Чтение онлайн

Сейчас мы владели хорошим и удобным местом. С запада текла река, чей противоположный топкий берег почти сразу переходил в болото. Там главным был Большой Ги, который уже два года двигался вместе с нами туда, где Кив больше, а мясо слаще. С ним у нас был некий нейтралитет, потому что он был гидрой, то есть весьма крупной девятиголовой рептилией с какой-то чудовищной регенерацией. Лес на нашей стороне его не особо интересовал, но река и болото другое дело. Мы же не стремились в топь. С востока нас подпирала та самая стая из четырёх волков, с которыми мы поцапались на второй год. С ними приходилось грызться каждую весну, но это уже стало чем-то привычным, в ближайшее же время я ждал объединения стай из-за того, что Рыжей как бы пора войти в интересный возраст и вожак соседей самый вероятный кандидат на создание пары. Кстати хотя бы ему стоило бы наконец придумать человеческое имя, не ограничиваясь образом в своей голове. А то пока только гидра может похвастаться собственным названием. На севере обитал тигр, который в этом году очень упростил жизнь и нам и себе. Он просто сам прошёл севернее, заняв территорию бурого медведя, которого радостно скушал. А мы заняли его предыдущую «поляну». С юга же за нами двигался леопард, но пробовать нас на прочность не спешил. Наши клыки были остры. Правда никто не сомневался, что если мы ослабеем, то кошак не применит этим воспользоваться. Жалость в дикой природе встречается примерно никогда, так что ждать её глупо.

Олень оказался ожидаемо сытным и калорийным, нам четверым его вполне хватит и на завтра. Точнее троим, климат здесь жаркий, так что туша вскоре начнёт попахивать, а я стараюсь по возможности беречь желудок. Жизнь уже вполне приучила меня к тому до каких именно пор можно есть сырое мясо без вреда для здоровья и я знал, что не обгажусь. Но если есть возможность подкрепиться фруктами, орехами и кое-чем ещё, то почему бы и нет?

Так что закончив с нехитрой трапезой и как обычно слегка извазюкавшись в крови, я решил прогуляться до речки помыться, а потом собрать те дары леса, которые не стремятся поднять тебя на рога или пропороть клыком, как один злобный кабаняра, который пару лет назад повредил мне ногу. Кто ж знал, что эта туша может быть настолько быстрой, когда хочет?!

Серый и Рыжая остались у туши, охраняя добычу, Лизь же решил составить мне компанию. Он вообще во многом остался тем добрым и весёлым щенком, которого я помнил по первым неделям в логове Лохматого. Ну, насколько это вообще возможно для лесного хищника, а не домашней собаки. Серый же изрядно прибавил в солидности, привыкнув к роли вожака нашего маленького коллектива. Не могу сказать, что он был не на своём месте, мозгов ему в целом хватало, а в драках за территорию и на охоте он всегда был впереди всех. Правда и получал всегда больше всего мяса, быстрее остальных растя в размерах и силе. Рыжая же как была хитрой вертихвосткой, так и осталась. Хорошо хоть нрав имела не очень злобный и не творила особой дичи, лишь ограничиваясь подначиванием остальных. Хотя было дело Серый с Лизем из-за неё поцапались… Правда всё кончилось тем, что в конце больше всех получила она сама.

Наш путь до реки был не долгим, но довольно насыщенным. Мои молочные братья и сестра не так давно открыли для себя возможность необычного рычание, которое сопровождалось направленным акустическим ударом. Для охоты его было ещё маловато, но для нехитрых развлечений вполне. Так что по пути я уворачивался от тумаков молодого волка, отвечая ему время от времени слабенькими молниями. На других меня собственно не хватало, да и те что были я мог выдать примерно раз в секунд тридцать, отправляя из руки разряд длинной метра на два. И чтобы достать Лизя к нему приходилось подобраться почти вплотную, когда как он имел «дальнобойность» метров пятнадцать. Но если в силе я своему молочному брату уступал, то в скорости солидно превосходил, что несколько уравнивало шансы, как и возможность прыгать по веткам и хвататься за лианы. Так мы и двигались, кружа вокруг друг друга и деревьев на полный желудок, он старался заставить меня ощутить звон в ушах, что-то вроде панической атаки и головокружение после толчка, напоминающего взрывную полну, я стремясь дать ему возможность передёрнуться от слабенького удара током. Меня это аж заставляло с ностальгией вспоминать игры детства с конденсатором во дворе с ребятами. Жаль тогда нас быстро запалили взрослые и отняли опасную игрушку. Пришлось начать ходить играть на ближайший недострой. Вот уж где всё было опупеть как безопасно.

Одно время я задумался почему молния получается такой слабой. Всё таки чтобы выдать электрическую дугу в пару метров нужно весьма немало энергии и она должна передавать огромную температуру цели. Судя по всему местные законы физики всё таки отличаются от земных и то, что невозможно там, вполне работает здесь с энергией Кив, которая пронизывает весь мир. В данном случае я не создавал классический ионизированный канал, по которому движутся электроны и ионы, а отправлял заряд именно Кив, который и создавал пробой, задействуя энергию уже имеющуюся в самом воздухе. С пониманием этого удалось перестать сушить себе мозги, как раз перешагнув от мелких разрядиков между пальцами к вполне кошерным молниям. И заодно захотеть заиметь чёрную мантию. Потому что правильному ситху без чёрной мантии с капюшоном никак не можно… Правда прокачать своего персонажа до таких высот пока не удалось и приходилось ходить в набедренной повязке из шкуры леопарда и с его клыком на шее на тонком кожаном шнурке.

Подобные размышления были донельзя глупыми, но помогали сохранять здравый рассудок, цепляясь за воспоминания. А то в последнее время я начал ловить себя на том, что считаю себя скорее волком, чем человеком, даже мысли о месте начали приходить ко мне всё реже. И я не мог с уверенностью сказать хорошо это или плохо. С точки зрения меня прошлого строить свою жизнь вокруг желания убить неких людей было абсурдом. С колокольни меня нынешнего оно казалось вполне логичным, просто опасным и немного нежелательным, потому что придётся покинуть стаю на какое-то время, а возможно и навсегда. Что неминуемо её ослабит. Да, надо признать, что в моей голове не смотря на все мои усилия был тот ещё винегрет.

Что касается умения рычать по волчьи всё кстати было не так уж радостно, хоть и не безнадёжно. Смотря на Серого, Лизя и Рыжую я понял сам механизм и даже сумел нащупать, как повторить за ними этот трюк, но мой голос был до обидного слаб. Я тренировался, раз за разом повторяя одно и то же, даже сейчас порыкивал на брата издали, но толку от этого практически не было. Мои четвероногие товарище были в разы сильнее в этом плане. Хорошо хоть прогресс пусть и медленный, но всё же был. Мысль о том, что Лохматый мог буквально проложить рычанием дорогу через мир или заставить огонь погаснуть, не давала мне покоя. Ради такого стоило стараться. Если надо, то годами и десятилетиями.

Добежав наконец до реки, я прыгнул в воду, скинув с себя набедренную повязку, но оставив самодельный пояс с ножом. Мой нынешний инструмент был сделан из лосиного рога, точнее почти лосиного. Всё таки местная животина заметно отличалась от земной, на моей прошлой родине у лосей не было рога на носу, как у носорога. Прошлый же ножик был уже маловат. Мне было восемь лет, со здешней кормёжкой, полной Кив, я вымахал изрядно и уж точно был крупнее второклашек на Земле, хотя и не тянул ещё на подростка, но в моей руке старая поделка как-то терялась.

Вода мягко приняла меня в свои объятья. Плавать в реке было немного опасно, но наш с гидрой нейтралитет держался, а хищников поменьше я и сам вполне мог выпотрошить, благо никого крупнее щук не водилось. Большой Ги крупных конкурентов не терпел. Зато на дне хватало мидий. Это, понятное дело, не устрицы из дорогого ресторана, но я человеком был непривередливым, а пожрать любил. Молодой растущий организм буквально заставлял закидывать в топку еду, не останавливаясь. Так что мытьё от оленей крови я совместил с рыбалкой. Интересно, а для лова мидий в русском вообще есть своё особое название? В местном-то языке я такого точно не знал.

Наловив моллюсков и приложив их электричеством, которое не совсем электричество, получилось открыть раковины. Лизь от даров реки отказываться не стал, даром что недавно набил пузо парной олениной. Расправившись с едой, мы двинулись на юг. Там волку уже ничего не должно было перепасть, всё таки растительную пищу хвостатый абсолютно не уважал. А я целился на мелкие дички с яблони, которая росла там, где берег становился болотистым. Дальше уже начиналась территория леопарда, чтоб его блохи кусали. Взаимоотношения кошака с гидрой нас мало касались, но когда мы были южнее, на нашу стороны реки он не редко заходил и жрал некоторые травы, в которых хватало Кив. К моему удивлению гидры оказались всеядными существами, а не чистыми хищниками. Но в любом случае сейчас между нами нейтралитет, мы не трогаем его, он не мешает мне купаться в пограничной реке. И все довольны.