Танос
Шрифт:
— Не знаю. И не знал, что такое возможно. — Элиас вернул Василиосу книгу. — Я не вру. Спроси её. Чёрт, да его вот спроси, — указал он на Диомеда. — Он же теперь может залезть ко мне в голову. Я для вас не опасен. К тому же, они бросили меня умирать. Едва ли я теперь хоть немного важен.
Василиос сжал губы, продолжая смотреть на Элиаса сверху вниз. Старейшина знал, что мужчина говорит правду, и даже не думал, что тот способен врать, себе во спасение или во вред. Но кое-что было не до конца ясно.
— Кто тебя бросил? Итон? Танос? Многие желали тебе смерти.
Элиас нахмурился и провёл рукой по волосам.
— Похоже на то. И да, они меня бросили. Но говорил я про богов. Моего бога, точнее. Богиню.
Василиос думал, что мало что может его удивить, но это… это его потрясло.
— Почему? Из-за чего она от тебя отвернулась? Я подумал бы, что Леонид гораздо сильнее разозлил своего бога. Ты был предан ей. По крайней мере, какое-то время. — Василиос глянул на Айседору: — Возможно твоей богине не понравилось, что ты засунул свой член в другую?
Когда старейшина вновь обратил внимание на Элиаса, тот пожал плечами и ответил:
— Или потому, что на вершине пищевой цепи находится кучка засранцев, считающих себя вправе играть чужой жизнью. Каково, Василиос, оказаться игрушкой в чьих-то руках?
Это бесило. Как и сам мужчина. Но у них были гораздо более важные вопросы, чем соперничество Василиоса с Элиасом Фонтаной. Если они каким-то образом переживут происходящее, его постигнет страшное несчастье — иметь дело с этим человеком до конца существования. И Василиос с огромным удовольствием накажет его, завтра.
— Айседора? — произнёс Василиос, медленно поворачивая голову.
— Да, Василиос?
— Где третий человек? — поинтересовался старейшина, прекрасно понимая, что вампиресса бросила и свой пост, и… заключённого. — Мне казалось, я оставил его с тобой.
Он заметил, как Айседора бросила взгляд на своего старейшину и затем опустила глаза.
— Я оставила его с Таносом.
Василиос подозревал это и не слишком беспокоился. Третий мужчина до этого уже находился рядом с Таносом, и вампир не пострадал. Вряд ли Парис навредит ему сейчас. И всё же…
— Значит Танос вернулся.
— Да, он с Итоном и с Парисом в Судебном зале.
Что же, похоже Танос выполнил поручение. Василиос задумался, как вампир держится после сказанного и сделанного, и поклялся навестить его сразу же после завершения встречи.
— Хорошо. Тогда, Айседора, помоги Элиасу привести себя в порядок. Собрание начнётся менее чем через десять минут. Ожидаю, что вы все прибудете раньше остальных.
— Что насчёт Таноса? — уточнила Иса.
Василиос покачал головой.
— Не думай о кузене. Он будет отсутствовать сегодня вечером. Я встречусь с ним позже.
Вампиресса кивнула, а Элиас протянул книгу Василиосу. Тот мотнул головой:
— Ты её нашёл. Потому тебе её и хранить.
— Ладно.
— Теперь идите, — добавил Василиос, махнув ладонью. — И не задерживайтесь. Иначе я преподам урок, который вам не понравится.
ГЛАВА 29
Они появились именно так, как можно было бы ожидать от существ, которые скрываются, выжидают и охотятся в ночи — без единого звука и предупреждения. Лео предположил, что Василиос и Аласдэр смогли бы их почувствовать, но для него это походило на «тут один, там один, ой, смотри, кругом вампиры».
Мужчина вернулся в Зал одетым в более уместную чёрно-золотую мантию, устроился возле Аласдэра лицом к возвышению, где бок о бок сидели Василиос и Диомед. Рядом с Василиосом стоял пустой трон, обычно отведённый Итону, и Лео решил, что это и было главной темой перешёптываний за спиной.
«О, и конечно то, что я, по их мнению, ничтожный человечишка, сижу рядом с первообращённым самого грозного и почитаемого среди вампиров. Ага… обсуждайте, ребята, я никуда не денусь».
Он обезоруживающе улыбнулся повернувшемуся к нему Аласдэру.
«Прикидываешь чем занять нас, file mou?»
«Что ты имеешь в виду?» — подумал Леонид и подмигнул.
«Тебе нравятся сложности».
Лео слегка пожал плечами и посмотрел на Василиоса, который внимательно следил за парой, а значит и слышал разговор.
«Как и вам обоим», — ответил он.
Аласдэр тоже повернулся вперёд, и именно тогда голос старейшины проник в их сознание, а Лео понял, сколько удовольствия получает от подобной формы общения. Даже если из-за этого ни одна его мысль не остаётся личной.
«И что же нам делать с тобой, agori?».
«Стоит обсудить, если мы умудримся пережить эту ночь. Я могу поделиться кучей идей, Большой В».
Лео знал, что события напрочь вышли из-под контроля, и не понимал, чего ожидать. Однако, заметив изогнувшиеся уголки губ Василиоса, он почувствовал удовлетворение от того, что смог подарить им с Аласдэром, привыкшим иметь дело с темнотой, каплю света.
Затем его старейшина и ГЛАВА всего вида поднялся на ноги и подошёл — нет, скорее скользнул — к переднему краю помоста.
— Тихо! — Громовой приказ эхом разнёсся по напоминающему пещеру залу, и присутствующие замолчали.
Чёрт… побери. Власть, контроль и абсолютная сила, которыми обладал в этот момент Василиос, ошеломляли. Каждый сидевший в зале вампир — а их было много — внимал своему главе. И он, одетый в регалии и гордо стоящий перед аудиторией, сейчас был невероятно притягателен, даже несмотря на знание о нависшей над всеми угрозой.