Чтение онлайн

А в девяносто первом году развалился союз, а обо мне в конторе просто забыли. Я выходил из зоны на встречу с резидентом по заранее обговоренному маршруту, а нарвался на военных. Раскрывать то, что я агент под прикрытием, права я не имел, а по всем бумагам выходило, что я дезертир, расхититель социалистической собственности и закоренелый сталкер. Оставалось одно – вырваться в зону и ждать связника. Военные были обычными срочниками, так что справиться со взводом из девяти человек мне не составило большого труда. Понятно, нескольких парней мне пришлось поломать, а двоих убить, что поделаешь. Вырвавшись от военных, я ушел в зону. Я хотел только переждать.

Время шло, а обо мне никто не вспоминал. Надо было как-то выживать. К моменту первого вторичного выброса я уже сам стал авторитетным сталкером. Мне тогда казалось, что сталкерству приходит конец – металл иссяк, а выброс добьет последних сталкеров. Миссию можно считать выполненной, я могу возвращаться.

Однако вышло всё не так. Выброс породил в зоне аномалии, а аномалии в свою очередь дали артефакты. Если заглянуть в толковый словарь, то слово артефакт означает – явление, процесс, предмет, свойство предмета или процесса, появление которого в наблюдаемых условиях по естественным причинам невозможно или маловероятно. Так вот эти «маловероятные» предметы имели прелюбопытные «невозможные» свойства и исключительно высокую стоимость вне зоны. Сталкерство возродилось.

Обо мне всё же вспомнили, связной пришел, когда я уже не ждал. Зона изменилась, но она изменила и меня. Теперь я считал зону домом, у меня появились друзья среди сталекеров и определённые обязательства. Мне предложили остаться в зоне резидентом, и я согласился. Я стал двойным агентом. С одной стороны я защищал человечество от зоны, с другой, я защищал зону от алчущего человечества.

Среди артефактов попадались предметы и явления смертельно опасные для всего человечества. В мою задачу и входил сбор информации о попытках выноса из зоны таких артефактов. Одним из таких процессов или явлений, уж не знаю, был «Ведьмин студень». Надо было срочно отправить отчет в контору о попытках добраться до «студня» через шахту третьего энергоблока. Однако отчет штука хитрая. Моя контора конечно напрямую с военными не связана, но сильно светится, мне тоже не хотелось. Сел пересматривать запись на ноутбуке профессора, надо решить что послать.

– О, господи Исуси! – невольно вырвалось у меня. На последних кадрах записи, этот «Сыр» выполз из ямки и двинулся мимо машинки с камерой в нашу сторону. «Ползун», мать его! «Студень» раньше никогда себе такого не позволял! Похоже, в зоне на одну проблему стало больше. Нет, «Ползуна» включать в отчет нельзя.

Отправил отчет только про шахту, посмотрел входящую почту. Получил запрос: «Собрать информацию о Меченном и Стрелке». У меня аж заломило зубы – эти мерзавцы, Стрелок с Призраком, что-то натворили, где то засветились!

Очнулся от ощущения, что на меня кто-то смотрит. Открыл глаза, сводчатый каменный потолок какого-то бункера, подсвеченный неяркой лампочкой над входной металлической дверью. Опустил взгляд, левое плечо туго стянуто через грудь повязкой.

– Ну, что, братан, очухался? – услышал чей-то голос. Голос и то ли легкое заикание, то ли акцент показались мне смутно знакомыми.

Скосил взгляд на голос. На соседней койке на боку в наёмнечей форме лежит «мумия». Голова забинтована так, что остались только две щели для глаз и рта. Кисти рук так же забинтованы. Сразу вспомнил всё – я у военных в лазарете, а Матис убит. Эта мумия – не он.

– Как тебя называть, сталкер? – глаза наемника насмешливо сверкают сквозь щель в бинтах. Вопрос заставил меня крепко задуматься – действительно, как мне теперь себя называть. Мой рюкзак с ПДА остался в бетонном кольце на Янтаре. При мне нашли ПДА Меченного. Выходит, я и есть теперь Меченный.

– Ну, что молчишь, сталкер, говорить то можешь? – не унимался наёмник. Вот же пристал, паскуда.

Услугами наёмников пользуются все группировки зоны, и Долг в том числе. Наёмники часто заходят в Бар на базе Долга, но держатся особняком. Голос и акцент наёмника мне определённо знакомы. Увидеть бы его лицо, тогда бы я вспомнил кто это.

– А тебя как называть, наёмник? Может быть – Тутанхамон? – прохрипел я в ответ. Наёмники в зоне – последняя сволочь, после бандитов, конечно.

Наемник расхохотался, – Славка, а юмор у тебя всё тот же.

Вот же гад! Он знает мое настоящее имя! Наверное, я в бессознательном состоянии наговорил чего лишнего.

Тут открылась дверь бункера, и в камеру вошел мужик лет сорока в белом халате поверх армейской формы и с медицинской сумкой в руках. Староват, однако, для военного сталкера, хотя, для доктора, наверное, в самый раз.

– Ну, что больные, как самочувствие? – приятное добродушное лицо. Не знаю, может быть белые халаты на меня так действуют, но все доктора в белых халатах мне кажутся айболитами.

– Что, сталер, очнулся? – доктор подошел ко мне, поправил повязку у меня на груди и пощупал мой лоб, – Молодцом, молодцом! Лежи, лежи, тебе рано вставать. Тебе надо ещё немного поспать. Сейчас я сделаю тебе укол.

Доктор достал шприц из сумки и вколол мне укол. Потом доктор подошел к наёмнику. Наёмник сел на кровать.

– Ну, а ты как, Хантер? Давай посмотрим на твое лицо, – доктор пододвинул табурет, уселся перед наёмником и стал разматывать бинты. Сейчас я узнаю кто это.

Доктор снял бинты. Лицо наемника представляло жуткую картину. Бровей, ресниц и кожи как таковой на лице не было. Видны все мышцы и сухожилия, ну, как на картинке в анатомическом атласе. Правда, сверху по лицу идет какая-то сеточка. Я вспомнил, доктор же говори, что пересадил ему кожу. Нет, в таком виде мне его не узнать. Мне даже стало жаль этого наёмника.

– Замечательно, просто замечательно! – сказал доктор.

Укол доктора начал действовать, глаза мои закрылись. Я силился представить, что или кто мог содрать с живого человека кожу лица. В моем сознании монстры тянули свои мерзкие лапы и оскаленные морды к обглоданному лицу наемника.

Что бы сбросить наваждение, я открыл глаза. Успел заметить как доктор, воровато оглянувшись на дверь, достал фотоаппарат, сделал пару снимков со вспышкой и быстро спрятал аппарат в карман халата. Похоже, доктор вколол мне снотворное именно для того чтобы я это не увидел. Так, этот факт надо запомнить, подумал я засыпая.