Стиратель
Шрифт:
Внезапно послышался шум приближающихся машин. Урка вздрогнул, поднял пистолет и… заколебался. Глядя на меня, зло сказал: – Менты пожаловали. Ладно, живи, "фраерок"! Посмотри, что здесь будет, но не встречайся больше мне! Я не верю в случайности!
Он, по бурьяну, ломанулся прочь. Я же, святая наивность, думая, что приехали мои защитники, побрёл к зданию, из которого, прячась, убегал. У меня не хватило ума подойти к ним сразу, а опять поднялся на крышу. Внизу четыре милиционера разглядывали место бойни. Затем двое приблизились к машине и вывели собаку. Остальные вошли в помещение подо мной. Один сказал: – Это надо же! Настоящие войны и ни одного свидетеля! Как они умудряются так убивать?!
Собеседник слабо возразил: – Ну почему же? Может, оставшийся слинял! Что, скорее всего.
Поговорив, они вышли. Псина крутилась по двору и вдруг направилась в сторону противоположного здания. Вскоре менты оказались на крыше. Пёс подвёл их к куче кирпича и залаял. Посмотрев друг на друга, принялись разгребать обломки и вскоре достали рюкзак. Открыв его, они перебросились парой фраз. Затем торопливо закопали сумку и спустились вниз.
Немного погодя, собака потянула их в "моё" здание. Я затаился, но эта тварь остановилась напротив пролома и начала лаять вверх. Милиционеры вытащили оружие и закричали: – Эй, кто там, выходи или будем стрелять!
Мне ничего не оставалось, как выйти к ним. Высунулся из пролома и крикнул: – Я посторонний, случайно оказался здесь! Сейчас подойду.
По арматуре соскользнул вниз. Не опуская пистолетов, они вывели меня к остальным. Наступила пауза. Мы изучали друг друга. Вид у меня после грязного бурьяна был, конечно, не презентабельный. Да и чувствовал я себя не в своей тарелке. Из-под одного ствола тут же попал под другие.
Капитан спросил: – Кто вы и как оказались здесь?
Я решил скосить под дурачка и объяснил: – Преподаватель физкультуры Иванов Даниил Петрович. Иногда бываю здесь, старина, знаете.… Но сегодня, в обед, выпил лишнего, а придя сюда, сомлел от жары и заснул в развалинах. Проснулся вот сейчас, когда залаяла собака. Сначала испугался, но увидев вас, успокоился.
– А ну дыхни! – приказал он.
Я дохнул ему в лицо.
– Пахнет! Но как же вы не слышали выстрелы? Судя по количеству стреляных гильз, палили здесь долго. Если бы вас заметили бандиты, вы были бы уже мертвы. Они не щадят свидетелей.
– Не слыхал, видимо, перебрал в жару, да и сплю я всегда крепко.
– Ладно, съездите в отдел, черкнёте объяснение. Видите, сколько покойников, одним из них могли быть вы!
Я притворно схватился за голову.
Глава 6
Во двор заехали две милицейские машины и три кареты скорой помощи. В них начали грузить покойников. Меня посадили в ранее приехавший автомобиль. Туда же сели два милиционера с собакой, и мы поехали в РОВД. В отделе написал объяснительную, всё как говорил и меня отпустили домой. Душа моя "пела", считал, что легко отделался! Какой я был наивный! На время даже забыл о деньгах, что были спрятаны в развалинах. Иногда думал, что менты их забрали, как вещественное доказательство какого-либо события, происшествия. А как же могло быть иначе! Но… видимо, недаром криминал называет нас "фраерами": не можем мы смотреть вперёд.
Прошёл месяц и я получил повестку из военкомата. В ней говорилось о том, чтобы явился в указанное заведение для прохождения очередной призывной комиссии. Пришло моё время идти в армию. Но этому не суждено было сбыться. Внезапно, прямо в школу, за мной приехали два милиционера.
– Что случилось? – спрашиваю, – обязательно надо с работы вызывать! А мне потом что людям говорить!
– Нам приказали, мы исполняем!
Посадили в машину, причём сопровождающие сели с обеих сторон. Приехали в РОВД. Меня ввели в кабинет. За столом, в гражданской одежде, сидел неприятный, лет пятидесяти, тучный тип. Знаете, выдаются такие: с одного взгляда вызывают неприязнь. И что задело, он даже не посмотрел в мою сторону. Но одет был прямо с "иголочки". Закончив писать, открыл некую папку, достал чистый лист и вновь принялся что-то строчить.
– Иванов Даниил Петрович? – внезапно спросил он, не отрываясь от письма.
– Да, – ответил я.
– Рассказывайте, как собираетесь тратить деньги?
Меня осенило: вчера нам давали жалованье…
– Позвольте, а какое вам дело до того, как я буду тратить свою зарплату? Её только что дали и…
Внезапно следователь громко ударил кулаком по столу, поднял голову.
– В кабинете нас двое и кто-то из нас должен остаться в дураках! Ты думаешь, им буду я? – перешёл он на "ты".
– Мне тоже не хочется им быть! – зачем-то храбрился я.
– Куда дел деньги? – заорал он. – До нас дошла информация, что бандиты спрятали в развалинах полтора миллиона рублей и десять тысяч зелёных. Они перестреляли друг друга, а ты был там в то время, но ловко отмазался.
Вот тут-то я понял, что влип капитально. Наверное, это отразилось на моём лице. Мент вроде бы подобрел. Нажал кнопку. Вошёл конвоир.
– В изолятор! Ему надо подумать.
– Встать! Руки назад!
Так, впервые и оказался в "сучьем кутке". Я был так потрясён происшедшим, что был сам не свой и вначале не мог даже осознать до конца, что произошло? Сел спиной к стене, прислонился головой. Зароились мысли: "Почему спрашивают о деньгах? Они же их нашли, я своими глазами видел! Да, но говорить о них не могу, так как написал в объяснительной, что спал. Но получается, бабки отыскали, а трясут с меня! Значит, для кого-то их нет? Выходит, что кто-то прикарманил! Возможно, те двое ментов, что нашли!"
Я едва не подпрыгнул от своей догадки: "Точно, потому вновь зарыли, а не вынесли с крыши! Вероятно, после и забрали. Ах, сволочи! Но тогда откуда о них узнали другие? Змей! Верно, он пришёл за мешком, но его не оказалось. Кто взял? Только я был там в то время. Каким-то способом, он дал знать об этом ментам. А возможно, те двое подогрели "бабками" следака и он теперь, всевозможными путями будет стараться повесить кражу денег на меня! В любом случае я пропал: с одной стороны станут требовать бандиты, с другой, за "непризнание" светит тюрьма. Но и виниться мне в чём-то нельзя, тогда у следователя появится лишний козырь, а я окажусь вруном".
Я похолодел от подобной мысли и как-то сразу понял, что пришёл конец моему спокойствию, а, возможно, даже существованию. Мне в любом случае светит немалый срок. И главные виновники в этом два мента и следователь. А я в то время ничего не знал о царивших в тюрьмах порядках. Целиком ушёл в спорт. Разве можно было подумать тогда о том, что жизнь может так перевернуться! Представляете моё состояние: молодой человек, преподаватель, неимоверно далёкий от подобных разборок, и… сразу оказаться в центре этого!