Странные игры
Шрифт:
Робин вспомнилась та кукла, с которой Кэти вышла в центр Джаспера. С ней появилась и на установочном сеансе. Вторая кукла – копия первой, обе ручной работы. Похоже, Элли сшила их сама, специально для своей пленницы.
Девушка вытянула руку, и Кэти, сделав шаг вперед, подала ей свою ручонку. В ее глазах плескался страх.
– Сейчас мы совершим небольшую поездку, – жизнерадостно заговорила Элли и вручила куклу девочке. Затем медленно потянула ее к выходу из кабинета, направив пистолет в угол комнаты.
Робин беспомощно провожала преступницу взглядом, а в голове метались тысячи мыслей. Она должна остановить Элли. Та ведь любит поболтать… Наверняка захочет рассказать всю историю со своей точки зрения, будет наслаждаться воображаемым моральным превосходством. Подобную склонность Робин заметила в ней еще в кафе у Джимми. Почему бы не попробовать?
– Зачем тебе понадобилась Кэти? Ты ведь ее бросила…
Элли замерла на полушаге и нахмурилась.
– Вы не понимаете, о чем говорите.
– Разве? Ты выкрала тогда Кэти из дома и держала бедняжку в плену у Джонаса Кана…
– Никто ее в плену не держал! Она… она была моей дочкой! Я о ней заботилась.
Ах вот в чем дело… Элли воспринимала себя как приемная мать Кэти.
– Заботилась? – Робин приподняла бровь. – Ты ведь сбежала от Кана за месяц до того, как Кэти вырвалась на свободу, или я ошибаюсь? Оставила малышку с этим чудовищем…
Пистолет в руке Элли дрогнул.
– Вы его не знали! Он был вовсе не таким…
– Он запер ее в амбаре, Элли.
– Ну а что я должна была делать? – зарычала девушка. – Она перестала со мной общаться! Дулась целыми днями у себя в комнате. Я для нее всем пожертвовала, а она, видите ли, в молчанку играет…
Теперь Робин уже полностью управляла разговором и понимала, что представляет собой Элли. Ее и саму воспитывала женщина приблизительно такого же склада. Тактику общения с подобным человеком Робин могла бы воспроизвести даже во сне. Не ввязываться в спор – иначе она лишь разозлится; расположить ее к себе, изредка отпуская комплименты. Пусть рассказывает историю со своей точки зрения.
– Могу себе представить, как ты была задета, – заметила Робин.
– Да что вы можете представить… У вас-то детей нет! Я готовила ей пищу, читала на ночь… Играла с ней! Джонас… с ним порой было сложно, иногда он выходил из себя. Я в таких случаях оберегала Кэти, а она мне вот как отплатила! Знаете, в чем проблема? Она воспринимала мою заботу как должное. Вот я и решила: пусть пару месяцев проведет без меня. Тогда оценит…
– А она убежала, прежде чем ты вернулась.
Элли разочарованно кивнула.
– Думала, Джонас сможет обеспечить ей более-менее нормальный уход, однако его интересовали только кинематографические проекты.
Кинематографические проекты… Робин едва не стошнило.
– И Кэти удалось вернуться к матери…
– Я! Я была ее матерью! Вы просто не знаете, сколько раз миссис Стоун жаловалась на Кэти, когда я с ней сидела! – Элли изменила голос, пытаясь подражать интонациям Клэр: – «Дочка сегодня меня чуть с ума не свела, Элли… Не представляешь, как трудно воспитывать ребенка по время локдауна, Элли… Ужасно хочется хоть минутку уделить себе, Элли…» Неужели так должна говорить о дочери настоящая мать?
– И ты решила, что из тебя получится мама куда лучше…
– Я и была лучше! Клэр выпускала девочку одну гулять во дворе. Без всякого наблюдения! Вот я и подумала: раз судьба дочери ее не слишком волнует, я ей помогу. Пусть уделяет время себе, а я буду растить Кэти.
Так девочка и исчезла в тот день. Робин представила подъехавшую ко двору Элли. Вот она останавливает машину, машет Кэти рукой. Естественно, та побежала к своей няньке…
– Ее туфельки нашли в заброшенном доме.
– Верно… – Девушка хмыкнула. – Мы там встретились с Джонасом и решили кинуть кость копам – пусть думают, что Кэти похитили местные наркоманы. Угадайте, кому в голову пришла эта идея!
Если нарцисс задает на первый взгляд риторический вопрос, то, как правило, он ждет на него ответа.
– Тебе?
– Точно, мне!
– Отличная мысль. И ведь сработало! Кан до такого не додумался бы.
– Ни в жизнь, – гордо заявила Элли.
– А все-таки что ты хотела рассказать об Эване?
Девушка пожала плечами.
– Мне хотелось найти стрелочника. Человека, которого заподозрит полиция. У Эвана алиби не было, я точно знала – следила за его социальными сетями. Копы ведь в первую очередь начинают заниматься людьми, которые знают жертву, верно?
– Все же ты решила его не подставлять?
– Это привлекло бы внимание к моей персоне. Мне-то откуда вдруг было взяться в Бетельвилле? Я ведь училась в колледже… Копы задумались бы: что она тут делает? Ну вот, в итоге я остановилась на туфельках. И задумка действительно сработала! А мы с Джонасом получили Кэти.
– Вы получили Кэти, – повторила Робин. «Пусть болтает, пусть…» – Ты могла стать ей мамой. Что же пошло не так?
– В смысле «пошло не так»? Я была для нее идеальной матерью! Никогда ни на что не жаловалась. Весь день посвящала доченьке. А вот из Джонаса папа получился так себе. Он был еще не готов к отцовству. Несколько раз позволял Кэти смотреть свои нарезки… Любил ужастики – словно ребенок, ей-богу! Думал, и Кэти полюбит.
Робин вспомнился сеанс, когда Кэти приковала фигурку маленькой девочки к ножке дивана. Видимо, Кан не просто «позволял» ей смотреть свои видео.
– Я ему сказала – такие вещи не для детей, а он ответил – подобный материал закалит ее волю. Ну да, мне хотелось, чтобы девочка выросла сильной. Этот мир – место не для слабаков, Робин. Ковид, глобальное потепление, войны… Наши дети должны расти, понимая, что жизнь может стать сложной. – Глаза Элли вдруг заволокло пеленой – видимо, погрузилась в воспоминания. – Сперва все шло отлично. А потом Кэти как-то выскользнула из комнаты, когда Джонас работал над своим проектом… Ну, первым, с девчонкой Роджерс.