Табу
Шрифт:
– Поспи немного. Дай себе передохнуть.
Это был мой первый подарок своей истинной. Я хотел подарить ей целый мир, самый дорогой алмаз, лучшую личную технику и косметику. Но позволительно мне было вручить только маленькую вещь. И я постарался показать все свое отношение в жесте.
Не знаю только, оценит ли девушка.
Нина несмело взяла дугообразный подарок и помяла в руках:
– Спасибо. Правда, я не уверена, что засну.
Ее голос звучал очень тихо.
– Просто расслабься, откинь сиденье, закрой глаза. Кто знает, что будет вечером.
– Ты купил это специально для меня? – Нина повернулась, и кончик ее брови дрогнул.
Я промолчал. Отпираться не хотелось, соглашаться тоже.
Нина примерила подушку на шею, устроилась поудобнее и действительно закрыла глаза.
– Спасибо, – прошептала она еще раз.
И с угла левого глаза девушки, из-под темных ресниц, по щеке быстро пробежала слеза.
Я сделал над собой невероятное усилие и отвернулся, чтобы не смущать свою пару. И почему она должна мучаться? Почему наш путь такой трудный? И, самое хреновое, никаких гарантий успеха при таком сложном раскладе.Я следил за путем капли, и ощущал настоящую бурю внутри. Желание убить Серегу, который довел ее. Потребность обнять. Важность сделать счастливой, чтобы она никогда не плакала.
Мы подъехали к дому, и я попросил:
– Подожди.
Сам вышел, открыл дверь для Нины и девушка посмотрела на меня снизу вверх так, словно я вдруг заговорил на тарабарском.
Я забрал пакеты и уже про себя придумывал, как начать разговор с сыновьями НиныЯ мысленно погладил себя по лысине и дал щелбан СерОже. Чем больше у него промахов, тем больше у меня плюсов.
Одного я не рассчитал, что мы зайдем в лифт, а там уже будет бабулька, что живет на этаж ниже моей пары.
– Лысик, идешь?Я молча подмигнул, надеясь, что старушка все поймет, а Нина поздоровалась с пожилой женщиной. Та в ответ кивнула. И когда она вышла на своем этаже, обернулась, посмотрела на меня, подмигнула и спросила:
Нина рассмеялась, а я испариной пошел. Сейчас как спалит всю контору!
Я рукой нащупал кнопку закрытия дверей, фальшиво улыбнулся и сказал:
– Сначала этажом выше помогу.
– Ну-ну! Так и знай, мои тарифы вырастут! – крикнула она в закрывающиеся створки лифта.
Пронесло!
Нина смеялась.
– Почему ты мне не сказал? – спросила она.
Мне стало холодно в груди. Неужели, она как-то поняла?
– Ч-что?
– Что я подушку не сняла! – Нина посмотрела на себя в зеркало и сняла с шеи мой подарок.
– Все правильно. Дома тоже пригодится.
Пусть у нее будет что-то от меня. Хотя бы такая малость. Пока.
Моя пара открыла дверь и крикнула:
– Мальчики, я дома!
Ребята выскочили из комнаты, увидели меня и разом застыли. Глаза обоих стали в пол лица. И пока они не испугались окончательно, я протянул им пакеты.
– Тут супергерой передавал, – попробовал начать я.
Мальчики посмотрели на Нину, и только после ее едва заметного кивка, кинулись к подаркам.
– Вот это да!
– Фотик!
– Сразу делает!
– Щелк! Щелк!
– Это Матвей и Макар, – представила их Нина. – Что-то я еще не отойду, прости. Дети, а это дядя…
Девушка вопросительно посмотрела на меня, и я кивнул, подтверждая. Да, меня так и зовут.
– Это дядя Скала, – продолжила она.
И ребята прыснули со смеху. Я поддержал их улыбкой и сказал по-свойски:
– Вот теперь прикиньте, как вам повезло с именами!
Парнишки без остановки щелкали затворами: фотографировали друг друга, корча то смешные рожы, то супергероев; снимали маму, вилку, и даже меня.
Я не стал отставать от них – тоже сначала сделал дурацкую физиономию, а потом зверскую морду. Почему-то второе вызвало у них такой гомерический хохот, что у Макара началась икота.
– Ну вот, до икоты напугал, – заметил я, когда они убежали.
– Да ты что! Мальчишки даже со мной так не смеются – до икоты. А ты их сразу в оборот взял. Сразу чувствуется – психолог.
Ну–ну, психолог. Нине еще предстоит узнать, какая у меня профессия на самом деле, но я даже мечтаю добраться до этого момента. Это будет означать, что мы нереально продвинулись в наших отношениях. А пока же это кажется лишь одним из возможных вариантов будущего, в дымке, вдалеке.
И тут из угла высунулась любопытная моська Матвея. Он пристально смотрел на меня так, будто в чем-то подозревал. Неужели понял, что я имею виды на их маму?
Нина тоже заметила сына и спросила:
– Ты что-то спросить хочешь?
– Да.
Я думал, что сейчас поинтересуется, где же папа и что этот лысых хрен тут делает, но нет. Он меня удивил.
– Я хочу спросить кое-что у дяди Скалы. Наедине.
Мы переглянулись с парой взглядами, и я вопросительно поднял брови. Девушка кивнула.
Тогда я подошел к парню, а он поманил меня за собой в комнату. Там на мате под спортивным уголком сидел серьезный Макар. Я сел рядом, оглядываясь. Спортивный уголок казался таким маленьким. Я же мог им полсада под спортплощадку отвести. Мы бы с ними еще препятствия настроили. Они же любят стрелялки.
– Признавайтесь, – вдруг сказал Макар.
И я перевел на него настороженный взгляд.
– У меня полно секретов, ребят. Какой интересует?
– Ты – человек-паук? – выпалил Матвей, и двое ребят застыли в ожидании ответа.
Я посмотрел на одного, потом на другого. Прищурил глаза.
Мальчишки переглянулись. Тогда я протянул руку запястьем вверх и показал:
– Вжух!
И они тут же посмотрели на противоположную стену, а потом с разочарованием на мою руку.
– Ничего! – констатировал я. – Нет паутины.
Нина подслушивала.– Но мы видели, как ты по стене забирался! – крикнул Макар, а я покосился на дверь в детскую.
– На вы надо говорить, – шикнул на брата Матвей.
– Мне можно на ты, ребят. Так даже проще.