Чтение онлайн

Тигхи взвыл от боли. Сильно хромая, он с огромным трудом поспевал за быстро шагавшим Ати. Первые несколько шагов он даже был вынужден прыгать на правой ноге.

– Подожди-ка, – сказал он, – ты хочешь сказать, что за то, что я сорвал или нечаянно наступил ногой на пару грибов, меня сбросят с мира?

– Ты ничего не знаешь?

– Подожди, – сказал Тигхи, пытаясь перевести дух. – Почему? Из-за грибов? Почему?

– Но ведь это военные грибы. Ты действительно ничего не знаешь?

– Я действительно не знаю.

Ати отпустил его руку и сплюнул еще раз, причем так, что плевок долетел до края уступа и упал в бездну.

– Все думают, что ты принесешь удачу, ты это знаешь. Но если ты не принесешь ее, что тогда будет с тобой?

– Расскажи мне о грибах, – сказал Тигхи.

– Они делают огонь.

– Огонь?

– Военные собирают грибы и сушат их. У них есть… – Он запнулся, а затем буквально выкрикнул от отчаяния: – Я не знаю, как это на имперском языке! У нас в низинах говорят «бурцхум». Это как земля, понимаешь? Сухое-сухое, его много. Оно в растениях, которые выпускают его в воздух, и по воздуху оно перелетает на другое место, падает на землю, и растут новые грибы.

– Я знаю, что ты имеешь в виду, – произнес Тигхи, прислонившись к стене и держа на весу больную ногу, чтобы дать ей отдохнуть. – Я тоже не знаю, как это называется на имперском языке. Это пыль, – сказал он, употребив свое родное слово.

Ати пожал плечами:

– Этот бурцхум, эту пыль, после сушки хранят в коробках и ящиках. Если ее поджечь, получается огонь – огромный огонь. – Он хлопнул в ладоши и крикнул «Бах!» так громко, что Тигхи подпрыгнул. – Он стоит на вооружении нашей армии. У нас есть рифетте, и их наполняют бурцхумом. Вот так действует это оружие.

До Тигхи дошел не весь смысл объяснения, но он согласно кивнул.

– Так вот, – сказал Ати. Он потянулся и расправил плечи. Черты его лица несколько разгладились, и оно теперь выглядело не таким насупленным. Было похоже, что он израсходовал запас своей злости если не полностью, то хотя бы частично. – Эти грибы имеют очень большое значение. Мы выращиваем их везде, где только возможно. – Его голос приобрел доверительный оттенок. – Без них мы не смогли бы вести войну, понятно?

– А мы начинаем войну?

– Скоро, – ответил Ати.

– Кто? – поинтересовался юноша, имея в виду «против кого?».

Но Ати уже тронулся в путь, вниз по склону уступа.

Они шли и шли, пока не оказались на самом выступе, где им пришлось лавировать в толпе людей, сновавших во всех направлениях. Огромные, раздутые чрева калабашей едва ли не гипнотизировали Тигхи. Задрав вверх голову, он не видел ничего перед собой и столкнулся с несколькими солдатами.

– Эй ты, осторожнее! – прорычал какой-то солдат, отпихнув юношу в сторону.

Выступ буквально кишел людьми, каждый из которых был занят своим делом. Они несли, тащили, катили самые разные предметы и в то же время не мешали друг другу. Тигхи изо всех сил старался смотреть перед собой, однако огромные шары, висевшие над ним, снова и снова отвлекали юношу. Солнце уже поднялось на один уровень с калабашами, и те отбрасывали на стену гигантские тени. Теперь Тигхи были отчетливо видны предметы, висевшие под брюхом каждого калабаша, размером в два роста человека и похожие на маленький дом с дверью и несколькими узкими окнами. Все эти домики, похоже, были сделаны из темного дерева – широкое использование армией дерева просто поражало. Дерево, стоившее баснословные деньги, встречалось здесь на каждом шагу, применялось в самых обычных целях.

Ати не вытерпел и вернулся назад к Тигхи.

– Ты еле идешь, – упрекнул он его.

– У меня сильно болит нога, – пожаловался тот.

Ати пожал плечами:

– Подойди к стене и отдохни.

Они вдвоем протолкались к стене, и Тигхи сел на землю. Ати достал что-то из своего мешочка и принялся жевать.

– Видишь этот отрог? – спросил он.

Его рука показывала на дальний конец выступа. Тигхи кивнул.

– Сразу за ним находится платон. Там флатары.

– Ладно, – сказал Тигхи. – Я дойду.

В конце выступа была устроена деревянная дорожка, огибавшая отрог. Узкий настил подрагивал под ногами, и Тигхи с его единственной здоровой ногой было не так-то просто сохранять равновесие, однако он двигался очень медленно и осторожно, и в конце концов юноши перебрались на другую сторону.

Платон флатаров располагался на широком утесе, стоявшем особняком, и попасть туда можно было лишь по деревянной дорожке через отрог, по которой Тигхи и Ати только что прошли. Тигхи увидел с полдюжины парней, которые строем выполняли какие-то упражнения, похожие на танец. Позади них у стены лежало снаряжение – полдюжины больших, с человеческий рост, воздушных змеев, сложенных стопкой.

Ати провел Тигхи мимо парней, которые, как он теперь мог хорошо видеть, не танцевали, а действительно совершали одни и те же однообразные движения. За ними в стене находилась выемка, внутри которой была устроена дверь. Она вела в длинное узкое помещение, где на полу лежали травяные матрацы. Неровные пол и стены все еще хранили на своей поверхности морщины и складки, характерные для работы лопатой. Очевидно, помещение было вырыто совсем недавно.

– Ати?

Голос исходил от какой-то фигуры в дальнем конце землянки.

– Командир! – тут же откликнулся Ати. – Вот он.

Неясные очертания фигуры заколебались в полумраке. Она двинулась к Тигхи. Когда человек, окликнувший его спутника, оказался в месте, куда доставал свет, проникавший через открытую дверь, Тигхи смог разглядеть его черты.

Это был низкорослый мужчина с туловищем круглым, как один из калабашей, которые до сих пор занимали воображение Тигхи. Его лицо показалось юноше странным, искаженным, но сначала он отнес это за счет плохой освещенности. В следующую минуту Тигхи понял, что ошибся. Лицо было изрезано шрамами. Казалось, оно застыло в вечной гримасе смертельного ужаса: так сильно кожа была стянута к скулам. Или же ему навстречу дул вероятно сильный ветер. Вглядевшись получше, Тигхи заметил, то белая кожа лица имеет мертвенно-бледный, восковой оттенок. Человек уставился на Тигхи, и по его обезображенному лицу нельзя было угадать, как он воспринял появление новичка.