Шрифт:
Михаил Аркадьевич Светлов
Стихотворения
Оглавление
1. ДВОЕ ("Они улеглись у костра своего...")
2. РАБФАКОВКЕ ("Барабана тугой удар...")
3. ЕСЕНИНУ ("День сегодня был короткий...")
4. ГРЕНАДА ("Мы ехали шагом, мы мчались в боях...")
5. "Я в жизни ни разу не был в таверне..."
6. ГРАНИЦА ("Я не знаю, где граница между Севером и Югом...")
7. ПЕСНЯ ("С утра до заката, всю ночь до утра...")
8. СТАРУШКА ("Время нынче такое: человек не на месте...")
9. ПРОВОД ("Человек обещал проводам молодым...")
10. ПЕРЕД БОЕМ ("Я нынешней ночью не спал до рассвета...")
11. ПИРУШКА ("Пробивается в тучах зимы седина...")
12. В РАЗВЕДКЕ ("Поворачивали дула...")
13. САККО И ВАНЦЕТТИ ("Где последний индеец заснул...")
14. ИГРА ("Сколько милых значков на трамвайном билете...")
15. БОЛЬШАЯ ДОРОГА ("К застенчивым девушкам, жадным и юным...")
16. КРИВАЯ УЛЫБКА ("Меня не пугает высокая дрожь...")
17. "Я годы учился недаром..."
18. "Товарищ устал стоять..."
19. ДОН-КИХОТ ("Годы многих веков надо мной цепенеют...")
20. МАЛЕНЬКИЙ БАРАБАНЩИК ("Мы шли под грохот канонады...")
21. СМЕРТЬ (Каждый год и цветет и отцветает миндаль...")
22. ПЕСНЯ ("Ночь стоит у взорванного моста...")
23. ПЕСЕНКА ("Чтоб ты не страдала от пыли дорожной...")
24. ПЕСНЯ О КАХОВКЕ ("Каховка, Каховка - родная винтовка...")
25. ИСПАНСКАЯ ПЕСНЯ ("Над израненной пехотой...")
26. АРТИСТ ("Четырем лошадям на фронтоне Большого театра...")
27. БЕССМЕРТИЕ ("Как мальчики, мечтая о победах...")
28. "Все ювелирные магазины - они твои..."
29. ЖИЗНЬ ПОЭТА ("Молодежь! Ты мое начальство...")
30. "Живого или мертвого жди меня двадцать четвертого...")
31. В БОЛЬНИЦЕ ("Ну на что рассчитывать еще-то?..")
Михаил Светлов
СТИХОТВОРЕНИЯ
ДВОЕ
Они улеглись у костра своего,
Бессильно раскинув тела,
И пуля, пройдя сквозь висок одного,
В затылок другому вошла.
Их руки, обнявшие пулемет,
Который они стерегли,
Ни вьюга, ни снег, превратившийся в лед,
Никак оторвать не могли.
Тогда к мертвецам подошел офицер
И грубо их за руки взял,
Он, взглядом своим проверяя прицел,
Отдать пулемет приказал.
Но мертвые лица не сводит испуг,
И радость уснула на них...
И холодно стало третьему вдруг
От жуткого счастья двоих.
1924
РАБФАКОВКЕ
Барабана тугой удар
Судит утренние туманы,-
Это скачет Жанна д'Арк
К осажденному Орлеану.
Двух бокалов влюбленный звон
Тушит музыка менуэта,-
Это празднует Трианон
День Марии-Антуанетты.
В двадцать пять небольших свечей
Электрическая лампадка,-
Ты склонилась, сестры родней,
Над исписанною тетрадкой...
Громкий колокол с гулом труб
Начинают "святое" дело:
Жанна д'Арк отдает костру
Молодое тугое тело.
Палача не охватит дрожь
(Кровь людей не меняет цвета),-
Гильотины веселый нож
Ищет шею Антуанетты.
Ночь за звезды ушла, а ты
Не устала,- под переплетом
Так покорно легли листы
Завоеванного зачета.
Ляг, укройся, и сон придет,
Не томися минуты лишней.
Видишь: звезды, сойдя с высот,
По домам разошлись неслышно.
Ветер форточку отворил,
Не задев остального зданья,
Он хотел разглядеть твои
Подошедшие воспоминанья.
Наши девушки, ремешком
Подпоясывая шинели,
С песней падали под ножом,
На высоких кострах горели.
Так же колокол ровно бил,
Затихая у барабана...
В каждом братстве больших могил
Похоронена наша Жанна.
Мягким голосом сон зовет.
Ты откликнулась, ты уснула.
Платье серенькое твое
Неподвижно на спинке стула.
1925
ЕСЕНИНУ
День сегодня был короткий,
Тучи в сумерки уплыли,
Солнце Тихою Походкой
Подошло к своей могиле.
Вот, неслышно вырастая
Перед жадными глазами,
Ночь большая, ночь густая
Приближается к Рязани.
Шевелится над осокой
Месяц бледно-желтоватый.
На крюке звезды высокой
Он повесился когда-то.
И, согнувшись в ожиданье
Чьей-то помощи напрасной,
От начала мирозданья
До сих пор висит, несчастный...
Далеко в пространствах поздних
Этой ночью вспомнят снова
Атлантические звезды
Иностранца молодого.
Ах, недаром, не напрасно
Звездам сверху показалось,
Что еще тогда ужасно
Голова на нем качалась...
Ночь пойдет обходом зорким,
Все окинет черным взглядом,
Обернется над Нью-Йорком
И заснет над Ленинградом.
Город, шумно встретив отдых,
Веселился в час прощальный...
На пиру среди веселых
Есть всегда один печальный.
И когда родное тело
Приняла земля сырая,
Над пивной не потускнела
Краска желто-голубая.
Но родную душу эту