Чтение онлайн

Блау, казалось, был полон сочувствия.

– Можно, конечно, попытаться... Силой эту проблему не решить, но может быть, удастся их подкупить.

– Попробуйте, - сказал Лео, хотя был согласен, что это, без всякого сомнения, лишь бесполезная трата времени я сил.
– Разве на них не распространяется распоряжение ООН, касающееся запрета на ввоз инопланетных форм жизни?

Было бы весьма неплохо, если бы удалось убедить силы ООН в том, что остатки корабля Элдрича необходимо уничтожить. Он записал для памяти в блокноте: позвонить юристам, составить запрос в ООН по поводу ввоза лишайников.

– Поговорим позже, - бросил он Блау и отключился. "Может быть, направлю запрос сам", - подумал он. Нажав на кнопку интеркома, Лео сказал секретарше:

– Соедини меня с ООН в Нью-Йорке, с кем-нибудь из руководства. Лучше всего с самим Секретарем Хепберн-Гилбертом.

Наконец его соединили с искусным индийским политиком, который в прошлом году стал Генеральным Секретарем ООН.

– А, мистер Булеро, - хитро улыбнулся Хепберн-Гилберт.
– Вы хотите направить запрос по поводу ареста груза Кэн-Ди, который...

– Я ничего не знаю ни о каком грузе Кэн-Ди, - ответил Лео.
– Я совсем по другому делу. Вы отдаете себе отчет в том, что вытворяет Палмер Элдрич? Он привез в нашу систему лишайники с Проксимы. Из-за этого может начаться эпидемия типа той, что была у нас в девяносто восьмом.

– Мы отдаем себе в этом отчет. Однако люди Элдрича утверждают, что это лишайник из Солнечной системы, который мистер Элдрич взял с собой на Проксиму и теперь везет обратно... Как они говорят, это его источник протеина.
– Индиец блеснул белозубой улыбкой; подобное объяснение его явно забавляло.

– И вы этому поверили?

– Нет, конечно, - улыбка Хепберн-Гилберта стала еще шире.
– А почему, собственно, вы этим интересуетесь, мистер Булеро? Неужели вас так заботит судьба этих... лишайников?

– Я гражданин Солнечной системы и руководствуюсь заботой об интересах общества. И я требую, чтобы вы предприняли соответствующие шаги.

– Мы их предприняли, - сказал Хепберн-Гилберт.
– Мы проводим расследование... Мы поручили его мистеру Ларку - вы ведь его знаете?

Разговор достиг мертвой точки, и Лео Булеро в конце концов отключился, чувствуя отвращение ко всем политикам. Они всегда были готовы к решительным действиям, но если дело касалось Палмера Элдрича... "Ах, мистер Булеро, передразнил он недавнего собеседника, - это, понимаете ли, совсем другое дело".

Да, Ларка он знал. Нед Ларк был шефом Отдела наркотиков ООН и ответственным за перехват последнего транспорта Кэн-Ди. Это была неплохая проделка со стороны Генерального Секретаря - включить Ларка в аферу с Элдричем. Можно сказать, ООН требовала услуги за услугу: пока Лео Булеро будет пытаться вернуть груз Кэн-Ди, они не предпримут ничего против Элдрича. Он это чувствовал, но, естественно, доказать ничего не мог. В конце концов Хепберн-Гилберт, этот темнокожий хитрец и недоразвитый политик, прямо этого не говорил.

"Вот так и кончаются все переговоры с ООН, - дума! Лео.
– Афроазиатская политика. Болото. Везде сидят и всем руководят иностранцы". Он с яростью взглянул на пустой экран.

Пока он раздумывал, что делать дальше, звякнул интерком, и его секретарша мисс Глисон сказала:

– Мистер Булеро, в приемной мистер Майерсон. Он хотел бы перекинуться с вами парой слов.

– Пусть войдет.
– Он обрадовался, что хотя бы на минуту сможет забыть о своих проблемах.

Несколько мгновений спустя эксперт-прогностик в области моды с хмурым видом вошел в кабинет и молча сел напротив Лео.

– Что с тобой, Майерсон?
– спросил Булеро.
– Ну, говори, я ведь для этого здесь и нахожусь. Можешь поплакать у меня на плече.
– Он старался, чтобы голос его звучал холодно.

– Дело касается моей ассистентки, мисс Фьюгейт.

– Да, я слышал, что ты с ней спишь.

– Не в этом дело.

– Ах вот как, - иронически заметил Лео.
– Ну, это мелочь.

– Я только хотел сказать, что пришел сюда по другой причине. У нас только что было серьезное недоразумение. Мне принесли образцы...

– Ты что-то отклонил, - перебил его Лео, - а она с этим не согласилась.

– Да.

– Ах вы, ясновидцы!

"Заслуживает внимания. Может быть, существуют альтернативные варианты будущего".

– И ты хочешь, чтобы я приказал ей в будущем во всем с тобой соглашаться?

– Она моя ассистентка, - сказал Барни Майерсон.
– И поэтому она должна делать то, что я ей скажу.

– Ну... а то, что она с тобой спит - это разве не явный шаг в этом направлении?
– рассмеялся Лео.
– Однако в присутствии продавца она должна поддерживать твое мнение, а если у нее будут какие-то замечания, то она должна сказать тебе об этом позже, с глазу на глаз.

– Я даже на это не соглашусь.
– Барни нахмурился еще больше.

– Ты знаешь, что я прошел курс Э-Терапии и практически сам стал ясновидцем. Это был продавец вазочек? Керамики?

Барни неохотно кивнул.

– Это творения твоей бывшей жены, - сказал Лео и задумался. Ее керамика хорошо расходилась; он видел объявления в газетах. Она продавалась в одном из лучших художественных салонов в Нью-Орлеане, а также здесь, на Восточном побережье, и в Сан-Франциско.
– Как они, пойдут, Барни?
– Он внимательно посмотрел на своего ясновидца.
– Мисс Фьюгейт была права?

– Никуда они не пойдут, и это святая правда, - бесцветным голосом сказал Барни. Слишком бесцветным, подумал Лео, чересчур лишенным чувств.
– Я так вижу, - упрямо добавил Майерсон.

– Ну ладно, - кивнул Лео.
– Принимаю твое объяснение. Однако, если эти вазочки станут сенсацией, а у нас не будет миниатюр для колонистов...
– Он задумался.
– Может оказаться, что твоя подруга по постели займет твое место! пригрозил он.

Вставая, Барни сказал:

– Так вы проинструктируете мисс Фьюгейт, как она должна себя вести и какую позицию занимать?