Чтение онлайн

— Гороскоп, — решила она наконец. — Смотрите, это знак Рыб, а извилистые черточки — Водолей. Но что он означает, сказать не могу. Смотрите, на линии разрыва стоит дата. Тысяча семьсот шестьдесят… неразборчиво. Июль… что… Двадцать первого? Знала ли бабушка, что лежало в тайнике?

— Дайте, я посмотрю, — предложил Юэн. — Тысяча семьсот шестидесятые — время жизни Уикема. А вдруг это принадлежит Эстер?

— Было бы неплохо, но мы не знаем дату ее рождения.

— Интересно, что этот гороскоп предсказывает? — протянул Юэн.

— Клер должна знать. Она однажды составила мне гороскоп. Но нужна дата рождения. И потом, гороскопы можно толковать по-разному. Мой, во всяком случае, не сбылся.

— Хотите сказать, я могу посмотреть на гороскоп, но не сумею определить, сколько у вас будет детей?

— Да, ничего определенного. Скорее это предсказание характера человека. Вот смотрите, Солнце в Овне, который управляет разумом, означает, вы очень рациональный. Я возьму это и покажу Клер, если не возражаете.

— Разумеется. Кроме того, именно вы нашли пакет. Вряд ли Джона Фаррела это заинтересует.

— В любом случае ему этого не видать, — с чувством объявила Джуд.

Позже она перечитала первую часть мемуаров Эстер, гадая, имеет ли к ней отношение найденный гороскоп. Должен иметь! Слуги считали ее днем рождения 21 июля, когда Энтони принес найденыша в Старбро. Никто не знал точной даты. Но в таком случае как можно составлять гороскоп для человека, чей день рождения неизвестен?

Вечером в пятницу Джуд поехала к сестре. Клер разрешила Эмили, подруге Саммер, переночевать у них. Хотя мать Эмили была бледной и тихой, как мышка, Эмили казалась здоровым ребенком, высоким и нескладным для своего возраста, с густыми, темными, вьющимися, собранными в хвост волосами и привычкой смотреть на людей в упор, словно оценивая.

Когда девочки убежали играть в мяч, а Клер принесла две кружки с чаем, Джуд выложила на журнальный столик обрывки гороскопа.

— Что скажешь?

Она объяснила, где нашла это, и когда упомянула, что Юэн тоже был там, Клер просверлила ее злобным взглядом. Но гороскоп ее заинтересовал. Склонившись над ним, она немного подумала.

— Не совсем уверена… Впервые вижу такую карту. Как по-твоему, сколько ей лет?

— Тысяча семьсот шестидесятый или около того. Вот дата.

— Если хочешь, можем посмотреть в моих книгах. В одной точно есть описания гороскопов старых астрологов.

Джуд подошла к узкому книжному шкафу. Большинство книг были по кулинарии, садоводству и дизайну интерьера. На верхней полке лежал справочник астронома, первая книга Юэна и несколько популярных книг по астрологии. Она подняла одну, в твердом переплете, по истории астрологии, и провела пальцем по содержанию. «Астрология начала восемнадцатого века». Ты имела в виду эту? — спросила Джуд.

— Да. Мне папа подарил.

— Правда? Я и забыла.

Она открыла первую страницу. «Дорогой Клер в день рождения. Сентябрь 1996 года. Добрый старый па».

— Передай мне. Спасибо. Он был добрым старым па. Думаю, втайне считал, что это чушь собачья. Но все же подарил книгу, зная, что мне понравится.

— Мне ужасно его не хватает, — пробормотала Джуд.

— Мне тоже.

Клер повернулась, чтобы взглянуть на Саммер и Эмили, которые бросили мяч и сейчас подпрыгивали на батуте.

— Вчера проезжала мимо ночного клуба в Норвиче, где раньше работала, и вспомнила, что стоило позвонить, и он всегда приезжал за мной, иногда в час или два ночи. Только чтобы убедиться, что я благополучно добралась до дома. Когда он умер… это было ужасно. Я чувствовала… не знаю, как сказать… будто из-под ног выбили землю.

Джуд сочувственно кивнула. Когда отца сразил сердечный приступ, Джуд и Марк собирались пожениться. И ей было за что благодарить Бога. Но Клер, как всегда, вела бесцельное существование, меняя места работы и мужчин. Ей пришлось остаться с матерью, которая от горя словно разум потеряла, и обе друг друга ужасно раздражали.

Джуд ждала, пока Клер продолжит. Они редко говорили так откровенно о глубоких чувствах. Клер, как правило, отделывалась язвительными репликами о матери, и чаще всего беседы заканчивались взаимными обвинениями. Насколько помнила Джуд, Клер всегда была сгустком гнева и досады. Ершистый ребенок превратился в хорошенького неуправляемого подростка. Старшая сестра завидовала успехам Джуд и одновременно презирала их.

Теперь обе понимали, каким надежным якорем был отец в жизни Клер. Добрый, терпеливый человек приручал эту «дикую лошадку», но никогда не пытался сломить ее дух. Клер научилась управлять собой с появлением в ее жизни Саммер.

Джуд не ожидала, что Марк так рано умрет, оставив ее одну, что она и сестра будут сидеть в залитой солнцем гостиной маленького коттеджа, наблюдая за чудесной дочерью Клер, которую обе любили безумно.

Девочки вбежали в гостиную.

— Мы будем играть наверху, — объявила Саммер.

— Пятнадцать минут, — разрешила Клер. — А потом спать.

Перелистывая книгу, она нашла страницу с иллюстрациями.

— Здесь несколько карт, которые могут быть полезными. Хочешь, я потом посмотрю внимательнее?

— Да, пожалуйста. Все, что сумеешь понять, очень пригодится.

— Сделаю все, что смогу.

— Мне пора, — вздохнула Джуд. — Большое спасибо за ужин.

— Не за что.

— Пойду наверх, попрощаюсь, — кивнула Джуд.

Она стала медленно подниматься, восхищаясь картинами Юэна. Не шедевры, но такие притягательные! Он использовал блестящий белый луб, чтобы изобразить деревья. Между зимними ветвями виднелась луна, звезды, нарисованные золотой и серебряной красками, блестели на великолепном кобальтовом небе.

«Интересно, из какой книги этот рисунок?»

— О нет, как ужасно… — донесся до нее голос Саммер.

Джуд насторожилась, но тут же расслабилась. Похоже, Саммер рассказывает историю… что-то насчет несчастного случая.

Джуд поднялась на верхние ступеньки и заглянула в дверь. Эмили лежала на кровати, переворачивая страницы книги с картинками. Саммер сидела на полу возле кукольного домика. На ковре стояли кукла Джуд и кукла Клер.

— Бедный Томас, — говорила Саммер, почти всхлипывая. — Он мертв. Как я буду жить без него?