Страта
Шрифт:
Внутри него зажужжало.
Заглянув в кувшин, она увидела поднимающуюся темную жидкость. Подождав, когда загадочный сосуд наполнится до краев, Кин взяла его за ручку и выплеснула свежее вино в лужу на полу. А потом с размаху ударила донышком о стол.
Кувшин раскололся. На миг пахнуло озоном. Керамические осколки разлетелись во все стороны вместе с блестками микросхем.
– Отлично, – сказала она вслух. – Просто замечательно. Теперь, по крайней мере, мне ясно, что это делают не феи.
Вряд ли здесь используется передача материи, подумалось ей. Но это может быть, скажем, встроенный в донышко сосуда крошечный автобуфетчик, всасывающий молекулы из воздуха и запрограммированный на единственную функцию. Кин решила для себя, что поверит во что угодно, но только не в чистую магию.
И тут она услышала, что внизу, в самом начале темной винтовой лестницы, кто-то движется… Спрятаться было негде. Вернее, в захламленном помещении было нетрудно отыскать кучу укромных местечек, но ни одно из них не выдерживало критики.
Кин схватила не слишком большой меч, валявшийся на ближайшей груде вещей, и приготовилась рубануть по первой же голове, которая появится над полом кладовой. Нет, это все равно не поможет ей разрешить ситуацию в свою пользу.
Взглянув на маленький люк в потолке комнаты, Кин рассудила, что лучше отступить. Если она вылезет на верхушку башни, ее наверняка там заметит ворон. Не то чтобы от него можно было ожидать практической пользы, но все-таки. В любом случае оборонять этот маленький люк гораздо проще, чем большой, потому что придется рубить не головы, а пальцы.
Кин решительно вставила ногу в стремя металлического коня. Забравшись с ногами на седло и встав на цыпочки, она попробовала дотянуться до дверцы люка.
В брюхе статуи внезапно зажужжало.
Кин вздрогнула и потеряла равновесие.
Она с размаху шлепнулась задом в седло с такой силой, что у нее на секунду перехватило дыхание. Дернувшись, она поняла, что шевелить ногами больше не может. В панике поглядев вниз, Кин обнаружила, что из боков статуи выдвинулись скобы с мягкой подложкой, которые нечувствительно, но надежно зафиксировали ее нижние конечности.
Опущенная шея статуи поднялась, голова развернулась на сто восемьдесят градусов. Металлический конь в упор посмотрел на Кин сияющими фасеточными глазами.
– ТВОЕ ЖЕЛАНИЕ – ПРИКАЗ ДЛЯ МЕНЯ, – услышала она внутри собственной головы.
– О небо… чтоб мне провалиться в ад!
– ЭТИ КООРДИНАТЫ НЕ ИМЕЮТ ОСМЫСЛЕННОГО ЗНАЧЕНИЯ.
– Ты робот? – пролепетала Кин, почувствовав под собой металлический щелчок и почти беззвучное жужжание хорошо отлаженных механизмов.
– Я ЛЕГЕНДАРНЫЙ МЕХАНИЧЕСКИЙ СКАКУН, ПРИНАДЛЕЖАВШИЙ ПРИНЦУ АХМЕДУ ИЗ ТРЕБИ-ЗОНДА.
– Унеси меня отсюда, быстро! – прошипела она, услышав торопливый топот на лестнице.
– ПОЖАЛУЙСТА, ВОЗЬМИ УЗДЕЧКУ И НАКЛОНИ ГОЛОВУ. В СЛУЧАЕ ВОЗДУШНОЙ БОЛЕЗНИ ИСПОЛЬЗУЙ ГИГИЕНИЧЕСКИЙ ПАКЕТ ИЗ СЕДЕЛЬНОЙ СУМКИ.
Внутри искусственного существа послышался глухой стук, а за ним шум тяжелых маховиков, набирающих скорость. Летающий конь оторвал копыта от пола. Кин наклонилась вперед и тесно прижалась к конской шее, когда они плавно проскользнули через узкое окно. А потом вокруг нее оказался только воздух, а под ней галопирующий скакун, который поднимался все выше и выше в медное закатное небо.
Кин посмотрела на меч, который сжимала в руке. Он был черный как ночь и подозрительно легкий. Но что есть, тем и придется довольствоваться. Вряд ли Абу за это время научился управлять гравипоясом, а что касается других летательных аппаратов, она решительно отдала предпочтение своему небесному скакуну перед его ковром-самолетом.
– ТВОЕ ОЧЕРЕДНОЕ ЖЕЛАНИЕ – ПРИКАЗ ДЛЯ МЕНЯ.
– Ты можешь начать с того, что расскажешь мне, как ты летаешь, – предложила Кин, всматриваясь в раскинувшиеся внизу дворцовые сады.
– УЗНАЙ, ГОСПОЖА, ЧТО ВЕЛИКИЙ МАГ АБА-НАЗЗАРД ИЗГОТОВИЛ МЕНЯ! ОН СДЕЛАЛ ТАК, ЧТО Я ЛЕТАЮ ПОСРЕДСТВОМ СЛОЖНОЙ СИСТЕМЫ КАЧАЮЩИХСЯ ПРОТИВОВЕСОВ, КОТОРОЙ ТРЕБУЕТСЯ РЕГУЛЯРНОЕ ВМЕШАТЕЛЬСТВО ДЖИННА ЗОЛАХА ПРИ ДОСТИЖЕНИИ КРИТИЧЕСКОЙ ТОЧКИ ЦИКЛА.
– Спасибо, я уже все поняла. Тебе известно, где тут находится зверинец?
– ДА, МНЕ ИЗВЕСТНО.
– Тогда приземлись на его территории.
– СЛУШАЮ И ПОВИНУЮСЬ, О ГОСПОЖА.
Конь помчался галопом по нисходящей спирали. Когда при очередном витке они оказались на уровне дворца, Кин мельком заметила на плоской крыше задранные кверху лица. Наконец внизу пронеслась длинная заградительная полоса пропыленных деревьев, а за ней Кин увидела широкую аллею между двумя рядами низких клеток, темными и неприглядными в наступающих сумерках.
Ее скакун приземлился без малейшей запинки, копыта, не меняя ритма, застучали по утоптанной аллее. Что-то резко бросилось к решетке ближайшей клетки, она успела заметить лишь крылья и зубы… очень много зубов.
– Эй, Марко! Марко? Ты где?
Невидимые обитатели темных клеток всполошились, заверещали и закашляли.
– Я здесь! Сюда, Кин!
Огромные мерцающие глаза Марко напряженно смотрели на нее из-за вертикальных брусьев неимоверной толщины, сравнимой со стволами старых деревьев. Возможно, они и были ими когда-то. Кин соскочила с коня и принялась отчаянно дергать массивный деревянный засов, пока он с протестующим шумом не сдвинулся. Кунг вылетел из клетки, словно из катапульты.
– Дай мне меч! – повелительно скомандовал он.
Кин автоматически протянула руку с мечом, прежде чем ей пришло в голову, что делать этого, возможно, не следует. Но было уже поздно, потому что Марко выхватил у нее оружие.
– И это все, что было в твоих силах? – злобно зашипел он. – Твой дурацкий меч тупой, как нож в ресторане!
– Значит, вот как?! А ведь я могла спокойно смыться и оставить вас в зоопарке Абу!
Марко похлопал плоской стороной меча по одной левой ладони и оценивающе посмотрел на Кин.