Чтение онлайн

Даже не думая спорить с женщиной, я кивнула, прекрасно понимая, что она пытается сказать. Ни один художник, стремящийся продавать свои картины по хорошей цене, не будет печатать свои рисунки на одноразовых стаканчиках для кофе. Максимум, их работами может быть украшено что-то дорогое. Таковы правила богемного мира. Они мне неприятны, но мне не оставалось ничего другого, кроме как следовать этим правилам. Поэтому, мне придется очень сильно изменить свой стиль, чтобы он стал неузнаваем, но все равно привлекал людей. Тяжело, но интересно. Я ведь так сильно хотела работать.

***

Мне всегда нравились совы. Не знаю, чем мне приглянулись эти птицы, но еще в детстве я их часто рисовала. Поэтому, раздумывая над тем, что я хочу нарисовать для той сети кофеен, почему-то сразу вспомнила про сов. Разместившись поудобнее на диване, я положила на колени блокнот и стала делать первые зарисовки. Основной акцент я ставила на юмор, думая о том, что забавные картинки помогут сонным людям поднять настроение с утра так же хорошо, как и кофеиновый напиток. Позже, я еще сделала несколько зарисовок с лисами, но эти животные у меня получились более харизматичными. То есть, они были одеты в кожанки и на рыжих мордахах виднелись солнцезащитные очки, а пасть изгибалась в подобии человеческой ухмылки.

Гросье практически не приходила в мастерскую. Она постоянно ездила по делам, собираясь найти хороших поставщиков. Главным ее требованием, было высокое качество товара и, в основном, она ориентировалась на вещи, сделанные вручную и, чаще всего, общалась с уличными торговцами, которые сами делали подделки, шили и вязали игрушки. Я не вникала в ее работу, но узнала, что Гросье уже имела нескольких людей на примете и даже ездила в магазин посуды, где разговаривала с владельцем о возможном сотрудничестве.

Когда я показала ей свои зарисовки, Гросье довольно кивнула и сказала, что будет вполне неплохо, если я возьму еще нескольких животных, которые будут своим видом навеивать определенное состояние человека. То есть, сейчас у меня сова была сонной, а лис – пижоном. Если мы будем двигаться в таком направлении, в дальнейшем, именно эти животные будут лицом нашего небольшого бренда. Гросье, ради интереса, даже отнесла несколько моих зарисовок какому-то мастеру по изготовлению игрушек, с которым хотела в дальнейшем сотрудничать и попросила сделать несколько игрушек сов и лис.

Дни бежали в бешенном ритме и, естественно, все оказалось куда сложнее, чем я предполагала. Только сейчас я поняла, что Гросье успокаивала меня, говоря, что с открытием магазина не будет никаких проблем, но самой большой нашей загвоздкой было то, что мы собирались открыть очень специфический магазин и совершенно не знали, будет ли он пользоваться спросом. Особенно, если учесть, что нам нужен был хороший заработок.

Я все же решилась расторгать контракт на съем квартиры и начинать потихоньку вывозить оттуда свои вещи. Как раз, таким образом, я могла немного отвлечься, желая не вмешиваться в работу Гросье. Поскольку я одной рукой не могла собирать свои пожитки, Мадлен каждый день, после работы, приезжала ко мне и помогала со сборами. Так мы, постепенно, на ее машине, перевозили мои вещи в дом родителей.

Разбирая письма, которые накопились в почтовом ящике, я среди всех рекламных буклетов, обнаружила чек с компенсацией от «Алтитюд». Первым порывом было его порвать, но я решила, что сейчас мне нужны деньги, поэтому следовало засунуть свою гордость куда подальше и принять эту компенсацию, после чего отдать деньги Гросье для продвижения нашего общего дела.

Решив себе сделать день отдыха от перевозки вещей, я явилась в мастерскую. Сидя на диване, я опять рисовала животных в блокноте. Это увлекло меня настолько сильно, что я даже позабыла о том, что мне еще стоило рисовать картины или хотя бы определиться с идеями для первых своих работ. Чем больше я думала о происходящем, тем сильнее понимала, что Гросье намного умнее, чем кажется на первый взгляд. Поглубже вникнув в то, что она теперь делала, я поняла, что вопреки всем своим утверждениям, Гросье предложила не самый действенный способ, заработать денег для выставки, но она ставила на то, что открытие этого магазина, обнаружит во мне новую творческую грань и это действительно происходило.

Я уже успела позабыть, что мне лишь восемнадцать, а все эти комические рисунки с животными, расслабляли меня и давали невероятный релакс, приводя расшатанные нервы в порядок. Как раз то, что мне сейчас нужно было. Вот только, сама Гросье выглядела ужасно уставшей, так как являлась специалистом узкого профиля и то, что мы сейчас делали, требовало огромных усилий с ее стороны. Но, к счастью, все шло более чем хорошо. На днях уже должны быть готовы пробные игрушки сов и лис, а через неделю, уже будут напечатаны одноразовые стаканчики для кофе с моими рисунками. Правда, я пока что не могла придумать себе псевдоним.

Когда Гросье вернулась в мастерскую, я уже закончила с рисунками и сидела на кухне в ожидании, когда чайник закипит и я смогу сделать чай. Женщина опять выглядела уставшей и понурой, но больше мой взгляд зацепился за ее хмурость.

– Я немного глубже изучила спрос на товары и пришла к выводу, что нам в магазине просто необходим хотя бы маленький отдел с одеждой, на которой будут вышиты или напечатаны твои рисунки, - сказала женщина, садясь на стул. Свою сумку она поставила на пол и пальцами поправила слегка растрепавшиеся волосы. – Я заприметила несколько ателье, которые смогут нам с этим помочь, но, судя по всему, нам нужно будет нанять модельера, чтобы не торговать всякой безвкусицей. С этим у меня проблемы. Нам нужен молодого, но перспективный модельер, но я не знаю, как его найти, - Гросье глубоко вздохнула и устало прикрыла глаза. Смотря на ее измотанное состояние, я почувствовала, как меня кольнула совесть от того, что Гросье выполняет самую тяжелую работу. Немного подумав, я решила, что могу помочь ей с поиском модельера, тем самым давая Гросье хотя бы несколько часов отдыха.

Заверив женщину, что сама прекрасно справлюсь с этой проблемой, я заварила ей имбирный чай и, усадив Гросье на диван, включила на телевизоре какую-то передачу, надеясь, что женщина хотя бы немного отвлечется.

Если честно, я понятия не имела где искать модельера, который бы согласился с нами работать. Поэтому, для начала я решила порыться в интернете и просто изучить информацию о том, что сейчас модно. В моде я полный ноль и мне, для начала, нужно было расширить свои познания в этой сфере. Все равно, был вечер и даже при желании, было бесполезно куда-либо ехать и что-либо делать. Вот только, вбив в поисковик «модельеры Франции», я чуть не поперхнулась чаем, когда на одной из картинок увидела знакомое лицо.

Оказывается, Призрак, то есть тот парень, который лежал в соседней палате в частной поликлинике Руана, имел прямое отношение к миру моды, но он являлся не моделью, а известным модельером.

Я долго рассматривала его фотографии, с интересом любуясь внешностью Призрака до того, как этот парень получил сильные ожоги. Безусловно, он был невероятно красив. Статный, широкоплечий и высокий. Идеальные черты лица и глаза яркого голубого оттенка. Всегда одет, так будто сам являлся Богом стиля. На фотографиях нахальный, изредка улыбчивый и, неизменно, в сопровождение хотя бы одной девушки. Даже на этих фотографиях я могла уловить ту атмосферу превосходства, которую ощутила в больнице, но тут она была более глубокой и приторной.