Чтение онлайн

Меркнут краски, молкнут звуки... Но, как дальний город шумный, Всё звучит в усталом сердце, Однозвучно-тихо ропщет День прожитый, день далекий... Усыпляют, будят звуки И вливают в сердце горечь Полусознанной разлуки И дрожит, и дремлет сердце... [1902] Вячеслав Иванов. Стихотворения и поэмы. Библиотека поэта. Малая серия. Ленинград: Советский писатель, 1976.

ДОВОЛЬНО!

Satis vixi vel vitae vel gloriae.

C.J. Caesar

Довольно жил я - в меру ли

жизни, в меру ли славы.

К. Ю. Цезарь

Ты сердцу близко, Солнце вечернее, Не славой нимба, краше полуденной,

Но тем, что коней огнегривых

К Ночи стремишь в неудержном беге.

"Помедли",- молит тучка багряная, "Помедли",- долы молят червленые,

Мир, отягчен лучистым златом,

Боготворит твой покой победный.

И горы рдеют, как алтари твои; И рдеет море влажными розами,

Сретая коней огнегривых:

Ты ж их стремишь в неудержном беге.

И мещешь в мир твой пламя венцов твоих, И мещешь в мир твой пурпур одежд твоих:

Венец венцов тебе довлеет

Счастия легкий венец: "Довольно. [1902] Вячеслав Иванов. Стихотворения и поэмы. Библиотека поэта. Малая серия. Ленинград: Советский писатель, 1976.

ВОЗВРАТ С престола ледяных громад, Родных высот изгнанник вольный, Спрядает светлый водопад В теснинный мрак и плен юдольный.

А облако, назад - горе Путеводимое любовью, Как агнец, жертвенною кровью На снежном рдеет алтаре. [1902] Вячеслав Иванов. Стихотворения и поэмы. Библиотека поэта. Малая серия. Ленинград: Советский писатель, 1976.

ЗАРНИЦА Как Зарница по поднебесью гуляла, Темной ночкой по широкому играла, Ей возговорит на небе черна Хмара: "Что ты рыщешь, Молонья - млада Зарница, Темной ночкой, одинокой, молодица? Что ты рыщешь, аль кого по свету ищешь? Ан где же, молодица, твой хозяин? Уж как был ни на пядень Гром неотступен, А и ныне Громовик не громыхает. Али братцу зла прилука прилучилась? Али ладе стар милой друг принаскучил?" Отвечает Молонья - млада Зарница: "Ой же Хмара ты, Золовушка-сестрица! Не прети мне по поднебесью гуляти, Втихомолку по привольному играти! Не буди ты государя - грозна братца! Как доволи я со Громом нашаталась, По весне ли со веселым наигралась: Порезвился ярый впору, притомился, И залег он в лютокаменных пещерах. Да меня ль, младу, в надземье не пускает, На постели со просонья обымает. А потеха молодице утаиться, Те железные затворы разомкнути, По степи ли по широкой промелькнути, С перекатной со звездой перемигнуться, В тихих заводях зеркальных оглянуться!" [1902] Вячеслав Иванов. Стихотворения и поэмы. Библиотека поэта. Малая серия. Ленинград: Советский писатель, 1976.

ДВА ВЗОРА Высот недвижные озера Отверстые зеницы гор Мглой неразгаданного взора Небес глубоких мерят взор.

Ты скажешь: в ясные глядится С улыбкой дикою Сатир,Он, тайну мойр шепнувший в мир, Что жребий лучший - не родиться. [1902] Вячеслав Иванов. Стихотворения и поэмы. Библиотека поэта. Малая серия. Ленинград: Советский писатель, 1976.

АЛЬПИЙСКИЙ РОГ Средь гор глухих я встретил пастуха, Трубившего в альпийский длинный рог. Приятно песнь его лилась; но, зычный, Был лишь орудьем рог, дабы в горах Пленительное эхо пробуждать. И всякий раз, когда пережидал Его пастух, извлекши мало звуков, Оно носилось меж теснин таким Неизреченно-сладостным созвучьем, Что мнилося: незримый духов хор, На н 1000 еземных орудьях, переводит Наречием небес язык земли.

И думал я: "О гений! Как сей рог, Петь песнь земли ты должен, чтоб в сердцах Будить иную песнь. Блажен, кто слышит". И из-за гор звучал отзывный глас: "Природа - символ, как сей рог. Она Звучит для отзвука; и отзвук - бог. Блажен, кто слышит песнь и слышит отзвук". [1902] Вячеслав Иванов. Стихотворения и поэмы. Библиотека поэта. Малая серия. Ленинград: Советский писатель, 1976.

LA PINETA * Покорный день сходил из облаков усталых, И, как сомкнутые покорные уста, Была беззвучна даль, и никла немота Зеленохвостых чащ и немощь листв увялых,

И кроткою лилась истомой теплота На нищий блеск дубов, на купы пиний малых; И влажная земля, под тленьем кущ опалых, Была, как Смерть и Сев, смиренна и свята...

Таким явился мне,- о мертвая Равенна!Твой лес прославленный,- ты, в лепоте святынь, Под златом мозаик хранительных забвенна!

И был таков твой сон и скорбь твоих пустынь, Где веет кротко Смерть, под миром Крыл лелея Мерцающую Жизнь, как бледный огнь елея.

* Сосновый лес (итал.).- Ред. Между 1892 и 1902 Вячеслав Иванов. Стихотворения и поэмы. Библиотека поэта. Малая серия. Ленинград: Советский писатель, 1976.

`ВЕЧЕРЯ`, ЛЕОНАРДО

Александре Васильевне Гольштейн

Гость Севера! Когда твоя дорога Ведет к вратам единственного града, Где блещет храм, чья снежная громада, Эфирней гор, встает у их порога,

Но Красота смиренствует, убога, Средь нищих стен, как бледная лампада, Туда иди из мраморного сада И гостем будь за вечерею бога!

Дерзай! Здесь мира скорбь и желчь потира! Ты зришь ли луч под тайной бренных линий? И вызов Зла смятенным чадам Мира?

Из тесных окон светит вечер синий: Се Красота из синего эфира, Тиха, нисходит в жертвенный триклиний. Между 1892 и 1902 Вячеслав Иванов. Стихотворения и поэмы. Библиотека поэта. Малая серия. Ленинград: Советский писатель, 1976.

IL GIGANTE * Средь стогн прославленных, где Беатриче Дант, Увидев: "Incipit,- воскликнул,- vita nova" **,Наг, юноша-пастух, готов на жребий зова, Стоит с пращой, себя почуявший Гигант.

Лев молодой пустынь, где держит твердь Атлант, Он мерит оком степь и мерит жертву лова... Таким его извел - из идола чужого Сверхчеловечества немой иерофант!

Мышц мужеских узлы, рук тяжесть необорных, И выя по главе, и крепость ног упорных, Весь скимна-отрока еще нестройный вид,

Всё в нем залог: и глаз мечи, что, медля, метят, И мудрость ждущих уст - они судьбам ответят!Бог-дух на льва челе... О, верь праще, Давид!

* Гигант (итал.).- Ред. ** Начинается новая жизнь (итал.).- Ред. Между 1892 и 1902 Вячеслав Иванов. Стихотворения и поэмы. Библиотека поэта. Малая серия. Ленинград: Советский писатель, 1976.

`MAGNIFICAT`,* БОТТИЧЕЛЛИ Как бледная рука, приемля рок мечей, И жребий жертвенный, и вышней воли цепи, Чертит: "Се аз раба",- и горних велелепий Не зрит Венчанная, склонив печаль очей,

Так ты живописал бессмертных боль лучей, И долу взор стремил, и средь безводной степи Пленяли сени чар и призрачный ручей Твой дух мятущийся, о Сандро Филипепи!