Стихи (2)
Шрифт:
МАЛАГЕНЬЯ
Смерть вошла и ушла из таверны.
Черные кони и темные души в ущельях гитары бродят.
Запахли солью и женской кровью соцветия зыби нервной.
А смерть все выходит и входит, выходит и входит...
А смерть все уходит и все не уйдет из таверны.
перевод А.Гелескула
МАЛЕНЬКИЙ ВЕНСКИЙ ВАЛЬС
Десять девушек едут Веной. Плачет смерть на груди гуляки. Есть там лес голубиных чучел и заря в антикварном мраке. Есть там залы, где сотни окон и за ними деревьев купы... О, возьми этот вальс, этот вальс, закусивший губы.
Этот вальс, этот вальс, полный смерти, мольбы и вина, где шелками играет волна.
Я люблю, я люблю, я люблю, я люблю тебя там, на луне, и с увядшею книгой в окне, и в укромном гнезде маргаритки, и в том танце, что снится улитке... Так порадуй теплом этот вальс с перебитым крылом.
Есть три зеркала в венском зале, где губам твоим вторят дали. Смерть играет на клавесине, и танцующих красят синим, и на слезы наводит глянец...
А над городом - тени пьяниц... О, возьми этот вальс, на руках умирающий танец.
Я люблю, я люблю, мое чудо, Я люблю тебя вечно и всюду, и на крыше, где детство мне снится, и когда ты поднимешь ресницы, а за ними, в серебряной стуже, старой Венгрии звезды пастушьи, и ягнята, и лилии льда... О возьми этот вальс, этот вальс "Я люблю навсегда".
Я с тобой танцевать буду в Вене в карнавальном наряде реки, в домино из воды и тени. Как темны мои тростники!.. А потом прощальной данью я оставлю эхо дыханья в фотографиях и флюгерах, поцелуи сложу перед дверью и волнам твоей поступи вверю ленты вальса, скрипку и прах.
перевод А.Гелескула
МОЛОДАЯ ЛУНА
Луна плывет по реке. В безветрии звезды теплятся. Срезая речную рябь, она на воде колеблется. А молодая ветвь ее приняла за зеркальце.
перевод М.Самаева
НА ИНОЙ ЛАД
Костер долину вечера венчает рогами разъяренного оленя. Равнины улеглись. И только ветер по ним еще гарцует в отдаленье.
Кошачьим глазом, желтым и печальным, тускнеет воздух, дымно стекленея. Иду сквозь ветви следом за рекою, и стаи веток тянутся за нею.
Все ожило припевами припевов, все так едино, памятно и дико... И на границе тростника и ночи так странно, что зовусь я Федерико.
перевод А.Гелескула
НА МОТИВ НОЧИ
Страшно мне туманов затканного луга и сырых обочин с палою листвою. Если задремлю я, разбуди, подруга, отогрей дыханьем сердце неживое.
Что за эхо дошло и откуда? Это ветер в стекло, мое чудо!
Нес тебе мониста, где горели зори. Что же на дороге брошен, обделенный? Без тебя и птица высохнет от горя, и не брызнет соком виноград зеленый.
Что за эхо дошло и откуда? Это ветер в стекло, мое чудо!
И никто не скажет, сказка снеговая, как тебя любил я на рассвете мглистом, когда моросило не переставая и сползали гнезда по ветвям безлистым.
Что за эхо дошло и откуда? Это ветер в стекло, мое чудо!
перевод Б.Дубина
НА УШКО ДЕВУШКЕ
Не хотел. Не хотел говорить ничего.
Я увидел в глазах твоих два немыслимых деревца. Невесомых, веселых и золотых.
Они раскачивались.
Не хотел. Не хотел говорить ничего.
перевод Ю.Мориц
НЕВЕРНАЯ ЖЕНА
...И в полночь на край долины увел я жену чужую, а думал - она невинна.
То было ночью Сант-Яго и, словно сговору рады, в округе огни погасли и замерцали цикады. Я сонных грудей коснулся, последний проулок минув, и жарко они раскрылись кистями ночных жасминов. А юбки, шурша крахмалом, в ушах у меня дрожали, как шелковая завеса, раскромсанная ножами. Врастая в безлунный сумрак, ворчали деревья глухо, и дальним собачьим лаем за нами гналась округа.
За голубой ежевикой у тростникового плеса я в белый песок впечатал ее смоляные косы. Я сдернул шелковый галстук. Она наряд разбросала. Я снял ремень с кобурою, она - четыре корсажа. Ее жасминная кожа светилась жемчугом теплым, нежнее лунного света, когда скользит он по стеклам. А бедра ее метались, как пойманные форели, то лунным холодом стыли, то белым огнем горели. И лучшей в мире дорогой до первой утренней птицы меня этой ночью мчала атласная кобылица...
Тому, кто слывет мужчиной, нескромничать не пристало. И я повторять не стану слова, что она шептала. В печинках и поцелуях она ушла на рассвете. Кинжалы трефовых лилий вдогонку рубили ветер. Я вел себя так, как должно, цыган до смертного часа. Я дал ей ларец на память и больше не стал встречаться, запомнив обман той ночи в туманах речной долины, она ведь была замужней, а мне клялась, что невинна.
перевод А.Гелескула
НОЧЬ
Свеча и светляк, фонарь и светильник.
Созвездье саэты.
Золотые оконца кресты над крестами задрожат, встрепенутся в лучах рассвета.
Свеча и светляк, фонарь и светильник.
перевод М.Кудинова
ОН УМЕР НА РАССВЕТЕ
У ночи четыре луны, а дерево - только одно, и тень у него одна, и птица в листве ночной.
Следы поцелуев твоих ищу на теле. А речка целует ветер, касаясь его еле-еле.
В ладони несу твое Нет, которое ты дала мне, как восковой лимон с тяжестью камня.
У ночи четыре луны, а дерево - только одно. Как бабочка, сердце иглой к памяти пригвождено.
перевод М.Самаева
ПЕЙЗАЖ
Вечер оделся в холод, Чтобы с пути не сбиться. Дети с лучами света К окнам пришли проститься, Смотрят, как желтая ветка Становится спящей птицей. А день уже лег и стихнул, Но что-то ему не спится. Вишневый румянец вспыхнул На черепице.
ПЕЙЗАЖ
Масличная равнина Распахивает веер. Запахивает веер. Над порослью масличной Склонилось небо низко, И льются темным ливнем Холодные светила. Не берегу канала Дрожат тростник и сумрак, А третий - серый ветер. Полным-полны маслины Тоскливых птичьих криков. О, бедных пленниц стая! Играет тьма ночная Их длинными хвостами.