?Студёная любовь?

Annotation

— Хочешь трон? Женись! — сказал отец и наложил на меня брачный обет.

Только вот незадача, суженая, выбранная артефактом, оказалась с дефектом — вместо трепетной девы я получил кусок льда!

И можно бы отогреть красавицу, но она сбежала! От меня. Принца! Неслыханная наглость.

А я ненавижу проигрывать! Тем более, братьям! Несмотря ни на что найду истинную и заставлю стать моей женой.

Студёная любовь

Глава 1

Глава 2

Глава 3

Глава 4

Глава 5

Глава 6

Глава 7

Глава 8

Глава 9

Глава 10

Глава 11

Глава 12

Глава 13

Глава 14

Глава 15

Глава 16

Глава 17

Глава 18

Глава 19

Глава 20

Глава 21

Глава 22

Глава 23

Глава 24

Глава 25

Глава 26

Глава 27

Глава 28

Глава 29

Глава 30

Глава 31

Студёная любовь

Глава 1

Синар

— Хочешь трон? Женись!

Я смачно фыркнул на очередной выпад короля, но не ответил — голова после ночных возлияний точно кабак, а в горле пересохло болото. Лучше бы водички подал, чем орать на меня битый час.

— Думаешь, я буду вечно это терпеть? — нахмурился отец, видя, что я не особо желаю выяснять отношения.

Он передвигался по комнате, словно гора Нетра, которая может раздавить любого из живущих на Крите. Бегло посмотрев в стрельчатое окно, за которым расстилались наши земли, покрытые сейчас плотным снегом, папа шумно повернулся и снова поспешил к моей кровати. Тяжелая мантия из шэарийского вепря с неприятным шорохом ползла по камню, каблуки из зубов акрита, тяжело перестукиваясь, оставляли на полу морозные следы стихийной магии, а крепкая челюсть правителя скрипела.

Хоть бы не съел в гневе. Папа один из самых могущественных магов нашей страны. Он может.

Чего злится-то? Ну пришел я домой под утро, потому что развлекался с друзьями до беспамятства. Он что, молодым никогда не был? Пока не встретил ту самую, единственную, влипал в неприятности не меньше моего, дед рассказывал.

Этанский нисс из черного винограда, что подают горячим, несравненно лучший среди спиртных напитков в нашей стране, но похмелье от него жуткое. Стоило пару кубков за плечо слить.

Поморщившись от ломоты в теле, я перекатился по кровати и с рыком уткнулся в подушку, но тут же вскинул голову и глянул через плечо.

— Какой женись, па-а-ап?! Ты же знаешь, что я не готов. Мне никто не по сердцу. Да и брак явно создан не для меня. Или я не для него. Ты ведь женился на маме после сорока оборотов! Куда спешить? Смилуйся!

Перевернувшись, я все-таки приподнялся, а то еще в назидание отправят меня в темницу за неуважение владыки. Папа правит страной более тридцати лет, и равных ему в нашем мире нет. Даже король Имана не столь силен и влиятелен, как отец. Выше и могущественней только боги-создатели, Шэйс и Нэйша.

Лучше бы я прятался под одеялом, чем встретиться с взглядом, обещающим мне особую расправу за непослушание. Отец сегодня явно не в духе: глаза налились алым, и вены на шее набухли до черноты. Какая тьма его укусила?

Король внезапно прекратил расхаживать по комнате. Застыл, словно его грохнули по макушке топориком. Он схватил сильными руками резную спинку кровати у моих ног, наклонился вперед, стал еще серьёзнее и краснее, чем был, и, сведя густые белые брови на переносице, свирепо прошипел:

— Ты надоел, Синарьен! Остепенись! Через два оборота тридцать будет, а ты все не нагуляешься! Как тебе на сердце кто-то ляжет, если ты, словно северный ветер — неугомонный и легкомысленный?! Любви нужна крепость и надежность, искренность и вера, а ты!..

— А что я? — меня перекосило от папиных слов. — Будто любовь — главное в жизни! — крикнув, понял, что хотел иначе сказать, но не затолкать в рот слетевшей фразы. Должен же я хоть как-то попытаться успокоить отца? — Я не готов еще к этой серьезности и крепости, как ты говоришь. Да и большой мальчик, сам решу, когда брачными узами себя связывать!

— Вот как?! — практически взвизгнул король и еще больше нахмурился. — Брак не нужен, жениться не хочешь. Любовь — это пыль?! Одни грязные куртизанки на уме! — Папа скривился, будто кисляка хлебнул. — Как я тебе подданных доверю, если ты ведешь себя, словно озабоченный юнец?! То с этой, то с той пустышкой королевские простыни мараешь! То здесь, то там о тебе непристойные слухи разлетаются! Несерьезно для правителя. Король должен знать, что такое настоящая семья, любовь на всю жизнь, иначе ему нечего будет защищать.

— Я знаю, что такое семья. — Голос прозвучал глухо. — А любовь на всю жизнь… выдумки романтиков, что слагают легенды под крепленое вино. Вы с мамой, — заметив суровый взгляд отца, я поправился, — исключение. Да и от кого семью и земли защищать?! — вскинув руки к потолку, словно молясь богине, я наигранно засмеялся. — У нас беспросветный мир лет двадцать. Ну кроме нескольких волнений на границе… Черное Новогодье не считается — это проделки темных сил, что давно уже утратили власть. Иманцам наши земли не нужны, им своих плодородных хватает, да и мы в тесной дружбе с соседями. Другие миры нас не трогают, потому что мало кто знает об Энтаре. Ты сам говорил, что Нэйша и Шэйс покровительствуют и защищают от любых угроз.

Папа наморщил лоб, провел крупной ладонью по белесым волосам, что растрепались во время спора, и бросил в сердцах:

— Жизнь меняется, Синар! Ты слишком наивен для наследника престола. Меня это, как правителя и твоего отца, не устраивает.

— И ты решил меня перевоспитать с утра-пораньше?

Король длинно выдохнул и покачал головой.

— Я ведь тебя не этому учил, Синарьен, не так воспитывал. В кого ты такой шальной и безответственный уродился? В твоей голове только разврат и выпивка. Ты ведь халатностью разрушишь Криту!