Стальной сапог

…– Добавить давление.

Не очень высокий для слава, но широкоплечий командир летающей лодки взглянул на указатель, расположенный над приборной доской. Механик, повинуясь приказу, немного открутил замысловатой формы вентиль, и гул пламени в широком квадратном ящике, установленном в корме кабины, стал сильнее. Два больших, вынесенных на ажурных фермах винта, вращавшихся посредством тонких цепей, закрутились ещё сильнее. Большой прямоугольный дирижабль с острым носом и скруглёнными краями граней увеличил скорость. Ненамного, но всё же это дало возможность противостоять усилившемуся ветру и понемногу продвигаться вперёд.

– Минуем горы.

Доложил находящийся на корме пушкарь, и командир кивнул, давая понять, что услышал донесение.

– Что с топливом?

Механик торопливо бросил взгляд на мерное стекло, потом ответил:

– Если ветер не изменится, то через час мы обсохнем.

– А если…

– При попутном ветре винты нам нужны лишь для манёвра. Дотянем до Островов.

– Будем надеяться на лучшее. Перун с нами…

Едва он произнёс эти слова, как невиданный в небе Азии аппарат вдруг рванулся вперёд, сильно покачнувшись. Посыпались какие-то железки, за котлом, дающим пар турбине, вращающей винты, что-то грохнуло, потом послышалась забористая ругань. Командир дирижабля усмехнулся, кивнул назад:

– Наш хомяк получил то, что заслужил.

Механик кивнул – ему было не до разговоров. Начинал греться второй промежуточный подшипник вала. Всё-таки, несмотря на все заверения инженеров, машина была сырой, недоведённой. Но приказ, отданный командиром, гласил чётко и недвусмысленно – долететь до материка, осмотреть максимально возможную площадь в поисках большой армии диких кочевников, которая, получив по зубам от братьев-луров, с которыми Империя дружила уже больше семисот лет, устремили свои взоры на юг, разгромили вдребезги китайские государства: Си Ся, Цзинь, и Сунь, и их соседей – Дайвьет и Чампу. Далее последовал поход монголов в Среднюю Азию, разгром русских и половецких объединённых сил на Калке, прорыв в Европу. Казалось бы, Империи за океаном надо радоваться ослаблению исконного противника. Но…

Монголы оказались на удивление веротерпимы, и, самое главное, они поддерживали веру в Распятого Раба, поскольку та очень помогала завоевателям удерживать покорённые земли в повиновении. Причём настолько, что перед смертью Чингис-Хан повелел своим детям насильно насаждать именно христианскую веру среди подданных не монгольского происхождения, дабы рабы никогда не помышляли об избавлении от своих хозяев. Словом, Христос оказался идеальным инструментом подавления завоёванных народов и столь же идеален для подавления какой-либо собственной воли…

Получив донесения, Император был встревожен. После захвата островов Ниппон и организации там Провинции Восходящего Солнца, казалось, что можно неспешно и основательно строить мощную военную базу, организовывать промышленность, подтягивать уровень жизни забитого и униженного населения бывшей империи до уровня Державы. А тут… Новая, тем более, внезапная угроза. Массовая христианизация огромных земель с не менее колоссальным населением, до того поклонявшимся множеству всяких Божков и Богинь от местного масштаба до Будды и Мухаммеда. Оно, конечно, Воин Аллаха звучит куда лучше Раба, даже Божьего. Но как то сложилось, что после того, как пятьдесят лет назад Дар Железная Рука вынес подчистую крупнейшее объединение племён берберов, а христианам удалось удержать за собой Иерусалим и Святую Землю, последователи Салах ад-Дина были больше заняты попытками получить назад свои святыни, и особо больше в Европу не совались. Война шла медленно, вялотекуще, постепенно истощая людские ресурсы с обоих сторон. Но особо массовых зверств не случалось, тотального геноцида – тоже. Да и веротерпимость обоих противостоящих сторон как то повысилась. Непонятно с чего, правда. И тут вдруг из степей вышли неведомые племена, именующие себя монголами. Ужасающая жестокость, с которой они себя вели с врагами и покорёнными племенами. Неведомая среди степняков, привыкших к вольнице, стальная дисциплина. Быстрое обучение всем аспектам ведения боевых действий, таких, как осада укреплений, строительство осадной техники, приёмка на вооружение наиболее удачного вооружения и способов своих же бывших врагов. Использование пленных для инженерных работ, а впоследствии и вообще, организация целых рабских подразделений в составе своих армий…

Противник был неожиданно серьёзный. Но самое главное – многочисленный. Впрочем, первоначально армия Чингис-Хана сунулась к лурам. И в этом была их ошибка. Отлично организованная по образцу Империи почти двухсот тысячная армия чукчей, закованная в доспехи заморского соседа и поддержанная тридцатитысячным экспедиционным корпусом союзников-славов, на вооружении которых стояли тяжёлые полевые огнебои, практически стёрла войска вторжения в порошок. И Темучин, с трудом унёсший ноги от охотников за его головой, сделал для себя далеко идущие выводы – лучше на Север не лезть. Кто знает, что там ещё может найтись…

Перед его глазами до самого конца жизни стояли вырубаемые закованными в непробиваемые доспехи воинами лучшие тумены Орды, груды расчленённых страшных оружием тел. И – небесный гром посреди ясного неба, уничтожающий его воинов, словно косой…

Потом было переосмысление случившегося. Хвала Всемогущему Небу, что у него хватило ума больше не посылать на убой свои войска – на Юге и Западе оказалось достаточно добычи и рабов. И взять всё было намного легче. Пришлось даже отправить посольство к неведомым северянам с униженной просьбой о мире и торговле. На что те высокомерно ответили, что торговать готовы. А насчёт мира – подумают. Он им тоже не помешает. Правда, первые то подразумевали прекращение боевых действий, а вторые – вообще весь мир. Но, так или иначе, монголы больше не совались к лурам, избрав своей жертвой Восток. И даже в "Сокровенном Сказании монголов" было сказано буквально следующее: "Когда Темучжин пошёл туда, где спит Солнце, он встретил саму Смерть, и едва смог уйти от неё. И заповедал всем навеки – не стоит будить то, что не подвластно даже Богам".

…Добрыня Светоносный успел заложить базу для новой армии, организовать вооружённые силы по другому образцу, основываясь на новейшей тактике и вооружении огнестрельным оружием. Малх Бренданов, гениальный инженер, используя тайные знания инков, вошедших в Державу, сумел довести до ума паровые двигатели и организовать первые мануфактуры. Дар Железная Рука, брат Императора, завоевал Острова Ниппон, получив плацдарм для того, чтобы обрубить липкие христианские лапки, если те попытаются прихватить по привычке то, что им не принадлежит… И вдруг – третья сила. Которую никто не ждал и не принимал в расчёты после разгрома в лурской тайге. Тем более, что это новая сила оказалась вдруг на стороне Проклятого Истинными Богами… Губернатор Провинции отдал приказ разведать, где на данный момент находятся основные силы этого врага, выведать, по возможности его планы. И сейчас новейший, ещё до конца не испытанный дирижабль на паровой тяге и нефтяном котле резал воздух…

…– Сбавь ход.

Механик кивнул. Гудение горелок стихло. Обороты винтов сразу уменьшились, и командир поднёс к глазам подзорную трубу. Долго всматривался через полированные линзы, потом убрал оптику в сумку, коротко распорядился:

– Разворачиваемся. Домой. Они – там. У реки.

Рулевой переложил штурвал, отвечающий за технику, заглушил котёл. Нефть надо беречь. Ветер попутный, так что доберутся до провинции быстро, а там – на посадку. Отправят орла с донесением, и неспешно доберутся до родной базы, где доложат уже более обстоятельно и подробно…