Стулья
Шрифт:
С т а р и к (словно во сне). А за садом... там было, лапочка... было... Что там было, ты говоришь?
С т а р у ш к а. Город Париж.
С т а р и к. А дальше... за Парижем что было... было что?
С т а р у ш к а. Что же там было, детка, и кто?
С т а р и к. Чудное место, ходили без манто.
С т а р у ш к а. Такая жарища? Нет, что-то не так!
С т а р и к. Что же еще? В голове кавардак...
С т а р у ш к а. Не напрягайся, детка, а то...
С т а р и к. Все так далеко-далеко... я не могу... Где же было это?
С т а р у ш к а. Что?
С т а р и к. Да то, что... то, что... где же было это и кто?
С т а р у ш к а. Какая разница где, я с тобой всегда и везде.
С т а р и к. Мне так трудно найти слова... Но необходимо, чтобы я все высказал.
С т а р у ш к а. Это твой священный долг. Ты не вправе умолчать о Вести, ты должен сообщить о ней людям, они ждут... тебя ждет Вселенная.
С т а р и к. Я скажу, скажу.
С т а р у ш к а. Ты решился? Это необходимо.
С т а р и к. Чай остыл, Семирамида.
С т а р у ш к а. Ты мог бы стать лучшим оратором, будь у тебя больше настойчивости... я горда, я счастлива, что ты наконец решился заговорить со всеми народами, с Европой, с другими континентами!
С т а р и к. Но у меня нет слов... нет возможности себя выразить...
С т а р у ш к а. Начни, и все окажется возможным, начнешь жить и живешь, начнешь умирать — умрешь... Главное — решиться, и сразу мысль воплотится в слова, заработает голова, появятся устои, оплоты, и вот мы уже не сироты.
С т а р и к. У меня недостаток... нет красноречия... Оратор-профессионал скажет все, что я бы сказал.
С т а р у ш к а. Неужели и впрямь сегодня вечером? А ты всех пригласил? Именитых? Даровитых? Владельцев? Умельцев?
С т а р и к. Всех. Владельцев, умельцев. (Пауза.)
С т а р у ш к а. Охранников? Священников? Химиков? Жестянщиков? Президентов? Музыкантов? Делегатов? Спекулянтов? Хромоножек? Белоручек?
С т а р и к. Обещали быть все — службисты, кубисты, лингвисты, артисты, все, кто чем-то владеет или что-то умеет.
С т а р у ш к а. А капиталисты?
С т а р и к. Даже аквалангисты.
С т а р у ш к а. Пролетариат? Секретариат? Военщина? Деревенщина? Революционеры? Реакционеры? Интеллигенты? Монументы? Психиатры? Их клиенты?
С т а р и к. Все, все до единого, потому что каждый или что-то умеет, или чем-то владеет.
С т а р у ш к а. Ты, душенька, не сердись, я не просто тебе надоедаю, а боюсь, как бы ты не забыл кого, все гении рассеянны. А сегодняшнее собрание очень важное. На нем должны присутствовать все. Они придут? Они тебе обещали?
С т а р и к. Пила бы ты свой чай, Семирамида. (Пауза.)
С т а р у ш к а. А папа римский? А папки? А папиросы?
С т а р и к. Что за вопросы? Позвал всех. (Молчание.) Они узнают Весть. Всю жизнь я чувствовал, что задыхаюсь, наконец-то они узнают благодаря тебе, благодаря оратору — вы одни меня поняли.
С т а р у ш к а. Я так горжусь тобой...
С т а р и к. Скоро начнут собираться гости.
С т а р у ш к а. Неужели? Неужели все сегодня приедут к нам? И ты не будешь больше плакать? Гости станут тебе мамой и папой? (Помолчав.) Сборище может нас утомить, послушай, а нельзя его отменить?
Старик в волнении по-стариковски, а может быть, по-младенчески ковыляет вокруг жены. Он
может сделать один-два шага к одной из дверей, затем вернуться и опять ходить по кругу.
С т а р и к. Как устать? Чем утомить?
С т а р у ш к а. У тебя же насморк.
С т а р и к. А как же быть?
С т а р у ш к а. По телефону всем позвонить. Пригласим всех на другой день.
С т а р и к. Боже мой! Это невозможно. Слишком поздно, они уже выехали.
С т а р у ш к а. До чего же ты неосмотрителен.
Слышен плеск воды, приближается лодка.
С т а р и к. Кажется, уже подъезжают.
Плеск воды слышнее.
...Так и есть, приехали!...
Старушка встает и, прихрамывая, суетливо ходит по сцене.
С т а р у ш к а. Может, это оратор?
С т а р и к. Нет, он приедет попозже, это кто-то еще.
Звонок.
Ох!
С т а р у ш к а. Ах!
Взволнованные старики ковыляют к правой двери в нише. По дороге они разговаривают.
С т а р и к. Идем же...
С т а р у ш к а. Погоди, я не причесалась... (Ковыляя, она приглаживает волосы, одергивает юбку, подтягивает толстые красные чулки.)
С т а р и к. Приготовилась бы заранее, знала ведь про наше собрание.
С т а р у ш к а. Надо же, не приоделась... Платье-то как помялось...
С т а р и к. Да-а, погладить бы малость... нет, времени не осталось. Не заставляй людей ждать.
Старик впереди, ворчащая старушка сзади скрываются в нише, некоторое время их не видно,
слышно, как открывается дверь, кто-то входит, и дверь опять закрывается.
Г о л о с с т а р и к а. Добро пожаловать, сударыня. Милости просим. Рады вас видеть. Знакомьтесь, моя жена.
Г о л о с с т а р у ш к и. Здравствуйте, сударыня, очень рада познакомиться, осторожнее, не помните шляпку, вытащите булавку, будет куда удобнее. Нет, нет, никто не посмеет на нее сесть.
Г о л о с с т а р и к а. Позвольте ваше манто, я его повешу. Нет, нет, здесь оно не запачкается.
Г о л о с с т а р у ш к и. Прелестный костюм!.. И блузка в полоску!.. К чаю у нас торт и печенье... Худеете? А у вас фигура на загляденье! Ставьте, пожалуйста, свой зонтик!