Чтение онлайн

— Поехали, — пробормотал он.

— Отлично, — промолвила я.

День прошел не напрасно. Я снова на колесах, с заначкой в сто тысяч долларов, которые спрятаны в коробке под инструментами и запихнуты под мою неработающую джакузи. О чем еще мечтать? Флафи, подрагивая крошечным тельцем, стояла на задних лапках на переднем сиденье. Моя крошка обнажила крошечные зубки, словно ухмылялась. Я завела «тойоту» и выехала на улицу. «Интересно, какие проблемы у Флафи? Похоже, нам с ней наконец улыбнулась фортуна».

Когда я выползла из постели, на автоответчике мигал световой индикатор. Конечно, четырех часов сна маловато, но через час у меня выступление. Я нажала кнопку на аппарате и пошла чистить зубы, прослушивая сообщения.

— Кьяра, это Эл. Сними трубку, если ты дома. — Последовала пауза, мой брат ждал, пока я отвечу. — Кьяра, дело очень серьезное. Сейчас 4.30. Позвони мне на работу, я дежурю до полуночи. Это очень важно.

Я поняла, что дело действительно серьезное, и попыталась определить: то ли Рози наконец его бросила, то ли действительно произошло нечто экстраординарное. Господи, а вдруг мама заболела или папа? А может, кто-то из братьев пострадал при пожаре? Я мысленно проигрывала такие возможности. Если бы ушла Рози, то Эл сказал бы об этом в своем сообщении. Нет, случилось что-то важное, о чем мой брат не мог сказать по телефону.

Я схватила трубку, набрала номер.

— Четвертый участок, офицер Лаватини слушает. Чем могу вам помочь?

Голос его звучал уверенно и профессионально. Казалось, он в комнате рядом со мной. «Насколько это серьезно?» — спросила я себя.

— Эл, это Кьяра. Я прослушала твое сообщение, что случилось?

Голос его мгновенно изменился, в нем послышалась паника.

— Господи, я думал, ты никогда не позвонишь. Я весь день тебе звонил, не хотел оставлять сообщение, но все же пришлось.

— Эл, успокойся. Что случилось? Что-то с мамой или с папой?

— Хуже, — ответил он. — Сегодня у меня был детектив Джон Нейлор. Он задал кучу вопросов о тебе.

— Что?! — возмутилась я. Меня словно обдало жаркой волной. Я почувствовала, как горят лицо и уши.

— Кьяра, это не шутки. Во что ты там вляпалась? Он не очень разговорчивый, сказал только, что собирает информацию о тебе в рамках расследования, которое они сейчас проводят. Сестренка, я знаю то, что знаю. Если к нам прилетает полицейский, значит, дело серьезное.

Я медленно опустилась на сиреневое атласное покрывало, небрежно наброшенное на кровать. Как он посмел, черт побери! Какое он имеет право трогать мою семью, расспрашивать брата?

— Это имеет какое-то отношение к Леону Корвазе? Я прав? Поэтому ты звонила и расспрашивала меня о нем?

— Да, Эл, — созналась я. — Леона Корвазе нашли мертвым на квартире моей подруги.

— А к тебе это какое имеет отношение?

Хватка у Эла была бульдожья. Он взял след и не успокоится, пока не получит полного представления о случившемся. Если я расскажу ему слишком мало, он может примчаться сюда проверять ситуацию, если расскажу слишком много, он все равно примчится разбираться. Ни один из вариантов меня не устраивал.

— Эл, труп нашла именно я. Думаю, поэтому и попала в число подозреваемых. — Я решила, что Элу не надо знать ни о втором трупе, ни об исчезновении Арло, ни о моей аварии.

— Ты что-то скрываешь от меня, — понял Эл. — То, что ты обнаружила труп, еще не причина, чтобы собирать о тебе такую подробную информацию.

— Как будто я не знаю, — отозвалась я и глубоко вздохнула ради эффекта. — Но знаешь, местные копы совсем не такие, как в Филадельфии. Убийства случаются здесь редко, вот они и набросились.

Этого Элу было явно недостаточно.

— Тогда почему они не занимаются твоей подругой? Той, что была связана с Леоном.

— Она исчезла. Ее нигде не могут найти.

— Значит, ты — связующее звено. И полиция считает, что ты как-то замешана в этом. Ты ничего от них не скрываешь? Ты уверена? Кьяра, — продолжил Эл, словно читал мне лекцию, — ты обязана оказывать помощь полицейскому расследованию. Это единственно правильный путь, если хочешь, чтобы тебя оставили в покое.

— Конечно, конечно, Эл, ты прав, — согласилась с этим я. — А о чем тебя расспрашивал детектив Нейлор?

— Он уже знает очень много, — ответил Эл. — Поинтересовался, были ли у тебя какие-либо неприятности в детстве, как ты училась в школе. Отметки его не волновали, он их уже знал. В основном спрашивал об общественной работе. — Эл замешкался. — Он спрашивал про Тони. Хотел узнать, почему ты уехала из Филадельфии.

Только этого не хватало! Меня словно поместили в железные тиски и выжали все соки. Из всего, о чем мне не хотелось говорить, из всего, что могло сделать ситуацию еще хуже, Тони стоял на первом месте.

— И что ты сказал ему, Эл? — спросила я и затаила дыхание в ожидании ответа.

— Ну что я мог сказать ему? Полагаю, что многое он уже узнал сам. Все, кто работал с тобой, все, кто знал тебя, могли ему рассказать. Он побывал в клубе, где ты выступала.

— Понятно, — тупо произнесла я.

— Кьяра, ты знаешь, он неплохой, мне он очень понравился. Поверь, я разбираюсь в полицейских. Он просто нормально разговаривал со мной, а не отрабатывал версию.

— Да-да-да, конечно, он прекрасный человек, и он делает свою работу, но ты же прекрасно знаешь, что я не смогла бы убить человека. Им надо искать мою подругу, Дениз. Искать тех, кто способен на убийство. Нейлору прекрасно известно, что я не могла зарезать Корвазе, у меня просто не хватило бы сил. И самое главное, — продолжила я, — какое право он имел задавать вопросы о Тони?

— Полицейский имеет право задавать любые вопросы, если считает, что это относится к расследованию. Мягко говоря, Тони, как весьма сомнительная часть твоего прошлого, безусловно, может иметь к этому отношение. И вот что я тебе еще скажу: судя по словам Джона, ситуация, в которую ты попала, гораздо серьезнее, чем та версия, в которой ты пытаешься меня уверить.

— Джон? Так вы что, уже перешли на ты?

— Не надо так, Кьяра.

Эл забыл, что он всего лишь мой младший брат, но вел себя так, будто он по крайней мере мне отец.