Чтение онлайн

Я вообще многого не знаю. И пожалуй, уже не узнаю, обоснованы ли несколько баек, особо популярных у союзного начальства. Например, правда ли, что слова были срочно проданы Апанасенко только потому, что их очень захотели купить китайцы. Или что сделка была задумана только для того, чтобы Апанасенко стал президентом России. И якобы все нацпроекты были задуманы как новая стадия той же операции, и задачей ее было раскрутить Ваховскую ОЭЗ и возвысить Апанасенко.

От этой неосведомленности мне так интересно жить последние годы. Все для меня оказывалось сюрпризом.

И образование Союза в пупе страны.

И печеночная болезнь Волкова, плавно перешедшая в отставку.

И досрочное президентство Апанасенко. И война Союза с Москвой.

Баранов оказался пионером-героем и волокитчиком-гроссмейстером. Его просили помариновать Рычева три часа. Он раздвинулся почти до четырех. Нам их все равно не хватило – да и пяти не хватило бы, и суток, и месяца. Это если по уму. А если по чести-совести – все, что надо, успели.

Очень не хватало связи. На прошлой неделе на третьей площадке накрылись все рации – то ли партия бракованной была, то ли хантские шаманы пошептали. Я распорядился передать строителям всю аппаратуру, приписанную к дирекции. Это был типичный волюнтаризм, грабли которого нас теперь и пожинали.

А более цивильных средств не существовало в принципе. Ваховский район был красивым белым пятном (размером с три Бельгии) на телекоммуникационной карте родины. Четыре поселка обходились проводной сетью, которую мощно замыкали по четыре телефона в сельсовете (как бы он ни назывался), отделении милиции, больничке и школе. В Средневаховске телефон стоял еще в редакции районной газеты, периодичность выхода которой навела бы на новые идеи Лобачевского. Кроме того, в райцентре формально был интернет. Правда, после визита губернатора Макарова, официально открывшего компьютерный класс в школе и лично сходившего на сайт округа, никто этого интернета больше не видел. В остальных восемнадцати деревнях интерактивность отсутствовала: были телевизоры с полутора каналами (в погожий день) и радиоприемники на одну кнопку. Остальные медиафункции выполняли соседи, лошади и олени.

Сеть предполагалось запустить к концу года. В марте ЗАО «Союзтелеком», на всякий пожарный учрежденное полутора годами раньше, выиграло конкурс на право развернуть в Ваховском районе мобильные сети трех стандартов. Играть пришлось в гордом одиночестве: ни один оператор участвовать в святом деле телефонизации центра России не стал. От полноты чувств «Союзтелеком» к мобильной лицензии присоседил еще пучок разрешений, так что на второй очереди у монополиста была организация телевизионного и радиовещания.

В данный момент исполнительный директор «Союзтелекома» Вячеслав Баранов в рамках цеу, полученных от председателя наблюдательного совета «Союзтелекома» Галиакбара Камалова, четвертый час таскал президента ЗАО «Группа "Союз"» Максима Рычева по стройплощадкам свободной экономической зоны производственного типа «Союз». Максим Рычев по этому поводу, видимо, пребывал в бешенстве, поскольку вполне однозначно просил сначала провезти его на объекты жилстроя. По всем расчетам, природная сдержанность и благоприобретенная интеллигентность не должны были позволить ему донести это бешенство во внятной форме до Вячеслава Баранова, которого глава «Союза» видел в первый раз. Тем сильнее Максим Рычев жаждал насладиться общением с Галиакбаром Камаловым, знакомым и презренным. Вячеслав же Баранов все эти расклады прекрасно знал, оттого где-то внутри себя ржал до боли в животе и трепетал до мозолей на пятках. А Галиакбар Камалов страдал от отсутствия связи и гадал, где же находится любимый начальник и все ли в связи с этим успеется.

Успелось. Федин махнул мне в окно большими пальцами – действительно большими, – как раз в тот момент, когда Леха Егоршев гаркнул: «Едут!» в другое окно (крупный кабинет, имею право). Я судорожно отсигналил Федину, дождался понимающего кивка и поспешно углубился в бумаги. Оттого, дурак, самого интересного не увидел: как Баранов на последнем вираже обходит ускорившегося Рычева, пытается галантно открыть перед ним дверь, а Рычев пытается выбить дверь плечом и ногой, – чтобы обозначить свое недовольство.

В общем, никто не погиб, но «ох» получился громким. Я натурально всполошился, вскинул голову и выковырялся из-за стола здороваться с начальником. Начальник, увидев, что я жив, упитан и погряз в бюрократии, резко остановился. Оправившийся от бортования Баранов попытался прыгнуть ему в спину, но успел извернуться и замысловато выпасть из кабинета.

– Работаешь, значит, – отметил Рычев, оглядываясь.

– Здравствуйте, Мак Саныч! – радостно сказал я, шагая с рукой наперевес.

Я думал, он меня бить начнет – ух как раскочегарился, молодец, Баранов, – но старая школа трех молодых стоит, причем в золоте. Рычев вяло жамкнул мне кисть, продолжая оглядываться, и сказал:

– М-да, хоромы. Молодец.

– Спасибо, Мак Саныч! – воскликнул я, упорно не замечая сложной интонации. – Тяжелое наследие «Запсибкопей», еще не все переделать успели. Ну как вам наше хозяйство? Впечатляет?

– Да как тебе сказать...

– Прямо говорите, на вас же ориентируемся.

– Мне, Алик, нечего прямо говорить, потому что я толком ничего не видел.

– Как – ничего? – удивился я. – Слава!

Слава немедленным чертиком сунулся в дверь.

– Да нет, он-то мне все показал, спасибо, Вячеслав... э...

– Юрьевич, – дуэтом сказали мы с Барановым.

– Вячеслав Юрьевич. Спасибо, и если позволите, мы на минутку...

Баранов растаял за чмокнувшей косяк дверью.

– В смысле – ничего? – продолжал я удивляться. – Я же попросил...

– Я, Алик, за утро на шести котлованах побывал. Незабываемое зрелище, конечно. Но я же просил сразу меня на жилплощадку везти. У тебя подчиненные совсем дебилы, что ли?

– Не, это не подчиненные, – сообщил я, широко улыбаясь. Это я.

И подумал: ща точно врежет.

Не врезал. Кротко осведомился:

– Что ты? Дебил?

– А? Не, это пока еще нет, хотя близок. Но это я просил обязательно вас провезти по стройкам, чтобы вы в сравнительно девственном виде все увидели.

– Зачем?

– Как это? Так этого же не будет через день-два, Мак Саныч! Всё, грунтовые завершены, из нулевого выходим. Чтобы было с чем сравнить, значит. Я еще операторов отправил, везде снимают – первая глава истории практически, нет, вторая...

– Алик, родной. Я миллионы строек видел, они все одинаково начинаются – грязь и огромная яма в грязи. Я вот никак не думал, что буду на самолете, пароходе и вот этом монстре жутком полсуток переться, чтобы еще шесть ям увидеть.