Табула Раса
Шрифт:
– Куда ты? – Спросила её мать, Анна Алексеевна, выглядывая из соседней комнаты.
– Пойду. Может, чем смогу помочь.
– Не женское это дело – пожары тушить, – вздохнула Анна Алексеевна, отталкивая от двери восьмилетнюю Юлю, глаза у которой разгорелись от любопытства.
– Мам, ну что же делать, если нет у нас мужчин? Ты только посмотри, пожалуйста, чтобы эти козы-стрекозы за мной не увязались. Затопчут их там.
– Я им увяжусь! А ты сама-то там смотри поаккуратнее. В самую бучу-то не лезь.
Едва мать скрылась за дверью, хитрая Юля начала ныть, надеясь разжалобить бабушку.
– Булечка, миленькая, ну, пожалуйста, ну можно я пойду? Ну, я не буду близко подходить. Я издалека посмотрю. Честное слово! Сама подумай, мне уже восемь лет, а я ещё ни одного пожара не видела. Жизнь вся мимо проходит!
– Угомонись, ложись спать.
– Спа-ать, – разочарованно протянула Юля, и по щекам её покатились натуральные слёзы, – да что же это за насилие такое?!
– Не хочешь спать, давай, книжку почитаем.
– Не хочу я твою книжку! Что я такая малявка, как Олька, книжки читать, когда там пожар!
– Я тоже не хочу книжку. Я пожар хочу! – Вставила пятилетняя Оля.
– Вот я вам дам пожар! – Рассердилась Анна Алексеевна, и заплакала, – Господи, да что же за дети-то такие? Чистое наказание.
В это время, аккумуляторный фонарик, который как всегда забыли нормально зарядить, потускнел и погас. В доме стало темно и страшно.
Оля быстренько перебралась на широкую бабушкину кровать и тихо захныкала от страха. К ней присоединилась и Юля.
– Буленька, иди скорей к нам, – жалобно попросила она.
Все трое сидели, обнявшись на кровати, вглядывались в красноватый сумрак за кружевными занавесками и вслушиваясь в тревожный набат.
* * *
В трёхэтажном кирпичном доме, обнесённым высоким бетонным забором, тоже проснулись. Дом этот принадлежал молодому, но весьма успешному адвокату Марку Евгеньевичу Фишеру. В доме у Фишера уже третий день гостили его школьные приятели. Вообще-то считалось, что мужики приехали на охоту, но в лес пока, ни разу не выбрались. Не до того, как-то было! Считай, что десять лет после окончания школы «мушкетёры», которых в школьные годы никто и никогда по отдельности не встречал, толком не виделись. Всё дела: учёба, работа. Даже к Марику на свадьбу друзья приехать не смогли: у Константина был очень жёсткий график съёмок, а Руслан вообще был в Брюсселе в штаб-квартире Интерпола на стажировке. Только в интернете и общались. Уже который год договаривались встретиться, а всё не складывалось.
Поэтому, первые два дня ушли чисто на «общение». Не в сухую, понятно. Только накануне вечером лягушек у пруда постреляли, чтобы ружья проверить. К великому, надо сказать, неудовольствию лабрадора Рольфа. Как и положено приличному лабрадору-ретриверу, Рольф, не жалея своей роскошной бледно-золотистой шкуры, бросился было в грязный пруд, ожидая увидеть дичь, и обнаружив там только дохлых лягушек, едва не взвыл с досады.
А тут ещё проходившая мимо Варька Барминцева так отчитала горе-охотников за бессмысленное убийство невинных тварей, что Рольфу вообще захотелось утопиться в этой грязной луже. Он ведь, в отличие от хозяина и его гостей коньяк не пил, и всё происходящее понимал адекватно.
Впрочем, кажется, и стрелки почувствовали себя неуютно.
Нет, ну это надо же, дожили! Соплюшка девятилетняя взрослым мужчинам замечания делает! Конечно, если бы Варька была одна, досталось бы ей крапивой по попе, чтобы помнила, как со старшими разговаривать. Но с ней был этот страшный Гоблин. Марк, хоть и знал его, но всё же, побаивался, а Константин и Руслан, увидев пса впервые, и вовсе онемели.
Ещё бы. Этакое чудище: высотой почти метр, вид как у призрака – тощий серый с тёмными полосками по бокам, то ли кусты сквозь тело просвечивают, то ли рёбра, а отдельные светлые торчащие шерстинки что-то вроде размытого ореола создают. Вот только зубы у этого монстра до безобразия реальные. Короче, такого красавца неподготовленному человеку ближе к ночи увидеть – на неделю заикание обеспечено.
Решили с собакой Баскервилей не связываться, и отступили, едва не предавшись паническому бегству. Даже протрезвели. Короче, пришлось возвращаться домой и срочно поправлять ситуацию. В результате легли поздно. Головы у всех гудели и без «вечевого рельса». Набат был совсем некстати.
– Ой, ну и не фига же себе, – пробормотал Константин, – обхватив ноющую голову руками, – Марик, что это?
– Сам не пойму. Раньше такого никогда не было, – ответил хозяин дома, которому тоже было муторно после вчерашнего.
– Который час? – простонал Руслан.
– Четырёх ещё нет.
– А может, это привидение расшалилось? – предположил Руслан.
– Какое привидение? – не понял Марк.
– Ну, то чучело болотное, которое вчера с девчонкой было.
– Это не привидение. Это Гоблин, – попытался объяснить Марк.
– Ну, вот, тут ещё и гоблины водятся. Костыль, куда нас занесло?
– Ребята, а кто помнит, что мы вчера пили? – печально осведомился Константин, пытаясь сжать голову так, чтобы мозги заняли подобающее место.
Тут в комнату ворвалась жена Марка Валентина.
– Мальчишки, вставайте! Где-то пожар!
– Валечка, – пробормотал Константин, – из нас сейчас пожарники, как из лаптей субмарины.
– Нам сейчас самим скорая помощь нужна, – пожаловался Руслан.
– Валюшенька, посмотри в холодильнике, может, осталось что-нибудь, – спросил Марк
– После вашего загула не только в холодильнике, но и во всех магазинах в радиусе десяти километров спиртное закончилось.
– Валюшка, помрём, – попытался разжалобить жену Марк.
Но она была непреклонна.
– Капустки вон квашеной поешьте, и водичкой колодезной запейте холодненькой. Помогает. А я пошла пожар тушить, на вас-то никакой надежды.
Мушкетёрам честно-честно стало стыдно, но оторвать отяжелевшие головы от подушек, они всё равно не смогли.
* * *
Гул набата достиг и самого дальнего дома в посёлке. Услышав его, Нина Сергеевна Шарова приподнялась на постели и выглянула в окно.
– Что там такое? – спросил её муж, потягиваясь.
– Не знаю, пожар, наверно, – равнодушно отозвалась Нина.