Страж

Эмили Блэк с облегчением скинула свои туфли, проследив за траекторией их полета по гостиной. Ужасная вещь. Она просто ненавидела обувь, и не важно, какого фасона она была. Но теннисные туфли, в которых она ходила на пары, были хотя бы удобнее тех босоножек на шпильках, которые носили её подруги. 

Она закинула обувь под кофейный столик и, сбрасывая на ходу блузку и джинсы, прошла в комнату за шортами и футболкой свободного покроя. Переодевшись в удобную одежду, Эмили отправилась на кухню. Холодильник, который девушка всегда держала заполненным, обдал её прохладой, когда она открыла дверцу. Эмили схватила бутылку холодной воды и пластиковый контейнер с лазаньей, который тут же засунула в микроволновку. Усевшись на кухонный стол и взяв вилку, Эмили стала ждать. Для большинства такое поведение показалось бы странным, некоторые сочли бы её сильно голодной. Но для неё это было обычным делом. Обедала она только два часа назад, но вервульфам требовалось много энергии, и, как следствие, – хорошее питание. 

Эмили ела часто, но понемногу, особенно в кругу своих немногочисленных друзей. И хотя всему миру было известно о существовании оборотней, или вервульфов, как их частенько называли, Эмили старалась не привлекать к себе лишнего внимания. Никто в университете не знал о ней правды. В этом она была полностью уверена. Для всех в университете Эмили была простой, симпатичной девушкой, которая усердно училась и держалась обособленно. Её полностью устраивала собственная неприметная внешность и отсутствие восторженных поклонников. Это позволяло ей свободно смешиваться с толпой. 

Эмили увидела, как замигала лампочка автоответчика, оповещая о том, что кто-то оставил сообщение. Но девушка не спешила проверять. Возможно, это был какой-то торговый агент. Ей не часто кто-либо звонил. 

**** 

Кейн постучал в дверь кабинета своего Альфы и после разрешения войти переступил порог комнаты. Войдя, он, молча замер, дожидаясь окончания телефонного разговора. Если бы Альфа не хотел, чтобы ещё кто-то слышал этот разговор, он бы не разрешил Кейну войти. Слух вервульфов превосходил лучшие подслушивающие устройства, изобретённые людьми. 

Кейн тут же распознал голос молодой самочки на том конце провода. Девушка разговаривала с Альфой спокойным тоном, хотя в нём и слышались нотки отчаяния. От звука её голоса всё тело Кейна как будто прошиб электрический разряд, а член тут же напрягся. 

Все в Стае переживали за молодых девушек-оборотней, находившихся за пределами территории. Недавно на некоторых из них были совершенны нападения, и Альфа Стаи призывал всех вернуться домой. 

– Собери необходимые вещи, скоро за тобой приедут, - строго проговорил Ламонт в трубку. 

Кейн с трудом сдержал улыбку, услышав ответ. 

– Нет, тебя заберут, - мужчина посмотрел на Кейна. – Я пришлю за тобой вера, которого ты знаешь. Не езжай ни с кем другим. 

Несколько минут Альфа слушал говорившую, а потом перебил её: 

– Нет. Ты остановишься в одном из домиков. До твоего приезда он будет полностью обставлен. – Снова молчание. – Ты останешься здесь до тех пор, пока мы не узнаем, что происходит, и не убедимся, что всё в порядке, - это было то, что Альфа говорил всем членам своей Стаи. Но Кейн знал, как Ламонт относился к Эмили. Как все к ней относились. 

Эмили обратили, когда она была ещё ребенком, что противоречило всем известным ему законам и правилам. Большинство детей не могут пережить шок при обращении. Поэтому законом это запрещалось. Слишком много детей умерло до того, как установили новый порядок. Отец Ламонта был тем человеком, который запретил обращать маленьких детей. Также запрет касался любого человека, кто противился этому. Существовал слишком большой риск плохого исхода. 

ДНК вервульфа можно было получить двумя способами – в наследство от родителей, и от укуса другого оборотня. Но даже укушенный человек не сможет обращаться, если у него в роду нет хотя бы одного носителя ДНК оборотня. 

Брат Кейна, Тони, мог бы лучше всё это объяснить. Тони был прирожденным оратором. Он легко устранял разногласия и располагал к себе людей. Он был лицом Стаи. Когда было решено, что все Стаи должны раскрыть себя, своё существование, прекратить, наконец, прятаться от всего мира, потребовался человек, который смог бы представлять их всех, выступать от имени всех вервульфов. Человек, который смог бы объяснить, что они не монстры, как все думали. Кейн был очень рад, что не его выбрали для выполнения этой миссии. Для него лучше было оставаться дома, на своей территории, защищать свою Стаю и своего Альфу. 

Кейн снова обратил всё своё внимание на мужчину, сидевшего перед ним за столом, мужчину, которого он уважал больше всех на свете. 

– Эмили Блэк, - проговорил Ламонт сразу же после того, как положил трубку. 

– Она возвращается домой? – спросил Кейн, уже предугадывая ответ. 

Альфа кивнул: 

– Я хочу, чтобы каждая женщина была дома, в безопасности. Особенно Эмили. 

Кейн понимал, о чём говорит его Альфа. 

Однажды, когда обратившие Эмили оборотни не смогли справиться с её агрессией и предпочли посадить девочку в клетку, Ламонт с Кейном пришли ей на помощь, освободив из заточения. Девчушка была грязной с головы до ног, вся в синяках и ушибах. Позабытая и испуганная, она не понимала, что происходит. Ей было двенадцать. Теперь, десять лет спустя, она возвращалась домой, чтобы получить защиту. 

– Я хочу, чтобы ты отправился за ней и доставил сюда целой и невредимой, - обратился к нему Ламонт. 

Кейн уставился на Альфу. 

– Я? Ты уверен? Возможно, лучше отправить за ней Тони? – предложил он. Не то чтобы Кейн был против её возвращения. Нет, она должна была вернуться домой. Он знал, что это необходимо. Дело было в нём, в тех чувствах, которые вызывала Эмили, и которые ему приходилось подавлять в себе на протяжении уже нескольких лет. Он сомневался, что их совместная поездка на машине, в непосредственной близости – хорошая идея.