Судьба
Шрифт:
Может быть, оно так и было, но она не желала его слушать.
— Я не хотела отпускать веревку, но подумала: «Это Туза. Если ему не поверить, то кому вообще можно верить?».
Туза поморщился.
— Ненавижу этот ваш остров! — крикнула Ика обиженно. — Я хочу вернуться на Мессалону. Там я могла доверять своим друзьям. Язон бы меня не предал.
— Но ведь ты не на Мессалоне и твой драгоценный Язон мертв, — он умолк, словно сожалея о своих поспешных словах. — Пусть бык достанется Челиосу, — закончил он устало, — а иначе не одну тебя ожидают неприятности.
— Что ты говоришь?
— Ты прекрасно слышала. Как глава прыгунов, Челиос пользуется доверием царя. Если ты обидишь его, это обернется бедой для твоих друзей.
— Ты беспокоишься за себя?
Он озабоченно нахмурился.
— В ямах у тебя много друзей. Ты должна понять, что доставишь им неприятности. Обещай мне, что ты хотя бы подумаешь хорошенько обо всем этой ночью.
Девушка подивилась его искренности и подумала, что заставило этого веселого шута стать таким серьезным.
— В чем дело? — спросила она озабоченно. — Ты что-то не договариваешь, Туза?
Он заглянул ей в глаза.
— Не торопись, — сказал он, повернувшись к рощице. — Судьба в свое время поведает тебе все тайны. — Туза отошел от нее и исчез в оливковой рощице, оставив ее наедине со своими мыслями. Раздражение ее усилилось — она видела, что Челиос греется в лучах ее славы. Все знали, что быка нашла она, но никто не выступил на ее защиту. Неважно, что говорил Туза, все равно это несправедливо.
Трудно было справляться со своим волнением и раздражением, но каждый раз, когда Ика проходила мимо связанного зверя, ее охватывало также и чувство вины. «Обманщица, — бык как будто обвинял ее. — Где та слава, которую ты мне обещала?»
К вечеру она едва с ума не сошла от обиды. Остальные прыгуны сидели вокруг костра и пели песни, но она ушла в рощицу. Ей хотелось найти Тузу. Кто он такой, чтобы давать ей советы и предупреждения? Если он не остался, чтобы помочь ей, то нужно выяснить, почему.
В роще его не было, но она нашла дерево, на котором сидела днем. Даже в темноте можно было различить повреждения на его стволе от мощного удара, но ветка осталась невредимой. Ика взобралась наверх и уселась в прежнем положении. Прислонившись к стволу, она снова пережила события этого дня. Она была так уверена в своем видении, почему же все так обернулось?
Ика отвязала веревку от пояса и принялась рассматривать ее конец, словно это помогло бы ей найти ответ. Теперь в ее сознании мелькали события не только сегодняшнего дня. Она вспомнила, как яростно обрушивались на нее волны, когда ей не удалось обвязать веревкой Язона.
Туза говорил: «Критяне считают, что жизнь подобна петле — большой непрерывный круг. Рождение ведет к смерти, затем к возрождению, и все события связаны между собой». Если так, не звенья ли одной цепи сегодняшняя неудача и потеря Язона? Возможно, да, ведь она всегда была уверена, что ее судьба связана с судьбой ее героя.
«О, Язон, — подумала она с болью в сердце, — Где ты сейчас?».
Страшная мысль пришла ей в голову. Что если она убила его, как верили все, и тщетно надеется на его спасение, лишь не желая признать свою вину? С каждым днем она все острее ощущала его потерю, и так как разум ее отказывался примириться с этим, она упрямо цеплялась за надежду еще раз увидеть его.
— Дайте мне знак, — прошептала Ика в ночной воздух. — Покажите мне, жив Язон или умер.
Над ее головой зашевелились листья. Ветерок стал прохладным, и она опять, как и утром, замерла в ожидании какого-нибудь знака.
Снизу она услышала голоса, которые доносились немного со стороны. Слов нельзя было разобрать, зато чувствовалась определенная настойчивость.
— Давай затаимся в роще.
Она узнала голос Тузы и готова была уже спуститься и окликнуть его, но он добавил:
— Не хочу, чтобы нас заметили мои приятели танцоры.
— А почему нет, малыш? Мне, наоборот, было бы приятно похвалиться перед ними такой огромной добычей.
«Они, должно быть, выслеживают еще одного быка, — подумала она сердито. — Будь проклят этот Туза, он ведь обещал следующего быка мне».
— Тише, — произнес другой голос, — ты слышишь?
Ветки закачались от ветра. Ей снова показалось, что ветер шепчет ей: «Будь осторожна, твоя судьба...».
Больше она ничего не услышала. Листья перед ней отклонились в сторону, и она увидела холм, там стояло какое-то темное, неопределенное существо.
«Я снова переживаю видение», — подумала Ика.
Группка людей внизу поползла вперед.
— О нет, — прошептала она едва слышно. — Неужели у меня хотят украсть еще одного быка?
Ика спустилась на землю и поползла за ними. Туза вскоре обнаружил ее присутствие и замер на месте.
— Как ты смеешь? — гневно прошептала она. — Ты обещал, что следующий бык будет мой.
— Это правда, Дори, но...
— Туза, быстрее, — прошептал его товарищ. — Он уходит.
Туза остановился на мгновение, а затем стал красться дальше, Ика шла за ним, сжимая веревку и думая, что этой ночью боги решили посмеяться над ней.
Они добрались до вершины, и девушка с изумлением, увидела, как «бык» убегает от них на двух ногах.
— Что это, Туза? — спросила она. — Вы преследуете человека?
— Не просто человека, — кричал он ей, сбегая с холма, — гиганта.
Ика замешкалась. Ей вовсе не хотелось ловить человека, что бы он там ни натворил, но ведь боги не часто подают знаки, и к этим знакам нужно прислушиваться. Вероятнее всего, ее видение означало такую охоту.
С холма было удобно обозревать освещенную лунным светом равнину. Кажется, только она заметила, что гигант бежит к оврагу посреди леса, надеясь там скрыться от своих преследователей. Если она вовремя окажется между ним и обрывом, то успеет накинуть на него петлю. А потом останется только крепко держать, пока не подоспеет помощь.