Чтение онлайн

— Я здесь из-за Итона, — ответил Танос. — По другой причине я не покинул бы покои. Ты сказал, что этот человек — третий. Значит, он пришёл убить меня?

— Да, — подтвердил Василиос. — Что в свою очередь означает: Итон умрёт. Как эгоистично с твоей стороны.

— Ты неправ, — бросил Танос, и показалось, что это «неправ», ударившись о пол, разорвалось в комнате бомбой.

В мгновение ока волосы Париса отпустили, и старший вампир швырнул Таноса через всю комнату, впечатав того спиной в стену.

— Осмеливаешься бросить мне вызов, agori? Будь осторожен, потому что я не в восторге от того, как ты обращался с моим братом в последнее время. Что значит «я неправ»?

Парис упал на колени, не думая ни о чем, кроме того, что Василиосу теперь до него нет дела.

— Он разорвал узы, — ответил Танос. — Меньше часа назад.

— Сукин сын, — пробормотал кто-то, а Лео спросил:

— Что это значит?

Василиос опустил руки и отступил на шаг. Потом оглянулся на оставшуюся позади троицу:

— Это значит, Леонид, что ад сегодня подобрался как никогда близко. И ты со своими маленькими друзьями уже не занимаешь первое место в моём списке самых опасных.

И до того, как кто-либо успел что-то сказать, старейшина исчез из комнаты.

ГЛАВА 3

Диомед откинул прядь длинных цвета воронова крыла волос с плеча Айседоры и прижался губами к обнажённой коже, изучая лежащего рядом мужчину. После соития Элиас Фонтана предсказуемо заснул, лёжа на спине с закрытыми глазами и накинутой на живот простынёй. От него пахло яблоками, пахло Исой, и Диомед изо вех сил противился желанию провести носом вдоль вен человека и узнать, насколько глубоко аромат проник в его поры. Его влекло к Элиасу, несмотря на пол и предательство, и старейшина размышлял, чем это может обернуться для них троих в будущем.

Вампир обнял Ису за талию и медленно провёл кончиками пальцев к горячей вагине. Черт, он скучал по тем ощущениям, когда член глубоко погружается в тесные складки податливой женщины. Но он мог проникнуть в неё пальцами, что приносило почти столько же удовольствия.

Айседора запрокинула голову, и Диомед захватил её рот в обжигающем поцелуе. Она развела бёдра и надавила своей ладонью на руку господина, прося большего. Старейшина коснулся набухшего клитора и, услышав стон, выпустил клыки, прикусывая губу Исы.

— Pio vathia, — потребовала вампиресса. — Глубже.

Не успело желание прозвучать, как Элиас, проснувшись, перевернулся на бок. Его серебристые глаза были прикованы к паре, и Диомед невольно задумался о его мыслях. Он не доверял этому скрытному мужчине, хоть и пустил в их с Айседорой постель.

Вампир попытался проникнуть в разум человека и выведать секреты, но натыкался на преграду за преградой, будто тот чувствовал вторжение. В голове словно стояла кирпичная стена. Губы Элиаса изогнулись в самодовольной усмешке, и Диомед догадался, что он сопротивляется осознанно.

— Хочешь что-то узнать — спроси. — Элиас опустил глаза на обнажённую женщину между ними. — А иначе держись подальше от моей головы.

Дерзость произнесённых слов вызвала у Айседоры дрожь. Диомед с интересом отметил, что, как и прошлой ночью, открытое неповиновение Элиаса возбуждало её. Ей нравилось, когда мужчины спорили. Боролись за власть. Старейшина не сомневался, что она увидит это ещё не раз. Элиас был упрям словно осел, а Диомед порой вёл себя как категоричный засранец. В конце концов, он пережил мучительную казнь, чтобы в итоге доказать своё превосходство. Хотя Василиос, несомненно, видел историю в ином свете.

Иса выгнула спину, и старейшина провёл клыком по её плечу, не позволяя забыть о своём присутствии. Его первообращённая не переставала удивлять Диомеда. Её свобода, готовность открыть сердце и любить, стремление к страсти в постели и за её пределами.

Айседоре всегда нравилось бросаться в бой. Ii miikri tou polemistria. Его маленькая воительница.

Она была столь яростной. Красивой, сильной и иногда поразительно ранимой. Именно из-за этой уязвимости Диомед и решил дать Айседоре то, чего она хотела для них обоих. Шанс на полноценные отношения с третьим участником, которого каждый из них по-своему желал. Потому старейшина и поступил совсем непохоже на себя — подчинился другому мужчине в своей постели.

— Мне хотелось узнать, о чём ты думаешь. — Элиас облизнул нижнюю губу, и Диомед проследил за кончиком его языка. Затем человек подвинулся ближе к Айседоре, опустил руку к её промежности и надавил на двигающиеся вместе ладони.

— Я думал… — начал он.

Иса простонала и убрала свою руку, чтобы сжать плечо мужчины. Она подалась бёдрами вперёд, пальцы Элиаса и Диомеда проникали в её вагину.

— Что она невероятно сексуальна, и я хочу её трахнуть.

Диомед собрался было согласиться и перевернуть Ису на спину, но не успел. Он почувствовал знакомую тягу, а призвать его мог лишь Василиос.

Рука вампира замерла на полпути, и он напрягся всем телом, чувствуя настойчивое требование явиться к другому старейшине. Веление было неотложным, и из-за этого волоски на шее встали дыбом.

— Диомед? — тихо спросила Иса. Шёпот повис в воздухе, когда старейшина отстранился и выбрался из кровати. Элиас внимательно следил, как тот надевает чёрные брюки, рубашку и плащ. Диомед собрал волосы низко на затылке и мысленно ответил на новый призыв: «Я слышу».

«Тогда иди, или я тебя заставлю».

Проклятый Василиос. Судя по всему, он уже наразвлекался, и теперь ему захотелось устроить чёртово заседание. Приятно осознавать, что Василиос готов подумать о проблеме их выживания после того, как удовлетворил свои сексуальные потребности. На встрече с братом стоит подчеркнуть, что пора прекратить думать лишь своим членом.

— Диомед. — Иса, с рассыпавшимися по плечам волнистыми волосами, села на кровати. Она взволнованно всматривалась в его глаза в поисках ответов. — Что случилось?