсем не думала. Только в последнее время начала потихоньку приходить в себя. В июне познакомилась с Сержем, но моей девственности это не причинило ущерба. А вот нервной системе был нанесён огромный урон! Увы, после общения с некоторыми мужчинами женщины покрываются панцирем недоверия, который потом не так-то просто пробить — ни изнутри, ни снаружи.

Так значит, Сонечка права? Чем дальше в лес, тем больше комплексов? Я превращаюсь в синий чулок?

Нет, не хочу!

А тем временем моя девственность никому не даёт покоя. Продвинутые в плане секса сокурсницы насмешливо улыбаются, мачеха постоянно язвит. Можно подумать, на мне клеймо. Очевидно, так устроены люди — девяносто процентов из них обожают вмешиваться в чужую жизнь, наблюдать, контролировать и давать советы.

Тебя всё время пытаются подогнать под общую схему:

— Сохранила невинность почти до двадцати двух? — Ой, кошмар!

— Потеряла невинность, но постоянного парня нет? — Ну как же так!

— Есть парень, но вы до сих пор не женаты? — Это неправильно!

— Замужем, но не рожаешь? — Ужас, ты эгоистка, ты не любишь детей!

Все эти наезды ужасно раздражают. Но на Сонечку я не обижаюсь, она чудесная и очень мне помогла — пустила пожить в свою трёхкомнатную, которая у неё простаивает. Мы случайно познакомились с Соней именно в тот момент, когда мне пришлось искать новую съёмную квартиру. А сейчас живу бесплатно и заодно устраиваю просмотры для потенциальных покупателей. Соня пытается продать трёхкомнатную, но пока что-то не получается.

Покупателей нет, приходили смотреть всего пять раз. Город застроен новыми многоэтажками — и элитными, и дешёвыми — предложение намного опережает спрос. Даже новые квартиры с хорошим ремонтом не продаются, что уж говорить о разгромленной Сониной халабуде. Не понимаю, что стряслось, почему квартира в таком состоянии? «Ну, я хотела сделать небольшой косметический ремонтик, но что-то пошло не так!» — беспечно машет рукой бабуля.

Ремонтик? Да в её квартире, похоже, танцевали румбу носороги! Уж не знаю, что они праздновали.

Сама Софья Геннадьевна — образец стиля и элегантности, а вот свою трёшку умудрилась довести до плачевного состояния. Чтобы здесь устроиться, пришлось выгребать строительный мусор. Я позвала приятелей-студентов, и мы утащили на помойку огромное количество увесистых мешков.

Надеюсь, Соня не надумает сделать косметический ремонт в красивой сорокаметровой студии, где она обитает в данный момент? Эту жилплощадь ей подарил внук, ремонт там совсем свежий, просто загляденье.

Как-то раз дама элегантного возраста позвонила в клининговую компанию и заказала уборку. Так мы и познакомились. Кстати, Сонина студия тоже располагается в ЖК «Легион». То есть, бабуля и юрист Андрей Владимирович — почти соседи, их дома стоят бок о бок…