Чтение онлайн

– А вы куда?

Тройка стушевалась, переглянулась, но затем одна из них, видимо назначенная старшей, гордо вскинув голову уверенно доложила:

– Мы отвечаем за тебя Райс, дочь Тиоранты.

Райс ехидно улыбнулась, подходя к троице и задирая широкий рукав по самое плечо, оголяя для обзора мускулистую руку и колдовскую «живопись» завитушками, и от души насладившись вытянутыми лицами и округлёнными глазами, пренебрежительно с высоты положения произнесла:

– Это вы у меня находитесь под охраной, а не я у вас. Возвращайтесь на стоянку и займитесь чем-нибудь полезным.

Воительницы замешкались, а та, что находилась на шаг впереди остальных и говорила, даже попятилась от «писаной красы». Царская дочь довольная собой до безумия приосанилась. Да что там, самодовольство просто пёрло из всех щелей.

Ничего рыжая в лесу не добыла из зверья как надеялась, так как устроенный на поляне шум, разогнал всю живность или заставил попрятаться. К тому же взбалмошная молодуха не слишком-то и старалась, выжидая время, когда на ночлежке всё обустроится само собой и можно будет вернуться ко всему готовому.

Райс боялась, что останься она главенствовать на стоянке, девы обязательно бы стали доставать вопросами. Что да как. А проснувшаяся в ней прежняя бестия по её-то понятиям, показывать свою некомпетентность не имела права ни коим образом.

Бывший некогда ненавистным лес предстал перед ней почти родным, чудным образом тут же поменявший настроение, сделав Райс вновь повзрослевшей «меченой». Она уселась на поваленное дерево и задумалась. Отчего это с ней происходит? Стоит пообщаться с представителем прежнего мира, как она возвращается в старую жизнь, но стоит ей остаться одной, как удивительным образом преображается в новую.

Она понимала, что дома её ждут изменённой, выросшей. Такой какая она стала, пройдя испытания, но где-то в глубине души Райс всё же отчаянно скучала по той бесшабашной и весёлой жизни прошлого. Рыжая тосковала по счастливому детству, что так неожиданно для неё закончилось. Но вместе с тем и понимала, что прошлая жизнь ни только не вернётся, а её требуется забыть, как нечто пагубное.

Проведя с собой воспитательную работу и пообещав себе забыть прежнюю кутырку, она вернулась на ночлежную поляну. Тройка боевых дев стояла в охранении, две остальных тройки устроившись на краю уже мирно спали в боевом облачении и при оружии. В центре горел костёр, разложенный со знанием дела, у которого сидел Шахран и внимательно слушал Апити.

Райс неслышно подошла и подсела к евнуху. Шахран без слов протянул ей винную чашу. Молодуха взяла, понюхала. Сделала удивлённое выражение лица, уставившись непонимающе на «подруга», но тот так увлечённо о чём-то размышлял, что не обратил никакого внимания на царскую дочь. Евнух сидел взъерошенный и по виду «слегка» ошарашенный. Апити выдав пьяным голосом: «Вот такие вот дела…», упала на спину и тут же заснула, словно потеряла сознание.

– Что здесь происходит? – обратилась к мужчине рыжая, продолжая удерживать в руках винную чашу, переводя недоумённый взгляд с Шахрана на спящую Апити, и с Апити обратно на ошалевшего Шахрана.

Тот растеряно повернул к ней голову и зачем-то шёпотом, через некоторое время молчания восторженно ответил:

– Она предсказала будущее.

– Твоё? – ухмыльнулась Райс, пригубив вино и пробуя содержимое на вкус.

Шахран лишь неуверенно кивнул в ответ, будто сомневаясь в правдивости. Молодуха посмотрела на спящую подругу, поняв, что от неё уже ничего не добиться даже пытками, уставилась на жертву предсказания.

– Ну и что тебе белобрысая предрекла? Учти Шахран, – заговорила наставительно она, – Апити у нас особая «меченая». Она никогда не ошибается. Поэтому, по поводу «авось пронесёт» не получится. Поверь. Как сказала, так и будет.

Шахран помялся, собираясь с мыслями и выдал такую бредятину, что у рыжей волосы встали дыбом, притом везде где имелись. Видения Апити, как выяснилось, как раз касались в большей степени Райс. О Шахране она тоже поведала, но как-то вскользь, будто о чём-то незначительном. А вот по царской дочери прошлась по полной. Из всего им сбивчиво рассказанного рыжая услышала лишь то что совсем в скором времени Райс повстречает своего суженого, выйдет замуж и родит от него сына, но при этом с мужем никогда не будет счастлива!

Шахрана мол тоже ждёт какая-то судьбоносная встреча, что позволит ему решить участь давнего личного врага и отомстить каким-то образом, но это предсказание для евнуха оказалось совсем непонятным, а провидица наотрез отказалась пояснять, как он её не упрашивал.

В конце концов, поведал ошалевшей царской дочери, что с утра им надо ехать куда-то туда, указывая рукой направление, где мол находится рубежный терем с постоялым двором, и где им надлежит завязать «все узлы судьбы», как выразилась Апити.

Райс дослушала сбивчивый рассказ, залпом выпила вино, явно крепкое и пьяное, и ничего не говоря тут же устроилась на подстилку, отвернувшись на бок и задумавшись, делая вид что спит.

Она, конечно же думала о будущем, о всяком разном-безобразном. Но вот о замужестве! Даже мысли не проскальзывало. До этого момента, такого явления как законная семья для Райс в принципе не существовало. К тому же выражение «будет несчастна» вообще взбесило царскую дочь. Почему это она должна быть несчастная? Да не хочет она такого подарка даже от самой судьбы!

Думала дева не долго. Несмотря на шок от услышанного и внутреннюю бурю возмущений, уснула быстро. Вино подействовало.

Проснувшись утром, первым делом принялась трясти Апити требуя объяснений и детальных мелочей, но всё оказалось бесполезно. Та хныкала, мучаясь от головной боли, немощно отбиваясь от агрессивной подруги, и при этом жалобно скуля, что ничего она не предсказывала, мол врёт она всё, потому что ничего не помнит.

Ведунья, как в последствии выяснилось, всегда, когда впадает в состояние оракула, ничего потом не помнит из того что наговорила. И вообще это якобы не она делает, а сама Святая Вода рассказывает голосом девы, поэтому надо внимательно слушать что говорит и абсолютно бесполезно потом переспрашивать. От вчерашнего вечера помнила только, что очень захотела спать после выпитого вина уснув прямо у костра, и вроде как ничего не рассказывала и ни в какое состояние провидения не впадала.