Чтение онлайн

Точно так же по вине Ленина в 1920–1921 гг. случился голод в Поволжье, однако Ленин в конце концов уступил и разрешил поставки гуманитарной помощи из-за рубежа. Сталин не желал показывать всему миру последствия своих ошибок, а уж о том, чтобы просить иностранной помощи, не было и речи. Распространение «дезинформации» о голоде сурово каралось. Деревни с голодающими оцеплялись блокпостами, не пропускавшими никого ни в ту, ни в другую сторону. Когда один из членов партии в письме к Сталину описал жуткие картины голода, Сталин попенял ему на то, что он сочиняет «сказки», и посоветовал использовать свой литературный талант в научной фантастике.

Влиятельным политическим и культурным деятелям с Запада показывали старательно подготовленные образцовые колхозы, в которых сытые, жизнерадостные крестьяне восхваляли прелести жизни в сталинской утопии. В числе тех, кто посетил Советский Союз и вернулся, подпевая Сталину, были Герберт Уэллс, Джордж Бернард Шоу и английский экономист и общественный деятель Сидни Вебб. Валлийский журналист Гарет Джонс в 1933 г. написал правду в серии газетных публикаций, за что подвергся жесткой критике со стороны западных наблюдателей. Джонсу запретили повторный въезд в Советский Союз, и в августе 1935 г. он умер при загадочных обстоятельствах, путешествуя по Дальнему Востоку.

Наконец Сталин осознал, что процесс зашел слишком далеко. В статье «Головокружение от успехов», опубликованной в «Правде» 2 марта 1930 г., он назвал темпы коллективизации «огромнейшим достижением», но при этом признал, что «у людей начинает кружиться голова от успехов, теряется чувство меры, теряется способность понимания действительности». В своем обычном стиле он обвинил в крайностях других. Крестьянам разрешили выходить из колхозов, если они того хотели. Этой возможностью воспользовались 8 миллионов человек. Однако затишье оказалось лишь временным – через шесть месяцев началась вторая волна коллективизации и раскулачивания.

Целью первой сталинской пятилетки, начатой в 1928 г., было достижение индустриальной и военной самодостаточности. Результаты пятилетки действительно были впечатляющими, особенно в тяжелой промышленности. Родились новые промышленные центры. За 10 лет по индустриальному развитию Советский Союз обогнал все страны мира за исключением США. Однако вся продукция направлялась на нужды обороны и вкладывалась в новое производство, при этом потребительских товаров первой необходимости больше не стало, так что рядовые советские семьи нисколько не выиграли от сталинских успехов.

Всем заводам и фабрикам были поставлены четкие цели, и каждый директор из кожи вон лез, чтобы не только выполнить, но и перевыполнить план. Нередко достигалось это за счет интересов рабочих: проблемы безопасности труда и охраны здоровья отодвигались на последнее место. Станки ломались от неправильного использования, отчеты фальсифицировались. Однако наказание за все эти проступки не шло ни в какое сравнение с тем, что ждало тех, кто не выполнял план. Виновных смещали с должности, а если их к тому же обвиняли в умышленном вредительстве, они расплачивались своей свободой, а то и жизнью.

Зато передовиков производства превозносили до небес. Всей стране стало известно имя шахтера Алексея Стаханова после того, как он в сентябре 1935 г., во время второй пятилетки, за одну 6-часовую смену выполнил 14 норм добычи угля. Стаханова продемонстрировали всему миру как образец эффективности труда в Советском Союзе, и его портрет даже поместил на обложку журнал Time. Работники всех отраслей подхватили этот почин, стремясь стать «стахановцами». Позже выяснилось, что Стаханов добился своего выдающегося результата с существенной помощью товарищей, однако стахановское движение ширилось повсеместно. Из-за успехов простых рабочих увеличивалось давление на руководителей предприятий, и те стремились намного превысить план.

К 1935 г. больше миллиона человек находились в сталинских трудовых лагерях. 100 000 заключенных были отправлены на строительство 230-километрового Беломорско-Балтийского канала, соединившего Ленинград с Белым морем. Строителям приходилось работать в страшных условиях, смертность достигала 10 %, но работы были завершены в августе 1933 г., на четыре месяца раньше срока, что было провозглашено выдающимся достижением советской инженерной мысли и мастерства. И нигде не упоминалось, что мелководный канал глубиной всего 3,65 м был проходим только для небольших судов.

XVII съезд партии, проходивший в Кремле с 26 января по 10 февраля 1934 г., был провозглашен «съездом победителей». В этом названии отразилось удовлетворение Сталина иллюзорными успехами коллективизации и первой пятилетки. Впоследствии съезд получил название «съезда расстрелянных» – из 1996 делегатов 1108 (56 %) за три последующих года были арестованы, причем треть из них была расстреляна. Съезд стал зенитом карьеры Сергея Кирова – восходящей большевистской звезды. Киров, энергичный 47-летний руководитель Ленинграда и любимец Сталина, в восторженном порыве так сказал о достижениях партии и жизни в сталинском Советском Союзе: «Успехи действительно у нас громадные. Черт его знает, если по-человечески сказать, так хочется жить и жить!»

Многие товарищи по партии видели в Кирове потенциально более человечного и умеренного вождя, и некоторые делегаты съезда предлагали ему сменить Сталина на посту генсека. Киров отказался и даже совершил роковую ошибку, доложив об этих разговорах самому Сталину.

В последний день работы съезда делегаты голосованием выразили свое мнение о составе нового ЦК. Каждый делегат должен был вычеркнуть из списка фамилии тех, против кого голосовал. Киров набрал всего 3 голоса «против», в то время как Сталин получил их не меньше 100. Бюллетени были анонимными, поэтому Сталин не знал, кто голосовал против него, однако результаты голосования подкрепили его маниакальную подозрительность.

Через год Киров успешно противостоял Сталину в деле Мартемьяна Рютина, бывшего соратника по партии. Рютин написал несколько статей, так называемую «платформу Рютина», в которой осудил сталинскую коллективизацию и стремительную индустриализацию и потребовал смещения «могильщика революции и России». Со статьей ознакомились Каменев и Зиновьев. Рютина арестовали, и Сталин потребовал для него смертного приговора, однако Киров выступил против, заявив, что нельзя расстреливать «старого большевика», одного из первых соратников Ленина. Сталин был еще не в том положении, когда его решения принимались безоговорочно, и Рютину сохранили жизнь. Однако через какое-то время воля Сталина была выполнена. Киров вскоре погиб, а в 1937 г., после 5 лет тюремного заключения, был расстрелян Рютин. Каменев и Зиновьев, не донесшие на Рютина, были снова исключены из партии и сосланы.