Шрифт:
х х х
О, да: я глуп!
Я это знаю.
Как омерзительно я туп,
Прости меня, родная!
Не вижу дальше собственного носа,
Пупом земли себя считая,
Решаю мировые лишь вопросы.
Права, права ты, дорогая!
И все мы: сволочи и хамы,
Грубы и бессердечны.
Дороже Вас нам наши мамы,
Что не правильно, конечно.
А правда в том, что я – дурак
С душой жестокой, бессердечной.
И всё я делаю не так,
Твои ж поступки безупречны.
Ведь ты образчик совершенства,
Звезда на небе ясная,
Источник дивного блаженства,
Душой и телом ты прекрасная.
Ты меня по жизни наставляешь,
Не жалея скромных сил,
Хотя прекрасно знаешь,
Что тебя о том я не просил.
Но я – болван, исчадье ада,
А путь мой скользкий и кривой…
Всё так!.. Мне в жизни этой ничего не надо,
Лишь ты была б всегда со мной!
х х х
Хочется нежности.
Малую горсточку.
Совсем маленькую.
Смотреть в твои глаза.
Вдыхать аромат твоих волос.
Касаться прохладной руки.
Вот и всё,
Что мне хочется.
Совсем немного,
Как видишь.
Хочется нежности.
Только нежности.
И больше ничего.
Но нет тебя рядом.
Я один.
Мне грустно.
Очень грустно.
Хочется нежности.
Малую горсточку.
Совсем маленькую.
Как твоя ладошка.
Тебе
Чего же ты хочешь?
Зачем так спешишь?
Всё время торопишь,
Куда-то бежишь.
Успев лишь родиться,
Уж в страхе кричишь.
Испуганной птицей
На мир ты глядишь.
А плечи окрепли,
И ты уж в седле.
Отныне – навеки
Рука на узде.
Отныне – навеки,
Забыв про покой
Пытаешься ветер
Поймать голубой.
И бродишь по свету
В жару и мороз:
Всё ищешь ответа
На вечный вопрос.
Не зная покоя
Ни ночью, ни днём,
С мечтою во взоре,
С тоской о былом.
Всё время торопишь,
Куда-то бежишь.
Чего же ты хочешь?
Зачем так спешишь?
х х х
Ненависть пляшет в безумных глазах,
Гневно сжимаются алые губы.
Сколько же злости в недобрых словах,
Как же они беспощадны и грубы.
Мир раскололся и сгинул во мгле,
Стёрты дороги, селения, реки.
Сколько же силы во зле?
Где же таится оно в человеке?..
Лёгкий румянец на пухлых щеках,
Крохотный пальчик, прижатый к пелёнкам…
Сколько тепла в материнских глазах,
Как они нежно глядят на ребёнка.
Мир и гармония властвуют вновь,
Солнце сияет: отныне-навеки…
Сколько же счастья приносит любовь,
Как же прекрасна она в человеке!
х х х
Я молча паду пред тобой на колени
И голову низко склоню.
Мой ласковый, добрый, застенчивый гений,
Тебя лишь одну я люблю.
Одни мы с тобой в бесконечной Вселенной,
И падает гулко за окнами дождь.
Скажи, отчего в этой жизни короткой и тленной
Так нагло ликует и властвует ложь?
Мир соткан из ниточек лжи и обмана,
И вьётся во мраке двойная спираль.
Потоками сходят к нам с телеэкрана
Двойные стандарты, двойная мораль.
Двойною бронёю окованы души
И проданы все образа,
Не слышат давно наши уши,
Не видят – глаза.
Покорно опущены плечи,
Устало бредём наугад,
Не зная, что даст этот вечер,
Не помня дороги назад…
Я молча паду пред тобой на колени
И голову низко склоню.
Мой ласковый, добрый, застенчивый гений
Тебя лишь одну я люблю!
х х х
Ах, как хочется влюбиться
По-мальчишески, до слёз.
Что б остатков разума лишиться,
Как лишился всех своих волос!
Бегать снова на свиданья,
Ждать тебя под старыми часами,
Думать: что случайны опозданья,
Всё навечно между нами.
Верить всем словам твоим небрежным,
Как они волнуют!
Верить и губам твоим порочно-нежным,
Как они целуют!
Знать без глупого сомненья,
Что идти нам вместе, до конца,
Что сгорят все страхи и волненья
В пламени, что сжёг в груди сердца…
Ах, как хочется напиться
Глаз твоих бездонных синевы…
Ах, как хочется влюбиться,
Но… увы, увы, увы…
х х х
Вы ушли и больше не вернётесь,
Ведь сожгли мы за собою все мосты.
Но однажды ночью Вы проснётесь
И меня Вы призовёте из бездонной пустоты.
Я приду, ведь мне нетрудно,
Я приду, как приходил всегда…
Будет дождик сыпать нудно,
Будут спать устало города.
Я приду бесплотным духом.
Я приду. Такой как есть.