Чтение онлайн

– Чародей, как может получиться такая картинка?

– Мне очень жаль, – произнес Чародей, – что ты, мой умный мальчик, не говоришь на имперском языке, который гораздо изящнее твоего деревенского.

Тигхи воспринял это как упрек. Проглотив обиду, он начал переводить свой вопрос на имперский язык.

– Повелитель Чародей… – проговорил он, но Чародей не дал ему закончить фразу.

– А теперь, – сказал этот странный маг и волшебник на родном языке Тигхи, несмотря на явно выраженное предпочтение к другому языку, – пожалуй, нам пора убираться отсюда.

Пол накренился, и Тигхи потерял равновесие и упал. В животе появилось неприятное ощущение. Его начало подташнивать, но затем это ощущение исчезло, и юноша опять смог встать на ноги. Все экраны показывали одно и то же: быстро мелькающую мимо стену. Отличалось лишь изображение в верхнем левом углу. Это было серебристое пятнышко, обозначавшее их самих. Оно постоянно находилось в самой середине экрана, а зеленовато-коричневое мельтешение позади давало представление о скорости, с которой калабаш летел на восток.

– Чародей, – произнес Тигхи на своем родном языке, – ведь ты был на поле боя. Ты искал меня.

Чародей повернулся в своем кресле к юноше.

– Ты прав, мой смышленый мальчик. Я действительно был там. Мой дорогой мальчик, я искал тебя повсюду. Если бы ты знал, как трудно было тебя найти.

Он улыбнулся, и жесткая кожа его лица издала едва слышный скрип и покрылась кривыми морщинами.

– Почему?

– Самый глубокий вопрос из всего арсенала вопросов философа, – ответил Чародей.

– Ты звал меня, называл мое имя.

– Правильно. Я усилил твое имя. Однако от этого не было никакого проку, потому что ты скрылся, убежал по тому уступу. Вслед тебе свистели пули. Я очень боялся за тебя. Должен признаться тебе, у меня сердце ушло в пятки. В любой момент тебя могли убить – убить! Только подумать! И все же все обернулось к лучшему. Я думаю, что в жизни все оборачивается к лучшему чаще, чем в обратную сторону. Ты убежал, и я пытался последовать за тобой, но ты затерялся в Сетчатом Лесу, и я утратил способность выследить тебя.

Смысл этой фразы ускользнул от Тигхи.

– Что сделать?

– Последовать за тобой. Выяснить, где ты находишься на всей этой огромной стене, которую мы называем миром.

Когда Чародей говорил долго, его высокий голос приобретал скрежещущий оттенок. По мере того как юноша смотрел на странное, кожистое лицо, сходство Чародея с дедом становилось все более тесным.

– Ты следил за мной в этой машине?

– В твоей голове, в голове, – Чародей легонько похлопал Тигхи по голове своей сухой рукой, – есть вещи, которые позволяют мне настраиваться на тебя. Это нелегко, потому что на стене столько всяких вещей и людей. Однако я не жалел времени на поиски. Я вернулся в деревню и узнал, что ты исчез. Исчез!

При упоминании о деревне Тигхи как ножом по сердцу полоснуло.

– Ты вернулся в деревню? В деревню?

– Да, именно так я и поступил, мой красивый мальчик. И мне понарассказали столько историй! Я почти отчаялся. Они сказали, что ты сошел с ума и упал с мира. Конечно, я полагал, что ты погиб, однако иногда вмешивается судьба – ты так не думаешь? Иногда вмешивается судьба.

– Деревня… – начал было юноша и в нерешительности умолк.

Он не знал, как сформировать вопрос. Как там? Как идут дела? Жизнь продолжается, как и прежде? Они скучают по мне, говорят обо мне?

Однако Чародей, очевидно, имел в виду совсем другое.

– Я пытался найти твой след, но без особой надежды, д потом у меня появились другие неотложные дела. Вернувшись я сделал еще одну, последнюю попытку – и какая удача. Ты оказался жив. Ты буквально воскрес из мертвых. Какое везение, – но нет, нет, назовем это судьбой; пожалуйста, воспользуемся этим словом. Тем, что я нашел тебя, я обязан судьбе. И в такое неподходящее время! Такой ужасный случай. Самый разгар войны. А затем ты в Сетчатом Лесу, и я теряю твой след. Однако теперь я знал, что ты жив, я видел тебя на том уступе и потому мог продолжать поиски. Я искал и искал, пока не нашел тебя! И вот ты здесь!

– Но почему ты искал меня? – удивился Тигхи.

– Почему? Да потому, что ты знаешь очень много. Ты знаешь, как много ты значишь. Ты всегда знал это. – На лице Чародея опять появилась ужасная улыбка. – Ты ценный урожай, дорогой мой. Ценный урожай. Как и твоя ма.

Тигхи открыл рот от удивления. Ответы Чародея на его вопросы не только не проясняли дела, но еще более запутали его. Юноша почувствовал, что теряет над собой контроль. В присутствии Чародея с его нечеловеческой, слишком плотной кожей он чувствовал все больший дискомфорт. Что-то здесь было не так. Он вернулся к матери и обнял ее за покорную шею.

– С ма случилось что-то нехорошее, – произнес Тигхи надтреснутым голосом. – Что с ней произошло?

Чародей наклонил свою голову.

– Так много вопросов! Дело в том, что у ма тоже есть некоторые вещи в голове. Они почти такие же, как и те, что находятся в твоей голове, хотя, может быть, и чуть менее совершенные. Иногда они делают ее – как бы это получше выразиться – неустойчивой в эмоциональном отношении. Ее психика иногда не выдерживает нагрузки. Тот факт, что твое развитие оказалось куда более стабильным с точки зрения эмоций, свидетельствует, что вещи, которые я вставил в твою голову, гораздо более совершенны. Однако твоя бедная ма. Ах, – произнес он, медленно покачав головой, – ах, я чувствую твое подавленное состояние, мой дорогой мальчик, твою настороженность ко мне. Но тебе нечего опасаться! Ведь, в конце концов, я твой спаситель. Я же спас тебя от этого работорговца, не так ли?

Рука Тигхи почти без его ведома поднялась и потрогала шрамы на черепе.

– Что это за вещи в моей голове и голове моей ма? – спросил он, закрывая глаза. Внезапно в памяти юноши совершенно без каких-либо потуг с его стороны возникла странная картина: катерпил с когтями вгрызается в голову Равилре. – Кто ты? Кто ты такой? Что означает все это – все эти магические механизмы? Ты их сделал сам? Они твои?

– Это, – сказал Чародей, кивая, – куча вопросов, на которые не ответишь сразу. Что я могу сказать? Многое обстоит вовсе не так, как тебя учили. В мире есть тайна, которая пока недоступна твоему пониманию.