Чтение онлайн

Одного из четвероногих воинов Змей повалил. Пробил грудь, наискосок хлестнул очередью до плеча. Полкан воткнулся в землю лапами и завалился, выплюнув хрип пополам с красной слюной. Оставшиеся двое времени не теряли. Змей получил удар длинным копьем с лошадиным хвостом под наконечником поперек груди и вылетел из седла. Копейщик прыгнул в сторону, уходя от тяжеленного киберконя, замахнулся еще раз. Второй полкан оказался сноровистее, тут же оказавшись рядом с лежавшим Змеем. Пулю решил не тратить, замахнувшись винтовкой, целя окованным прикладом в голову.

Стрелять Енот любил. Совсем точным стрелком не стал, но на учениях, регулярно проводимых старшим офицером Тундрой, норму выбивал спокойно. Со спины лошади стрелять пока доводилось нечасто, и не на такой скорости, когда на самом краю зрения трава сливается в одноцветные полосы. Но он выстрелил, постаравшись взять верный прицел. И попал.

Полкану разнесло плечо. Лохматое страшное существо чуть присело, явно собираясь развернуться и удрать. Но Хан уже успел добежать до него и прыгнул. Прыжок закончился скрежетом клыков по позвонкам шеи полкана. Оба мохнатых грохнулись о землю, скрывшись в траве. Второй полкан, тот, что с копьем, мгновенно развернулся на месте, уйдя вбок красивым прыжком, и задал дра-ла-ла. Ушел недалеко, не вышло.

Из-за спины Енота, расчерчивая воздух лентой дыма, пролетел рыжий полыхающий шар. Врезался в спину улепетывающего китовраса, размолотив мышцы спины и позвоночник. Полкан разом осел, заваливаясь набок, когда гулко грохнуло. Останки человеческого торса разметало в стороны, разбросав кровавые куски на несколько метров вокруг. Енот оглянулся, поймав глазами белого, как мука, Михакка, крепко держащегося за шею кибера. По правой руке, на глазах пропитывая светлую ткань, катился немаленький ручеек крови.

— Змей! — Енот наклонился над упавшим товарищем. — Жив?

Тот застонал, стараясь подняться. Захлопал глазами, чуть хрипя на вдохе и сел.

— Головой вокруг крути!

Енот развернул коня к Высшему, начавшему скатываться с коня. Успел подлететь как раз вовремя, подхватил его за рукав длиннополого пиджака, пошитого из дорогого сукна. Михакку явно приходилось нехорошо, лицо на глазах бледнело все больше, хоть оно и казалось невозможным. Резать такую хорошую одежду Еноту стало откровенно жаль, но жизнь Высшего стоила намного дороже.

Ножом вспорол алый бархат рукав рубахи, придержал закатившего глаза Михакка. Пуля прошла навылет, сильно зацепив сосуды. Кровь не хлестала, но текла не прекращая. Жгут у Енота всегда был с собой, в аптечке. Затянув его и наложив наскоро свернутый тампон, закрутив сверху бинтом, он смог оглядеться.

Чуть в стороне, недалеко отбросив от себя дисковый старенький автомат с деревянным ложем, валялся подыхающий полкан. Когда он успел подобраться так близко, Енот не заметил. Если судить по аккуратному попаданию в лоб, чернеющему ожогом и запекшейся кровью, стрелял Змей, быстро пришедший в себя. Так и оказалось. Молодой ученый, положив свою «константиновку» на седло вернувшегося кибера, спокойно отстреливал мечущиеся возле Бирюка цели.

Подкрепления у китоврасов не оказалось, и это решило их судьбу. Также как мастерство Бирюка с Семеркой и превосходство автоматического оружия над простенькими винтовками и холодным оружием. Хотя вреда полканы натворить успели. Кибер Бирюка лежал в траве, странно выгнувшись вверх крупом. Сам бородач стоял на колене за ним, огрызаясь от начавших призадумываться врагов. Семерка уже гнала в сторону холмов двоих четверолапых, прицеливаясь из револьвера. Пистолет басисто рыкнул, блеснуло рыжим пламенем и еще раз. Оба полкана уклониться от пуль не смогли, скатившись по склону прямо под копыта её вороного.

— Эй, Михакк… — Енот потряс Высшего. — Ты чего?

Михакк неразборчиво проворчал что-то под нос и не подумал открыть глаза. Пришлось стащить мутанта с седла, растянув прямо на траве. Руку, осторожно и стараясь не задеть только схватившуюся рану, Енот положил ему на грудь. Высший захлопал глазами после воды, вылившейся на голову из его собственной фляги. Уставился на чистильщика, терпеливо ожидающего результата процедуры, и выдохнул воздух через зубы:

— А больно.

— Ты чего сознание-то потерял? — Енот оглянулся. Бой совсем закончился, не успевшие скрыться за курганами остатки банды упокоились в ковыле. — Крови не очень много вытекло.

— Шар. — Михакк протянул руку за водой. — Для меня создать один — уже целая проблема. Энергии уходит уйма.

— Ясно. — Енот встал. — Ладно, ты, давай лежи, отдыхай. Пойду, посмотрю, что да как. Хан тебя посторожит. Охраняй, я сказал.

Пес зевнул, устало прилег рядом с мутантом, покосился на окровавленный бинт. Михакк понимающе улыбнулся, нерешительно протянул ладонь к псу. Хан молча показал зубы, Высший скривил губы и руку убрал.

Енот направился к Бирюку, озадаченно рассматривавшему своего кибера. Конь продолжал лежать, изредка отзываясь на команду всадника и пытаясь подняться. Не выходило. Одна нога, правая передняя, не сгибалась в суставе и кибер снова падал. От попыток встать треснуло несколько швов и стало заметно, что конь действительно старый. Аккуратные стежки, спрятанные в гладкой шкуре, сейчас хорошо виднелись, начав расходиться.

— Херовые дела, — сплюнул бородач. — Что делать, даже и не знаю. Поднять мы его поднимем, а дальше?

— Надо Змея попросить посмотреть. — Енот соскочил с седла. — Он в инженерке разбирается, может, что и сделает.

— Да что ты, и как я сам не догадался? — Бирюк покосился на него. — Пошли хвосты резать.

— Какие хвосты?

— Обычные, грязные, чуть обосранные и лохматые. Ты забыл, что мы с тобой пусть страшно лютые, но наемные охотники за головами? Движет нас исключительно алчность и жажда наживы, направленные на утоление низких животных страстей. А страсти, мой юный раздолбай, оплачиваются дорого. Особенно чревоугодие и похоть, в курсе?

— А то… — Енот вздохнул. — И хвосты нам помогут их утолить? Будем варить, жарить и тушить, или услаждать с их помощью собственную похоть?

— А вот молодец. — Бирюк одобрительно цокнул языком. — Мы их продадим в Гае, мил друг, и все. Деньги, ясное дело, прокутим, потратив на девок и жратву. Вот именно так, а не то, что ты себе там напридумывал, извращенец. Что за молодежь пошла, прости Мэдмакс.

Енот не стал ничего говорить и просто пошел рубить хвосты, достав тесак, притороченный у седла. Бирюк, как ни в чем не бывало, дымил и знай себе помахивал своим страшенным мочетом, с рукоятью, обмотанной медной проволокой. Хвосты отрубались с мерзким хрустом, да и брызгались несвернувшейся кровью. Когда Енот заканчивал с четвертым, мимо проехала Семерка, бросившая ему еще два.