Чтение онлайн

Доли секунд, но мозг успел испугаться. Он понял, что сейчас произойдет. Понял, что он не сможет сопротивляться. Удар Газели. Мощный удар снизу. С ужасающей выводящей силой ног и корпуса уходящей в прыжок.

Словно скакун, противник взбрыкнул и нанес мощнейший удар. Озаренная яркой вспышкой боль пронзила электрическим разрядом все тело Артура. В глазах замерцали разноцветные круги. Брызги пота и крови взметнулись вверх словно от мощного взрыва. И он застыл на секунду с ними, оторвавшись ногами от ринга, ослепленный софитами в брызгах собственного пота и крови. И теперь он падал всем корпусом, только уже спиной вниз.

Резко! Быстро! Падение выбило остатки воздуха из легких.

Трибуны замерли. Замерло время. Где-то рядом приземлилась вылетевшая капа.

Почувствовать тело...

Ни рук, ни ног. Что с моим телом?

Стоп. Почему мне не больно? Где эта ужасающая боль и усталость?

Он был ужасно дезориентирован. Софиты слепили, трибуны вокруг были глухими. Все заволокло тишиной, а потом раздался сильный звон. Вся земная тяжесть обрушилась на него сверху.

Потерял счет времени. Наступила паника. Встать. Нужно встать! Сколько уже отсчитал рефери? Фигура, склонившаяся над ним, расплывалась в своих очертаниях.

Зацепившись рукой за спасительные канаты ринга, превозмогая собственную боль и усталость он встал, отпустил наконец канаты, и поднял руки в стойке.

Видимо он успел. Рефери разрешил бой.

Прямой удар. Он не почувствовал даже боль. Не успел заметить как. Мир вокруг просто вспыхнул и быстро погас...

28 июля. 14-05 (мск)

Нижний Новгород. Россия.

Квартира в Хрущевке

Автозаводского района.

– Артур!

– Мама, если ты еще хоть слово скажешь об Алене, я перестану с тобой разговаривать!
– крикнул Артур.

Мать понурила голову и отвернулась к плите. Артур в сердцах отбросил ложку на стол.

– Поел, блин!
– пробубнил он себе под нос и отодвинул тарелку с борщом.

Плечи матери вздрогнули. Артур осекся. И в без того тесной кухне старой хрущевки ему вдруг стало мало места, захотелось на улицу. Сердце сжалось, но по венам все еще бежала разгоряченная кровь от сказанных им в запале злых слов.

Захлопнув и убрав со стола в карман маленькую бархатную коробку с кольцом, Артур посмотрел на едва тронутый борщ, взял тарелку и сходил вылил ее в унитаз.

С силой бросив тарелку в раковину, он повернулся к матери и постарался как можно спокойнее сказать:

– Это мой выбор, мама. Моя жизнь. И только я буду решать как мне ее жить и с кем! Ты свою жизнь уже определила, навыбирала, и мы с сестрой росли без отца, так что не учи меня жить, займись собой. А я хочу нормальную семью. Твои советы мне ни к чему. Нагуляла нас с сестрой, так теперь дай нам жить правильно, по-людски, по-человечески!

– А я тебе, не человек, да?! Я твоя родная мать!
– сжимая кухонное полотенце в руках женщина утерла катившиеся по щекам слезы.

Артур отвернулся, стараясь не смотреть на слезы матери и в гневе выкрикнул:

– Лучше бы у меня был отец!

Он выбежал к себе в комнату, схватил заранее приготовленную сумку с вещами, и быстро обувшись в прихожей, стараясь не слышать завывания плачущей матери, выбежал в подъезд, хлопнув дверью.

На улице, закинув вещи в багажник своего потрепанного Шевроле, он сел за руль, и долгое время сидел, пытаясь успокоиться. После чего завел двигатель и резко тронулся с места.

28 июля. 19-43 (мск)

Нижний Новгород. Россия.

Международный аэропорт Стригино.

– Сладкий, а почему мы летим не первым классом?

– Потому что я еще не чемпион.

– Но ты ведь сделаешь этого противного нигера, правда?
– Алена расхохоталась во все свои белоснежные тридцать два зуба. Ее мелкая дрожащая собачка, прижатая к ее немаленькой груди, испуганно посмотрела на рот хозяйки.

Артур, двигая чемодан на колесах ближе к стойке регистрации аэропорта напыщенно ухмыльнулся.

– Я эту обезьяну отправлю туда, где ей место!

– А что ты мне подаришь, когда станешь чемпионом?
– лукаво спросила девушка, вытягивая свои полные ярко накрашенные губки.

– Ну вообще-то подарки полагаются чемпиону.

– Тебе уже досталась я! Твоя царица! Богиня! А мою поддержку надо поощрять! Может быть, новым телефоном?

– Мы же тебе покупали телефон! Ему и года нет!

– О том и речь, ему почти год! Или тебе для меня жалко купить телефон?

– Дай мне сначала выиграть, а там и будет тебе телефон!

Девушка радостно громко завизжала и стала хлопать в ладоши.

Артуру невольно вспомнился сегодняшняя ссора с матерью.

"Ей от тебя только деньги нужны! Ей ты не нужен! Она из тебя веревки вьет! Будут у тебя еще нормальные девушки! Которые будут любить и заботиться о тебе просто так, а не потому , что у тебя есть деньги . Будет ли она с тобой , когда от тебя все отвернутся? Будет ли она рядом, когда не дай Бог , настанут темные дни? Ты спрашивал себя об этом? Может, ты нужен ей, пока ты спортсмен, чемпион, пока у тебя есть деньги и ты можешь делать ей подарки? Что, что она дает взамен? Ну хочешь ты быть с ней, будь! Поживите вместе, посмотри какая она хозя й ка, хорошо ли тебе с ней! Быт, он, знаешь ли, разъедает людей, проверяет на прочность. Или вы каждый день будете ходить по ресторанам, да еду на дом заказывать?! Подумай трижды, прежде чем подарить ей это кольцо. "

Он всего-то хотел похвастаться перед матерью, показать кольцо, сказал, что когда выиграет бой, сделает Алене предложение, быть может, на самом ринге, при тысячах зрителей, в свете софитов и камер. Но его восторженный пыл и настрой оборвала его мать. Выяснилось, что она не очень-то и жалует Алену, всегда притворялась, была мила с ней, а в душе, как оказалось, презирала и ненавидела. Обманывала его. А теперь вдруг решила сказать ему правду! Как будто теперь она ему была нужна! Тогда, когда ему больше всего нужно было ее благословение...