Страж
Шрифт:
Всё имущество выморочное - тут когда-то жил мой коллега-кузнец. Но болезнь унесла его близких, и мужик ушёл в запой. Все дела забросил, и закономерно окочурился через некоторое время. Так что все постройки и земля под ними перешли в собственность города.
Вот чем мне по душе здешние порядки - так это отсутствием колоссальной бюрократии. И тем, что никому нет дела до того, откуда у покупателя деньги. Хочешь купить? И средства есть?
Так в чём тогда вопрос?!
Сделку оформили в рекордно короткий срок, пара монет сверху - и с меня никто не потребовал никаких подтверждений личности. Более того - даже и подсказали некоторые дальнейшие шаги…
И явившийся в качестве моего представителя Ларс, после уплаты некой, не сильно для меня обременительной суммы, получил на руки все положенные по закону бумаги. На собственно дом, на него - как проживающего в данном доме, и самое главное - на хозяина! И с этого момента я стал вполне себе официальным горожанином. Более того… в записях появилось упоминание о том, что оный Лекс Гор, оказывается, достаточно давно известен городским властям! Как исправный налогоплательщик и почтенный гражданин. Ни в чём таком неправильном не замеченный.
Что ни говори, а некоторые вещи, по-моему, вообще никак не связаны ни со временем, ни с национальностью. Любой чиновник не прочь поправить своё благосостояние. Тем паче, что ничего явно противозаконного от него и не требуется. А раз так…
Плюсами моего приобретения можно было считать божескую цену, близость к источнику воды в виде колодца на соседней площади, и общий размер помещения. Из минусов – пожалуй, самым главным было соседство с мастером Лехом. Мастером назвать его было сложно, он очень успешно эксплуатировал за копейки двоих работников, работавших в кузне за городом, и скупал также, пользуясь нуждой соседей по цеху, их продукцию по неприлично низким ценам. Наш соседушка из кожи лез, чтобы ободрать других и нажиться самому, и почему-то сразу воспылал недобрыми чувствами к моему появлению, да и ко всем нам. В первый же день он пришел с «добрыми намерениями» к нам в лавку. В ней пока никто и ничем не торговал, мы её только в порядок начали приводить. Вымели кучу всевозможного мусора, подняли грандиозную пылюку - чем и привлекли внимание соседей.
Лех тут же начал все вынюхивать, рыскать недобрым взором по стенам и пустым полкам, попытался заглянуть за занавес на склад, сунулся под прилавок. Краю хитрый мужик сразу не приглянулся, пес оттопырил нижнюю губу и продемонстрировал гостю клыки. Дядька хрюкнул от возмущения и, произнеся приветствие, тут же пожаловался:
– Что это у вас, сосед, собака без привязи такая злобная в лавке? Не ровен час, набросится на гостя, вы бы ее привязали, а еще лучше – за город отправили. Да и поучить ее палкой не мешает, вон как на меня зарычала!
Я даже спиной почувствовал, как напрягся Ларс и занервничал Край.
– Не беспокойтесь, мастер Лех, - лениво отвечаю ему. – Наш пес своих не тронет, и гостей тоже, если будут себя прилично вести.
И добавляю:
– Он только соглядатаев и воров не любит, как увидит, сразу бросается. У магов на обучении был, заклятие такое на него наложено.
И так сокрушенно вздыхаю, дескать, беда просто с этим псом, но поделать ничего не могу.
Лех опять злобно хрюкнул, подобрался на кривых ножках и возмущенно выкатился из лавки.
Ох, чую я будут у нас с ним тёрки…
2.
А вот теперь можно и к монахам. Тем паче, что монастырь мы уже нашли, я даже подступы к нему внимательно осмотрел.
Кстати, вполне себе стандартное расположение построек, даже внешне очень похож на своего собрата в покинутом нами городе. Любопытно… надо будет взять на заметку!
Имя того, к кому я должен обратиться, мне известно.
Называю его монаху-привратнику. Тот, кивнув, отсылает меня во внутренний двор.
– Прямо, направо - а там тебя встретят.
И вот я уже сижу в небольшой полутёмной комнатушке. За столом восседает худощавый монах, с интересом разглядывающий посетителя.
– Можешь называть меня - брат Нове. Собратья из Кределя предупредили нас о вашем появлении, но я ожидал двоих…
– Дана Бакли покинула нас. Она, сразу по прибытии в город, направилась, как я полагаю, в местную гильдию магов. Думаю, что за своей частью денег она прибудет самостоятельно.
– Вы расстались?
– А что я потерял в гильдии магов? Это она обязана туда всё доложить, а мне никто таких поручений не давал.
– Мы уже слышали о смерти Хлуда Косы… Это так… неожиданно…
– Я убил его своими руками. Его меч Дана должна предъявить в качестве доказательства.
– Она уже сделала это.
– Ей, что - не поверили?
Монах поджимает губу.
– В смерти Хлуда никто не сомневается. Но Дана Бакли - не боевой маг. А Хлуд никогда не странствовал в одиночку. Как могла… хм-м… хрупкая девушка победить нескольких вооруженных громил?
Коротко поясняю обстоятельства произошедшего.
– Она сказала то же самое. Туда уже выехали несколько членов гильдии - чтобы проверить всё на месте. Слишком уж всё…
– Сомнительно?
– Так никто не говорит. Но ранее подобного не случалось. Поэтому, я вполне понимаю тана Ферре - данный случай требует тщательного расследования.
– Ну, могли бы и у меня спросить…
– Ты - не маг. Извини, но твои слова здесь будут иметь очень небольшой вес. У гильдии магов свои законы, не касающиеся обычных людей.
М-м-да… сурово у них тут…
А если ещё вскроется факт коллективного поджаривания семейства трактирщика… Фиг знает, но по башке ей могут дать качественно! Ладно ещё сам трактирщик и его дочь… но ведь там были не только они! Хотя, с другой стороны - она шарахнула очень даже нехилым заклятием, и это тоже могут принять во внимание. Как она сама говорила - боевыми магами не разбрасываются.
Могут.
А могут - и не принять.
Не зря же монах говорит о каких-то там своих правилах среди магов.