Чтение онлайн

— Де-ей-зи, проснись, дорогая.

— Я слушаю, просто задумалась. Ну, так кого вы имеете в виду?

— Файлин.

У нее отвисла челюсть.

— Исключено! — Последние несколько лет Файлин Бизли работала в доме Харви и у двух лучших подруг Дейзи. Как экономка она была выше всяческих похвал, но как мишень для сватовства?.. — Вы, наверное, шутите.

— Какие там шутки! Милочка, неужели ты не заметила, какой ворчливой она сделалась в последнее время? Этой женщине нужен мужчина.

Дождь продолжал монотонно стучать по черепичной крыше. Вот вам и «бабье лето», о котором твердили метеорологи. У Дейзи снова забурчало в животе.

— Послушай, позвони мне завтра. Я так устала, что сейчас не могу ни о чем думать. Поужинаю пораньше и завалюсь спать. Возможно, у меня есть перспективный холостяк, с которым стоит повозиться.

Не ради Файлин, конечно. Нет, все-таки кем бы он ни был, в нем есть нечто особенное.

Ботинки еще не высохли, но он хотя бы отчистил их от грязи. Несмотря на разочарование оттого, что он приехал познакомиться с дядей слишком поздно, Келл получил удовольствие, наблюдая за женщиной на похоронах, которая пританцовывала, словно шаман, пытаясь не погрузиться в грязь по щиколотки. Не то чтобы он не пропускал ни одной женской ножки, но они у нее и впрямь были хороши. Из-за капюшона и больших очков ему удалось увидеть только часть бледного лица, несколько намокших прядей волос и ноги, заляпанные грязью. Но щиколотки у нее определенно классные.

Все еще не пришедший в себя после сообщения, что человек, ради которого он проделала такой долгий путь, умер, Келл не подумал спросить у Блэлока, что за женщина подняла трубку, когда он прошлым вечером позвонил из пригорода. Она посоветовала ему обратиться к банкиру. К тому времени банк был уже закрыт, и ему пришлось ждать до утра.

Конечно, ему надо было позвонить сразу, как только он обнаружил возможную связь между семьей Сноу из Северной Каролины и семьей Мэджи из Оклахомы; но оставались кое-какие дела, да и привлекала сама мысль неожиданно предстать перед дядей Харви, в котором, по расчету Келла, должен был немедленно заговорить голос крови, едва он увидит давным-давно потерянного племянника.

Хотя последнее вряд ли. Келл совсем не походил на отца, Эвандер Мэджи был рыжеволос и веснушчат. Единственными общими чертами были цвет глаз и ямочка на подбородке.

Похоже, он проявил излишний оптимизм, когда сорвался с места, даже не известив Сноу о своих намерениях. Беда в том, что, несмотря на все пережитое за тридцать девять лет жизни, он упорно остается оптимистом. В прошлом, когда он играл в бейсбол и был подающим, он вступал в каждую игру с полной уверенностью в победе. И что же? Из девяти подач семь, черт возьми, всегда достигали цели! Так что, начав розыски, он доведет их до конца.

Досадно, что он добрался до Мадди-Лэндинг, когда уже стемнело. Оказалось, что единственный мотель закрыт, и ему пришлось проехать еще несколько миль и устроиться в какой-то дыре. Жуткое место! Кровать слишком короткая, стены слишком тонкие, а подушки набиты чем-то таким, что голова буквально отскакивает от них. Так что утром Келл не стал терять времени на завтрак, появился в банке через час после открытия и был вынужден ждать, пока его примет некий Блэлок, который пытался отмахнуться от него под предлогом чрезвычайной занятости.

Келл никогда не пасовал перед трудностями. Встав в дверях офиса Блэлока, он представился и объяснил причину своего появления: у его отца был младший брат по имени Харви Сноу, и все, что ему нужно, это узнать, как найти этого человека, потому что в телефонном справочнике его адреса нет.

Вот тогда-то он и услышал печальное известие.

— Мне очень жаль, но человек, которого вы разыскиваете, недавно скончался. Сегодня его похороны. Я направляюсь на погребальную церемонию, так что прошу меня извинить.

На мгновение Келл растерялся, но с места не сдвинулся.

— Насколько известно, — холодно продолжал чопорный респектабельный банкир, — у мистера Сноу не осталось в живых ни одного родственника.

То есть… Черт, так ведь он и есть живой родственник!

Под проливным дождем Келл поехал вслед за Блэлоком на кладбище, а после похорон последовал за ним в банк. И только сейчас, после того как банкир навел какие-то справки по компьютеру и подверг его допросу «с пристрастием», он наконец направился к дому, где когда-то жил его отец.

Предположительно жил, сделал оговорку Блэлок.

Келл рассчитывал уделить этому делу дней пять. Во всяком случае, не больше недели. Мальчишки там, дома, сумеют справиться с магазином. Если нет, то получат взбучку.

В какой-то момент работа с трудными подростками превратилась для него в основное занятие, отодвинув на второй план магазин по продаже спортивных товаров, который он использует в качестве базы. К тому же в самом разгаре процесс превращения действующего ранчо в бейсбольный лагерь, поэтому у него есть почти все, что может пожелать мужчина, чтобы счастливо дожить до глубокой старости — работа, приносящая удовлетворение, финансовая стабильность и достаточно женщин, не требующих от него никаких обязательств.

Другое дело — семейные корни. Отец провел большую часть жизни в Оклахоме, но Келл готов был поспорить на свой семизначный счет в банке, что его корни — в Мадди-Лэндинг.

Проезжая по узкой мокрой дороге, извилистой лентой протянувшейся между полями и заболоченной береговой линией, он сожалел, что не прислушивался к воспоминаниям отца об охоте на медведей в Большом болоте и рыбалке на Дальних отмелях. И то, и другое в часе езды от Мадди-Лэндинг и уже само по себе является доказательством, что он на верном пути.