Статус
Шрифт:
Счастливым.
Летний вечер был тёплым и солнечным, и у Саши, несмотря на все его опасения и тревоги относительно Полины и их ураганных отношений, было прекрасное настроение. Она уехала рано утром. Даже не утром – почти на рассвете. Оставив Саше воспоминания и тонкий аромат духов, который он не просто помнил – впитал. Как впитывают те минуты, когда рядом человек, с которым так хорошо проводить время вдвоём.
Договорившись, что обязательно увидятся вечером, благо и повод был самый серьёзный – должны были привезти долгожданную плитку, – Саша проводил Полю и отправился работать.
Иногда ловил себя на мысли, что всё происходящее кажется ему каким-то извращённым. Он вынужден делать ремонт в доме той, по которой сходит с ума, при этом дом этот подарен ей любовником. Потом Саша гнал от себя подобные мысли, позволив событиям идти своим чередом. У него была Полина, и, судя по всему, она дорожила этими украденными у жизни минутами не меньше, чем он. А ему оставалось только ждать. И надеяться на… Он и сам не знал, на что может надеяться.
Махнув Полине, вышедшей из машины, Саша вновь повернулся к грузчикам, что носили бессчётные коробки с плиткой от дальних ворот к заднему крыльцу. Поля приехала на удивление рано, и он опять почувствовал себя счастливым идиотом. Оставалось только проследить за тем, чтобы рабочие разгрузили материал, осторожно уложили его, и можно было пойти поздороваться с Полиной, зашедшей в дом парой минут назад. Сегодня рядом с ней снова не было Степанова, и это не могло не радовать – Саша даже представлять не желал, что могло случиться, если бы он увидел рядом с Полей её Лёлика.
Он смотрел за тем, как разгружают коробки, но какая-то мысль не давала ему покоя. Билась в висках, не позволяя сосредоточиться на деле.
Таблетки.
Он не убрал таблетки. Просто достал упаковку, принял дневную дозу, а потом его отвлекли, и баночка с лекарством так и осталась стоять возле чайника.
ЧЁРТ!
Развернувшись, Саша помчался к дому, слыша, как в ушах отдаётся барабанным боем стук сердца. Он весь похолодел, потому что знал – если Полина обнаружит эти чёртовы таблетки, он лишится её навсегда.
Потому что он должен был рассказать ей сам.
Когда она приехала к нему ночью в первый раз.
Слишком давно, чтобы сейчас можно было попытаться исправить хоть что-то.
Он и не знал, что несколько дней могут стать понятием «слишком давно».
Взбежав по лестнице, Саша сделал жадный вдох, толкнул перед собой дверь в кухню, и замер. Полина стояла спиной к нему, возле окна, где он и оставил своё чёртово лекарство. Сомневаться в том, что она не только нашла злополучную баночку с таблетками, но и успела прочесть на этикетке, что в ней содержится, – не приходилось.
Конец ознакомительного фрагмента.