Чтение онлайн

Вымывшись как следует, Коннор направился к северному участку стены взглянуть, как за прошедшие две недели продвинулась работа – его люди укрепляли камнями деревянные опоры. Дела задержали его до самого вечера, требуя его присутствия то в одном, то в другом месте.

Солнце заходило, когда он вернулся в конюшню. Как только Коннор ступил внутрь, он сразу заметил, что, во-первых, стойло черного пустует, а во-вторых, Дэвис, завидев его, пытается выскользнуть через заднюю дверь.

Оклик лаэрда прервал его поспешное бегство. Старик остановился будто парализованный.

– Где черный, Дэвис?

– На улице, лаэрд.

Ответ не удовлетворил Коннора. Он приказал конюху подойти поближе и спросил:

– Ты вроде пытался улизнуть, а?

– Пытался.

– А почему?

– Хотел убежать, пока вы не заметили, что черного нет.

– Понятно, – ответил Коннор, еще сдерживаясь. – Ну, говори прямо: где сейчас мой жеребец?

– Он дышит свежим воздухом.

– Чье это распоряжение?

Казалось, Дэвис боялся отвечать ему. Он отступил назад, потом быстро собрался с духом и выпалил:

– Вашей жены.

– Она приказала тебе вывести мою лошадь из стойла? – спросил Коннор, силясь понять, что случилось и почему так нервничает Дэвис.

– Ну… как бы это… не то чтобы она мне приказала…

– Она что, велела Куинлену или Криспину вывести жеребца?

– Нет, она никого из них не просила. Ну, и меня тоже не просила…

Коннор твердил себе: терпение.

– Помоги мне разобраться, Дэвис, и стой спокойно. Ты не выйдешь отсюда, пока я не получу ответа на все вопросы. При ней есть кто-то? Или она пытается прогуливать лошадь сама?

– Ну, может, Куинлен уже поймал вашу миледи. Обычно он так и делает. Я не понимаю, что вы имеете в "иду под словом «прогуливает». Вы могли бы мне объяснить? Я не думаю, что кто-то может просто прогуливать вашего черного.

И тут Коннора озарила внезапная догадка, от которой сердце его бешено забилось.

– На нем кто-то ездит? – Да.

– Куинлен? – Он едва сдерживался от страшного желания схватить конюха за шиворот и вытрясти из него все ответы. – Нет? Так кто же тогда на нем?

Дэвис, уловив вскипевший в голосе лаэрда гнев, состроил жалкую гримасу и ответил:

– Ну, может, и ваша жена. А может, и нет.

У Коннора было чувство, что с самого начала именно это Дэвис и собирался ему сказать. И если бы Дэвис не успел сообщить, что с ней Куинлен, Коннор наверняка бы утратил все свое самообладание. Но поскольку он уже знал это, то уцепился за эту ниточку.

Во имя всего святого, о чем только думает Куинлен, если позволяет Бренне так рисковать? Легковозбудимым жеребцом трудно управлять даже мужчине, и Коннор никак не мог себе представить свою нежную маленькую жену рядом с диким животным.

– Если черный удерет от Куинлена, он может растоптать мою жену. Где они сейчас?

– Лаэрд, думаю, вы меня не поняли. Черный не может убежать от Куинлена, потому что он даже рядом с ним не стоит. Просто Куинлен наблюдает за миледи.

– Боже мой! Так она что…

– Да ничего с ней не случилось. Я точно знаю.

Коннор уже был почти возле двери, когда слова Дэвиса остановили его.

– А откуда ты знаешь, случилось с ней что или нет?

– Да кто-нибудь из толпы уже давно прибежал бы за вами, если бы что-то стряслось с вашей дорогой женой.

– Толпа? Какая толпа?

– Которая за ней наблюдает. Они стали собираться в одно и то же время, ближе к вечеру, уже несколько дней подряд. Никто миледи не мешает, так что вы можете успокоиться. И Куинлен всегда рядом, он за ней следит. А мне не надо стоять и смотреть, я просто выхожу из конюшни и слушаю. Я точно знаю, что делает миледи. Когда она падает, раздается недовольный вздох, а когда держится на лошади – одобрительный гул. В последнее время я слышу только радостные голоса. Значит, миледи освоила мастерство наездника.

– Где они?

– На другой стороне холма, за кухнями. Идите прямо на шум! – крикнул он вслед сорвавшемуся с места лаэрду. – Слышите, никак гудят? Ну вот, сейчас это может означать только… – Продолжать дальше не было смысла, ибо лаэрд уже исчез за гребнем холма.

Когда Коннор миновал кухню, до его слуха донесся приветственный гул толпы – значит, его жена в безопасности… в данный момент. Он стал дышать ровнее, но потрясение от испуга за нее еще не прошло. Никогда в жизни он, кажется, так не пугался.

Наконец он увидел весь клан Мак-Алистеров на склоне холма. Матери сидели на земле, держа детей на коленях, а отцы стояли позади, мирно беседуя. Женщины постарше принесли с собой шитье, но и они, как все остальные, увлеклись, глядя на леди Мак-Алистер, и им уже было не до шитья. Зрители от мала до велика зачарованно смотрели на Бренну.

Все как один полоумные, решил Коннор.

Добравшись до вершины холма, он изумленно остановился на приличном расстоянии от толпы.

Коннор не был готов увидеть то, что открылось его взору. Бренна не просто скакала на его черном жеребце. Она скакала без седла. И похоже, у нее получалось. Да не просто получалось, а здорово получалось! Спина и плечи у нее были безупречно прямые, голова высоко поднята, она ехала с мастерством и опытом воина клана Мак-Алистеров и в то же самое время божественно грациозно, как никто другой. Ее золотистые волосы развевались на ветру, когда она и животное как бы парили над землей. Услышав ее смех, Коннор почувствовал, как сердце его наполняется гордостью за жену. И тут он понял, что потрясен так же глубоко, как и вся толпа.

Он обратил внимание на кучи сена, разбросанные повсюду, и догадался, что Куинлен пытался предотвратить несчастье, раскладывая стожки на случай падения. И хотя Коннор оценил, насколько предусмотрительно поступил его друг, он готов был разорвать его на части. Толпа возгласами подбадривала Бренну, но тут Коннор заметил, как Куинлен горячо замахал ей руками и яростно затряс головой. Коннор велел себе выйти из оцепенения и положить конец этому сумасшествию, пока не произошло непоправимое.

Он не понимал и даже не подозревал, что она собирается делать, пока не стало слишком поздно. Коннор начал спускаться вниз по холму, когда черный жеребец перемахнул через первую кучу сена. Бренна даже не шелохнулась, но при втором прыжке чуть не свалилась. Больше Коннор не мог этого вынести. Он остановился, расставил ноги и пронзительно свистнул. Черный жеребец тут же вскинул голову, услышав знакомую команду, перекрывшую одобрительный рев толпы, и резко изменил направление. Бренна никак не могла понять, что на него нашло, и, как ни старалась, не могла повернуть коня обратно. Он понесся через холм.