Чтение онлайн

— Похоже, мы оба сегодня оказались изгнанниками, — проговорила Лоррен, не спеша подходя ближе к нему.

— На данную минуту, — сказал Маркус, глубоко затянувшись сигаретой, и кивнул в сторону дома. — Не думаю, что мне удобно и дальше обходиться без общества этих светских дебютанток.

— Ты хочешь сказать, это они не могут обойтись без твоего общества?

— Ты о себе говоришь?

— Ну, я-то уже не дебютантка.

— Да, по твоему откровенному наряду это сразу видно, — заключил Маркус, бросил окурок в траву и затоптал.

— Да что вы, мистер Истмен! Я и не знала, что вам нравятся девушки, застегнутые до самого подбородка.

— Вы правы, мисс Дайер, они мне не нравятся. Я отдаю предпочтение таким полуодетым девицам легкого поведения, как вы.

Лоррен в ответ легонько шлепнула его по щеке.

Когда она хотела убрать руку, Маркус крепко сжал ее, и сетчатая сумочка Лоррен с громким стуком упала на землю. В такой позе они оба застыли. Лоррен готова была не один час простоять так, настойчиво сверля Маркуса взглядом, вдыхая аромат его одеколона, смешанный с ароматами осеннего сада.

Наконец, он наклонился, чтобы поднять ее сумочку, и Лоррен захотелось лягнуть его, повалить на влажную траву, потом хорошенько попрыгать на нем и втоптать в эту траву. Но тут она вспомнила, как Маркус отверг ее вчерашний неуклюжий поцелуй в «Зеленой мельнице».

Тогда она скрестила руки на груди, предоставляя Маркусу инициативу.

— Возможно, я одета не так, как добропорядочная леди, но все же обходиться со мной надо, как с леди.

— Ладно, я знаю, почему я здесь торчу, — сказал Маркус. — Но не потрудишься ли объяснить, отчего это ты до сих пор не сидишь за праздничным столом?

— Да мне нужно было поправить дело выпивкой, — объяснила Лоррен, стараясь, чтобы голос звучал беззаботно, — я и вынула поправлялку, которую всегда ношу с собой.

— А я и не подозревал, что дебютантки носят с собой бутылки джина, — съехидничал Маркус.

— Ну да, миссис Кармоди этого тоже не ожидала, — выдавила Лоррен. — Хорошо еще, что у меня запас есть. — Она достала из кошелька вторую фляжечку, совсем крошечную. — Девушка в свете всегда должна быть готова и к лучшему, и к худшему варианту развития событий. Кажется, так написано в учебнике хороших манер.

— А какой вариант получился на самом деле? — поинтересовался он.

— Такой, что надо хлебнуть бурбона.

Протянула фляжечку Маркусу, но тот поднял руку.

— Без меня. Я сейчас пойду туда.

— А я как раз оттуда. Но ты-то понимаешь, что там собрались на бал дебютантки высшего света?

— Поверь, я бы лучше пошел куда-нибудь в другое место, — хмыкнул он. — Но долг надо исполнять — соблазнять Простушку Клару.

— Кстати, подожди — ты услышишь, как мисс Клара рассуждает там совсем не в стиле бунтарок.

— То есть? — спросил Маркус с искренним интересом.

— То есть в том духе, что выпивка — дело рук дьявола, а вот пирог с ягодами — это путь к спасению души. Ну, как обычно, и даже не моргнет. Что бы ни происходило. Давай не будем забывать, что с самого начала мы все это затеяли ради того, чтобы Клара не путалась под ногами у Глории. Кстати, о Глории — тебе интересно, где она пропадает сегодня? Может, на своем приеме? Который ее мама устроила в ее честь. Так Н.Е.Т. Нет.

— Рен, давай без патетики, — попросил Маркус.

— Я вполне серьезно, Маркус. С Глорией творится что-то не то. Обычно она мне рассказывает все…

— А тебе не приходило в голову, что она отдаляется не без причины? Ну, может быть, ты слишком навязчивая?

Навязчивая? Лоррен — женщина независимая. Если на то пошло, это Глория всегда липла к ней. Они лучшие подруги с самого раннего детства! Они все всегда делают вместе! Во всяком случае раньше делали.

— Если уж кто и прилипчивый, так это ты, — горячо возразила она. — Я знаю, как тебе неприятно видеть ее с другим мужчиной.

— Да ты же знаешь — Глория для меня все равно что сестра.

— В таком случае не пора ли тебе поступать, как положено старшему брату? Она стала исчезать из дому, шататься по «тихим» барам, и все это — вместе с гадюкой из сельских дебрей.

— Да будет тебе. Клара меньше всего похожа на гадюку.

— Она настоящая змея! Ставлю сто против одного, что она продаст Глорию в ту же минуту, когда узнает ее секреты. Если только ты не сдержишь своего слова до конца и не добьешься, чтобы скомпрометированная Клара была вынуждена убраться из Чикаго.

— Так для этого я сюда и пришел. — Маркус шутливо откозырял. — Я человек слова, и все это знают.

Значит, Маркус все-таки вскружит Кларе голову и выживет ее отсюда. Здорово, если так и выйдет: Клара перестанет быть ее соперницей. И Глория, и Маркус достанутся одной Лоррен.

Но она и сама уже понимала, что этого ей вряд ли удастся добиться.

Поэтому Лоррен втайне разработала для себя «план Б». Глория пока занимается какими-то своими тайными делами; Маркус непременно влюбит в себя Клару (кто сможет в него не влюбиться?), и тогда Кларе потребуется подруга, с которой можно делиться переживаниями, кто сможет утешить ее разбитое сердце. И к кому же она обратится за сочувствием?

К Лоррен, всегда готовой ее выслушать и посочувствовать. К Лоррен, на которую можно положиться, — к своей единственной подруге в этом враждебном мире. Если Лоррен сумеет завоевать полное доверие Клары, та станет делиться с нею всеми своими мыслями и чувствами. А как только мисс Простушка Клара выдаст ей один-другой свой секрет, Лоррен припрячет их в свою модную сетчатую сумочку от фирмы «Уайтинг и Дэвис» [60] , и уж тогда она всем станет командовать.