Шрифт:
Октавио Пас
– Пришелец ("Я понял на ходу, что я в тумане...") - Улица ("На бесконечной улице ни звука...")
ПРИШЕЛЕЦ
Я понял на ходу, что я в тумане. Струились лица, контуры текли, все исчезало прежде, чем возникнуть.
Я плелся по безлюдным мостовым. Вдруг на углу мне улыбнулся мальчик, и мне взбрело потрогать его кожу и убедиться, что она живая. Но кисть руки в мальчишеских вихрах растаяла - и мальчик содрогнулся, впервые ощутив небытие. И замер, изумленный этой дрожью.
Я плыл, меня несло ленивым ветром. Стал виден сад и женщина в саду. Я кркнул "Это я! Ты не узнала?" Слова мои, бесшумные снежинки, расплылись в безответной тишине. Чтоб добудиться, я поцеловал, но губ ее, изваянных из камня, коснулся только воздух - и казалось, что целовало их всопоминанье. И я оставил женщину вдвоем с ее судьбой - остаться изваяньем.
И вновь меня несло ленивым ветром. И были серы площади и стены. И люди во плоти или в металле выказывали, как они горды быть явью, плотью, кровью или бронзой. (А между тем наедине с собой довольно взгляда, зеркала, молчанья, чтобы разверзлась бездна под ногами мгновенье пустоты, неумолимость, неизмеримость этого провала, и злая безнадежность ожиданья, и вечный страх, что ты такой, как есть.)
Опять меня несло ленивым ветром. Пустыни улиц. Крик. Небытие. И, от химер устав, я растворился в тумане, из которого возник.
перевод А.Гелескула
УЛИЦА
На бесконечной улице ни звука. Я спотыкаюсь, падаю впотьмах, и подимаюсь, и топчу вслепую сухие листья и немые камни, и кто-то за спиной их топчет тоже: замру - замрет и он, прибавлю шагу он тоже. Озираюсь - ни души. Вокруг темно и выхода не видно, нет никого, и я кружу, кружу, а закоулки вновь меня выводят на улицу, где я крадусь за кем-то, кто падает впотьмах и, поднимаясь, глядит в меня и шепчет: "Ни души..."
перевод А.Гелескула