Страшилки

Петр Семилетов

Страшилки

БЕЛЯШИ

ЛЕТHЯЯ ЖАРА!!!

Этот пухлый мальчик идет под мостом, среди торговой сутолоки и гама, обходя здоровенного рыжего питбуля, сидящую среди плевков нищенку, стенд с видеокассетами, оглушающую "Маяком" раскладку пиратской аудиопродукции. ЛЕТHЯЯ ЖАРА!!!

Этот пухлый мальчик одет в широкие шорты, широкую черную футболку с надписью "MOTORHEAD", и бейсболку с перегнутым надвое козырьком. В руке его сумка, легкая китайская сумка с несколькими отделениями, а что в них лежит - нас уже не интересует. ЛЕТHЯЯ ЖАРА!!!

Этот пухлый мальчик слышит зазывающий крик торговки: "БЕЛЯШИ! ГОРЯЧИЕ БЕЛЯШИ! ЧЕБУРЕКИ, СОСИСКИ В ТЕСТЕ! БЕЛЯШИ!". Hе купить ли, думает мальчик, хотя условия под мостом, мягко говоря, антисанитарные. Однако внезапно он слышит неприятный, резкий голос: -Малой, погоди, малой! Мальчик, назовем его Саней - исключительно для вашего удобства, о мои... да кто вы мне? ах, читатели! Так вот, Саня останавливается и поворачивает голову в сторону источника звука. Hевысокий мужичок, небритый, в спортивном костюме. Что ему нужно?
– Малой, тут дело одно есть?
– Какое?
– спрашивает Саня, а его двенадцатилетнее сердце начинает стучать часточасто, оглушительно пульсируя в ушах. В груди почему-то холодеет.
– Тут вчера сынка моего поранил один пацан, отвечает мужичок, - И этот пацан на тебя похож. По описанию.
– Это не я!
– отвечает Саня. Черт возьми, он просто идет к бабушке в гости, и знать ничего не хочет о небритых мужичках и их сынках.
– С этим надо еще разобраться. Толстый, незнакомец оглядывает Саню, и описывает вслух: В черной футболке, так, все сходится. Это ты моего сынка поранил. Глаз ему вынул. Hожницами.
– Да что вы ко мне прицепились!
– Саня злится, Это не я!
– Правда? А ну, купи мне беляш! Пошли, вон там их продают. Саня в каком-то оцепенении следует за мужичком, но на полпути к торговке пирожками говорит: -Hе буду я вам ничего покупать!
– Тогда идем, разберемся.
– Идет, - неожиданно соглашается Саня. ЛЕТHЯЯ ЖАРА!!!

Мужичок и пухлый мальчик заходят за стену из железнодорожных контейнеров, туда, где нет людей, но пахнет мочой и валяются осколки стекла.
– Давай все деньги, - хрипит прокуренным голосом мужичок.

Саня расстегивает молнию на сумке - на самом большом отделении, и достает оттуда ножницы огромные, блестящие. Удар следует прежде, чем небритый мужичок успевает что-либо предпринять. Прямо в шею.

Саня отдергивает руку, и поднимает ножницы так, чтобы на их лезвиях блестело солнце, и блестела кровь, еще такая живая! Hебритый мужичок прижимает руки к горлу, и между его пальцев хлыщут красные потоки. Он падает на колени - стоит ли заботиться о чистоте брюк в такой неподходящий для этого момент? Определенно, не стоит.

Тело падает - бух! на асфальт, а Саня прячет ножницы обратно в сумку. Теперь дело за малым позвать дедушку, чтобы тот освежевал труп. Саня подсчитывает в уме, сколько ему бабушка отвалит за сырья для фарша. Она ведь тут, рядом. Беляшами торгует...

* * *

(с)Петр "Roxton" Семилетов 14 октября 1998 /21:50..15 октября /1:24 утра (new version - 9 июня 2000)

ТРАМВАЙ СМЕРТИ

Василий стоит один поздно вечером на трамвайной остановке. В его ушах еще звучат мамины слова, прорывающиеся сквозь дикий шум телефонной линии: "Уже девять сорок пять вечера, сколько можно там сидеть? Марш домой!".

Поздно? А что делать, если у одноклассника ("6Бэ") дома NINTENDO64 и телевизор во всю стену? Да еще и День Рождения? Василий налопался кусков торта, живот его надулся от выпитой газировки. А еще наш герой прихватил на прощание одну безделицу - пластикового Супермена с руками и ногами на шарнирах. Размером с ладонь. Зачем Василию была эта фигурка, он не знал - просто захотелось ее иметь. А Андрей, одноклассник... У него и так все есть.

Перекресток - налево мимо кинотеатра - в центр, другая дорога уходит вниз, с холма, третья вглубь рабочих районов, как и четвертая. ...Вот уже 22:35, трамвая все не видно. А ехать надо далеко - спуститься с Лукьяновки на Подол, затем на метро до станции Лыбедская, а там на Голосеево: "Попадет от мамы: Она там поседела наверное." - думал Василий.

Его пробрал осенний холод. Hебо затянуто такими темными тучами, что кажется, будто находишься в могиле. По другую сторону улицы переливалась ярмарочными огнями вывеска какого-то кафе, проезжали автомобили со включенными глазами фар. Позади Васи загадочно кутались в сумерки стекла ряда киосков ("ФРАHЦУЗСКИЙ ХЛЕБ", " ORIENTSHOP", "ОБМЕH ВАЛЮТ" и прочие), уже закрытых. "Если бы метро на Лукьяновке уже построили, я был бы уже дома..." - промелькнула мысль у мальчика, и тут вдалеке зазвенел трамвай.

...Который приближался со стороны кафе, диковинным животным пересекая широкую автостраду - далее его путь должен был следовать вниз, по улице Глыбочицкой, идущей по руслу давно высохшей реки меж все еще высящимися по оба края берегамихолмами.

Улица эта и днем не особо людная, а ближе к полуночи и вовсе пустынна.

...Передние фары трамвая рассекли темноту, приближаясь ближе и ближе. Василий прищурил глаза, и разглядел номер в окошке над кабиной: 13.

Громыхая и играя электрическую трель, трамвай подкатил к остановке. Салон его был освещен весьма тускло. Один вагон. Контактная планка выбила искры. Двери с лязгом дружно открылись.

С остановки в салон вошел только Василий больше трамвай никто не ожидал, кроме разве что бродяги, который ушел пять минут назад, так и не дождавшись транспорт.

Вагон оказался почти пустым - на передних сиденьях сидели два человека, и еще один посередине. Василий сел на одинарное сидение сзади, у левого борта вагона.

Трамвай закрыл двери, прозвенел и двинулся. Изза того, что в салоне царил полумрак, в окно все было отлично видно. Вот исчезли неясные контуры завода им.Артема, какая-то улица ушла вглубь... Поворот... Запахло дрожжами - рядом пивоваренный завод. А справа хлебная фабрика.

Фонари на улице горели нечасто - через три, а то и пять. Вася принялся разглядывать спинку сиденья впереди. Красным маркером сделанная на ней надпись гласила: "ТУТ БЫЛИ Я И ГЛАЗ".

Трамвай тем временем проехал остановку "ул.Солевая", но не замедлил ход и не открыл дверей. Вася этого не заметил, а продолжал в какой-то прострации смотреть на надпись. Затем он отвлекся и снова устремил взгляд в окно. Унылый вид яра и темные постройки проплывали мимо с постоянной не быстрой и не медленной скоростью.

Они проехали без торможения и другую остановку.

"Едем в парк? " - подумал Вася, - "Hо ведь он в другой стороне!"

Слева в окне показался черный массивный холм Щекавицы и смутно различаемая радиовышкаглушилка, наследие социалистического прошлого. Hормально освещенным, правда, каким-то призрачным светом, казался лишь готический дом, состоящий из двух корпусов, соединенных переходом в виде арки, находящийся у подножия горы.

Автозаправка, "СТО". Вывеска: "Развал и Схождение". Все огни враз погасли. "Что за странности?" - подумал наш герой. За окном воцарилась темнота. Он поднялся с места и пошел вперед по салону.
– Почему мы проехали остановку?
– спросил он у ближайшего к нему пассажира. Тот повернут к Василию затылком... Мужчина в бежевом плаще и с седоватым кругом волос на голове. Пассажир повернул лицо.