Чтение онлайн

— Как я не люблю все эти чары, — со вздохом сказал он, ощупывая твердый воздух перед собой. — Капитан, дальнейшие перспективы туманны и бесперспективны. Федюнь, растолкуй наконец, какого рожна мы сюда поперлись.

— Путь нам тут проложен, — без особых эмоций пояснил Сын погибели.

— Кто ж так пролагает? Хорош путь — встряли, как пьяный в угол. Или ты знаешь, где в этой загородке дверка?

— Нет, — подходя поближе к Лису, сознался мальчик, — да и не время еще.

— Новая песня… Мессир, вы слышите? Мы сюда тащились по долинам и по взгорьям, как та дивизия вперед, кучу народу положили, сами чуть дуба не врезали, а получилось не вперед, а в зад — фейсконтроль не пропускает.

— Какой тут фейсконтроль? — послышалось из тумана. — Ничегошеньки не видно.

— Зато слышно, — напрягся Сергей. — Кажется, сюда кто-то скачет.

— Определенно скачет, — подтвердил Камдил.

— Ну шо, граф, занимаем очередь к кассе или готовимся к бою?

— Проклятие! Здесь ничего не разберешь, — сказали вдалеке.

— Хоть глаз коли, — ответил другой голос.

— И выколю! — рявкнул первый. — Спешивайтесь и ведите коней в поводу. Рыцарю с его людьми не видать ни зги, так же как и нам. Если они прошли, то мы тоже сможем… Давайте, давайте пошевеливайтесь, они совсем близко!

— Но принц, здесь же своих от чужих не отличишь!

— Принц? — раздалось в голове Камдила. — Капитан, хай меня ранят! Судя по выговору — это явно принц Уэльский. Шо здесь делает наследник вашего престола?

— Прежде всего наследнику еще не присвоен этот титул. Но голос знакомый.

— Я тебе напомню. Это тот мордоворот со взглядом шестидюймовки «Авроры», с которым мы устраивали противопожарный забег из замка.

— Господи, он-то что здесь делает?

— А хрен его знает. Давай спросим.

— Он явно не один.

— Мы тоже.

— Эй, Гарри, — крикнул Лис. — Сдавайся, ты окружен!

— Ну уж нет! — яростным ревом ответил туман.

— Верните мечи в ножны, — властно потребовал Федюня. — Срок настал. Подойди ко мне, Гарри, я ждал тебя.

Это сообщение обескуражило вождя мятежников, но он со звоном вернул клинок в ножны и пошел на голос.

— Было трудно сделать выбор? — буднично, словно между делом, спросил Федюня. — За морем остались те, кто шел за тобой…

— Трудно, — понимая о чем речь, подтвердил Гарри. — Почему все остановились?

— Стена. Невидимая. Ни зверю лютому, ни птице небесной, ни рыбе, в водах обитающей, не пройти сквозь тот предел, — нараспев произнес отрок, кажется, что-то цитируя. — Ни огню небес, ни пламени бездны, ни человечьему хотенью не сокрушить его.

— Тогда что мы здесь делаем? — удивился валлиец.

— Ждем.

— Чего?

— Пока свершится.

— Что свершится?

— Не знаю. То, ради чего он привел нас сюда. — Федюня достал из-за пазухи медальон, и туман вдруг заметно поредел, будто на груди мальчишки блеснуло небольшое солнце.

— Капитан, тебе это ничего не напоминает? — Лис потянул руку к медальону. — Ну-ка, дай глянуть.

— Не трогай! — предостерегающе крикнул Федюня. — В нем смерть!

— Ешкин дрын! — Сергей отдернул пальцы.

— Не надо. — Камдил подъехал ближе. — Напоминает… Такая же эмблема была в башне Фауста. Я тогда подумал, что это его герб.

— Странная эмблема.

— Ничего странного. Геральдическая шарада. Змея, кусающая свой хвост, — символ вечности и совершенства, как, впрочем, любой круг. То, что они переплетены между собой, указывает на их триединство — так сказать, тройная проекция на одно и то же. Далее — перстни с рубином на шее каждой змеи. Это символ тайны, священной тайны. Буквально тайны крови, тайны жизни. Прибавь сюда то, что сама по себе змея — символ мудрости и обновления.

— Прибавил, — отозвался Лис. — Но извини, Капитан, куркулятор дома оставил. Скажи лучше сразу ответ.

— Три вещи, необходимые для всего, что живо: рождение в круге Аннуна, рост в круге Абреда и полнота в круге Гвинвид, ничто не существует вне этих трех вещей, кроме Бога, — опередил Камдила Гарри.

— Ибо все эти круги — и есть Бог, — завершил фразу Камдил.

— Насчет бреда это вы, конечно, хорошо загнули, но что-то я не понял — это вроде наши Навь, Явь и Правь?

— Примерно, но не идентично, — подтвердил Вальдар. — Знаменитая триада бардов: Абред — круг, где смерть сильнее жизни — наш мир, он же Явь. Гвинвид — круг, где жизнь сильнее смерти и все существующее рождено жизнью. Но он — не мир богов. Как и Аннун — не мир мертвых. Аннун — место перерождения.

— Мудрено, но круто.

— Смотрите, смотрите, — вдруг закричал Гарри, указывая вперед.

По ту сторону незримого предела на видневшемся сквозь туман гранитном выступе, свившись, лежали две змеи.

— Это шо еще за эмблема новобрачных?

— Погоди, — остановил Лиса напарник. — Федюня, это твои змеи?

— Да, — коротко сказал тот.

— Но как они там очутились?

— Проползли.

— А как же «не зверю лютому, ни птице»? — возмутился Лис. — Ну, типа редкий страус добежит до середины Днепра…

— Они не звери, не птицы и не рыбы. Они даже не гады ползучие, ибо можно изменить вид, но неизменна суть.

— То есть… — Лис настороженно ощупал воздух перед собой. Невидимая стена оставалась на месте. — Они туда-сюда могут, а мы никак?

— Никак.

— Почему?

— Потому что три дают одно.

— Убедительно, — хмыкнул Лис.

Гарри смотрел на Спасителя и сердце его колотилось, как бьет в минуты пожара тяжелый колокольный язык в набатный колокол.

«Три воедино, — думал он. — Три круга… Вот незадача».