Чтение онлайн

Все окна нараспашку.

Там внутри что дискотека во время движения?

А я не успела ничего понять…

Не успела в сторону отскочить, как меня окатило водой из грязной лужи.

– Придурок! – всхлипнула, чувствуя невероятный стыд, с ужасом осматривая любимое платье, которое теперь стало похоже на половую тряпку.

Красная Фер***и резко даёт по тормозам.

Из окна высовывается сиськастая девица в блестящем коротком топе с голым пупком и окатывает меня с головы до ног отборным матом.

Я застываю как фонарный столб, глубоко потрясённая всем происходящим.

Ничего себе!

Прохожие совершенно спокойно реагируют на всё происходящее – тупой мажор на дорогущей тачке, нарушающий правила дорожного движения, для них не новое явление. Здесь, на территории МВУ, такое животное поведение обычное дело.

Расфуфыренная девица с броским макияжем напыщенно мне улыбается и показывает средний палец. В левой руке она держит бутылку – это явно не лимонад.

Демонстративно хлебнув из горла, девица опять грязно выматерилась на всю улицу, после чего дорогущая тачка сорвалась с места и, задрифтив, на большой скорости скрылась за ближайшим поворотом.

Помимо воды из лужи, меня ещё и окатило вонью от сожженной резины. Я закашлялась и начала задыхаться. Пришлось отбежать в сторону, где воздух был почище.

Когда я немного пришла в себя, поняла, что я выгляжу как мокрая курица, которую вываляли в грязи.

Любимое платье испорчено!

Прохожие смотрят на меня с отвращением и недовольно морщатся. Кто-то даже рассмеялся, а один негодяй вообще быстро навёл на меня камеру телефона и сфотографировал.

Я срываюсь с места и бегу куда глаза глядят, всхлипывая.

Прекрасно!

Просто чудесно!

Ненавижу таких уродов…

Они считают себя царями жизни!

Ведут себя так, будто у них есть право творить абсолютно всё!

Но когда-нибудь они очень сильно пожалеют.

Доездятся. Шумахеры чертовы!

Жаль водителя я не рассмотрела.

Сто процентов там за рулём было какое-нибудь жирное чмо.

Отпрыск депутата или тиктокер миллионник.

Сарафанчик очень жалко… Ведь это мамин подарок, от чистого сердца. Надеюсь, он отстирается.

Сгорая от стыда, я быстро свернула в первый попавшийся переулок и попыталась хоть как-то привести себя в порядок. Хорошо, что в сумке я всегда носила с собой пачку влажных салфеток.

Откуда там вообще лужа взялась в таком-то пафосном районе?!

Потом я поняла, что рядом с пешеходным переходом засорилась сточная яма. Уже после того, как меня” искупали”, через пять минут на это место приехали рабочие, начали там ковыряться, устраняя проблему.

Просто зашибись я везучая!

Именно с этого момент, как какой-то мудила на дорогущей спортивной тачки меня обрызгал, началась моя черная полоса в жизни.

– Мама! Ну ты где? Не могу до тебя уже целый час дозвониться! – с волнением ору в трубку.

На том проводе слышится какая-то возня и посторонний мужской голос.

– Я в больнице. Авария.

Сердце резко сжимается в груди.

– Что?! Боже, что случилось?!

– Ника! Ника, только не переживай! – мама быстро пытается меня успокоить. – Все хорошо, уже еду домой! Скоро буду и всё расскажу. Травма оказалась пустяковой…

– Фух, не пугай так! – перевожу дух, делая глубокий вдох. – У меня сердце чуть из груди не выскочило.

– Меня один мужчина случайно машиной задел. Не увидел… Я просто колено ушибла и ладошки. А так всё хорошо.

– Боже! А осторожней нельзя? Мне ли тебя учить смотреть по сторонам?! И кто из нас в семье старший?

Но сейчас не об этом.

Я слышу громкий звон стекла и отвлекаюсь.

В метре от меня разбивается пивная бутылка, разлетаясь на кучу осколков.

За этим следует пьяная брань, которая звучит на полдвора.

– Ника! Что там происходит?

Мамина ситуация отходит на второй план, меня накрывает ещё большим страхом.

– Мам, у нас проблема… Дело в том, что нас выселили. Грымза совсем рехнулась! Они с друзьями-алкашами напились и начали швырять наши вещи прямо из окна.

– О, Господи! Уходи оттуда немедленно, слышишь!

– Но вещи…

– Плевать на вещи! Все бросай! Беги! Они ненормальные!

– Не то слово… Отшибленные.

Бах.

Я едва уворачиваюсь.

Это приземлилась наша картина.

Я сижу на грязных ступеньках подъезда в обнимку с плюшевым медведем и дрожу.

На мне домашнее платье в горошек и тапки в виде кроличьих лапок.

Даже переодеться не дали!

Бесцеремонно вытолкали за дверь в том, в чем по дому ходила.

Изверги!

Старая Грымза ворвалась в квартиру и с помощью своих вечно набуханных в хлам дружков принялась выбрасывать наше имущество в окно. Деньги я ей вчера отдала, правда за предыдущий месяц, не за этот. Но Степановна словно сошла с ума.

А потом я поняла, что и она вдрызг пьяна.

Ничего не помнит, не соображает! Проявляет поразительные акты агрессии, в диалоги не вступает. Всё твердит и твердит, что мы ей должны, но больше она терпеть не намерена.

– Вон пошли, шмарьё поганое! Бессовестные нахлебницы! Две дылды здоровые! Меня, честную пенсионерку, обмануть пытаетесь! Не люди вы, а изверги! Воооон!

Лесом такое жильё!

Но у нас не было выбора. Большее мы пока что не можем себе позволить с нашим скудным доходом. Похоже, именно сейчас я поняла, что на улице спать безопасней, чем здесь. В подъезде, полном алкоголиков.

Я поднимаюсь на ноги и собираюсь отбежать в сторону, как можно дальше, как вдруг вижу совершенно невероятную картину! В убогий двор советских пятиэтажек на приличной скорости влетает чёрный, тонированный Мер***ес, который паркуется точно напротив нашего облезлого подъезда.