Чтение онлайн

–  Ну ладно, - пузырясь от злости прошипел я.
– Сейчас я тебе покажу, что такое настоящее мастерство. Будешь знать!

Кривые мечи высвобождаются из заплечного плена и начинают свой ускоряющийся с каждой секундой танец. Я упиваюсь собственной силой и ловкостью. Сверкающая сталь окружает меня нервно гудящим густоплетеным коконом, в который не сунется ни один здравомыслящий человек. Ноги отплясывают привычный боевой танец, состоящий из молниеносных бросков вперед, неожиданных уходов в сторону и предательски обманных шагов назад, создающих иллюзию отступления лишь для того, чтобы, выбрав удачный момент, бросится в атаку. На мелком песке, покрывающем узкие берега ручья, остаются причудливы следы - руны, повествующие о жизни и смерти храбрых воинов Пик.

Мальчик, шмыгнул носом, и заинтересованный моим мастерством приблизился.

С трудом удерживаю рвущуюся наружу победную улыбку. Утер все-таки нос мальчугану.

Поглядывая из-под спутанной копны волос, он внимательно следит за каждым моим движением, словно стараясь запомнить. Пустое дело. Методика круговой защиты предусматривает возможность предсказания противником моего следующего шага, и именно поэтому в ней нет закономерностей и циклов. На самом деле, конечно, есть, но они настолько глубоко упрятаны, что не видны ни на первый, ни даже на третий взгляд.

Подняв приблизительно метровой длины палку, он одним краем воткнул ее в мокрый песок и сразу же вытащил обратно.

Растягиваюсь в снисходительной улыбке. Десятилетний мальчуган, едва достающий макушкой до моей груди, решил поиграть с взрослым дядей "маркером" в гладиаторов.

Ну-ну. Неужто он думает, что солдат ребенка не обидит? Обидеть, конечно, не обижу, но и в поддавки играть не буду.

Сама по себе игра древняя как мир. По римской интерпретации, у одного бойца в руках деревянный меч, а у другого длинная кисть. Соответственно у первого цель - не допустить попадание краски на свое тело, у второго покрасить машущего мечем противника любой ценой. Довольно гуманный способ обучения. Широко используется и в нашей реальности.

В нашем случае "маркером" выступает палка, перепачканная мокрым песком.

Мальчик, покачиваясь из стороны в сторону, неотрывно следит за поющими мечами.

Рывок вперед но, наткнувшись на стену стали медленно отступает. Еще рывок, и опять неудача. Неожиданно мальчик бросается мне под ноги одновременно выбрасывая откуда-то из-за спины руку с зажатым камнем-голышом отполированным водой.

Свистнувший у виска камень заставляет меня дернуться в сторону и буквально на мгновение ослабить контроль. Мальчик молнией метнулся в образовавшуюся в моей защите брешь.

Радостно улыбаясь, мальчик показал мне язык и победно ткнул пальцем в пятно мокрого песка на моем плече.

–  Молодец, ничего не скажешь. Хорошая работа, - одобрительно качаю головой, с трудом удерживаясь от улыбки, боясь обидеть ребенка. Хотя какой он ребенок.

Далеко не у всякого воина такая реакция и хитрость. Вот опыта, правда, у него маловато. Это точно.
– Но ты кое-что забыл. Мелочь конечно, но на будущее рекомендую обращать внимание. Вниз глянь, а потом уже радоваться будешь.

Мальчик опускает глаза вниз, и улыбка тает как оставленное на солнце мороженное.

Один из моих мечей застыл у него между ног, словно раздумывая превратить этого человеческого детеныша одним движением в два симметричных куска плоти или нет, а второй плотно прижался к правому боку, собираясь сделать то же самое, но в горизонтальной плоскости.

–  Недооценивать противника - копать себе могилу, - говорю скорее себе, чем ему, пряча мечи в ножны.

Он уныло кивает головой и роняет ставшую бесполезной палку на песок.

–  И давай договоримся на будущее, - неожиданно для себя глажу его по голове, - никаких состязаний. Твой старик сказал, что ты мне поможешь, значит, мы в одной лодке. Понимаешь?

Мальчик выскользнул из-под моей руки и одарил взглядом волчонка.

–  Может пойдем?
– расцветаю в улыбке в ответ на его реакцию.

Опустив голову, он преодолевает лежащее поперек ручья бревно и начинает подъем по склону оврага. Задержавшись для того, чтобы наполнить кожаную флягу свежей водой, следую за ним.

Сумерки медленно опускаются на полуодетые деревья. Мрачные тени кустов и исполинских дубов зловеще шевелятся под ногами. Почему-то с детства не люблю ночной лес. Мне всегда казалось, что его населяют различные монстры, так и ждущие, чтобы уставший путник прилег отдохнуть. А потом ням-ням-ням.

–  Тьфу ты, - отплевываюсь от дурных мыслей.

Мальчик не сбавляя хода, обернулся, но, не увидев ничего интересного кроме меня шмыгнул носом и отвернулся.

Выносливый мальчуган, ничего не скажешь. Мы уже протопали изрядный кусок пересеченной, а местами даже непролазной местности, а ему хоть бы хны. На протяжении нескольких часов его щуплая фигурка неизменно мелькает впереди меня в зарослях, указывая дорогу.

–  Тебе не холодно?
– интересуюсь у проводника, накидывая на плечи теплый плащ, позаимствованный в свое время у Дамы.

Мальчик не отвечает, лишь ускоряет шаг.

Эх, Дама-Дама, странная ты тетка и Хозяева твои странные. И старик Апокимус вкупе с немым пацаненком, больше тянут на персонажей детских сказок, чем на реальных существ. Да и события крутятся каким-то дурацким калейдоскопом. Зачем спрашивается Хозяевам похищать Ди и ожидать моего прихода в каком-то форте с нелепым названием? Не мелковат ли я для них? Неужели у Хозяев нет более важных дел, чем играть со мной в бессмысленные игры?

–  Ночевать в лесу придется, - капризно ворчу под нос, в очередной раз споткнувшись о корень.

Еле различимый в темноте силуэт мальчика отрицательно покачал головой и ткнул рукой вправо. Посмотрев в указанном направлении, облегченно вздыхаю. Сквозь густые заросли безымянных кустов сиротливо мерцает одинокий огонек.

Меняем направление. Мимоходом замечаю блеснувший в темноте насмешливый взгляд, брошенный в мой адрес. Ну и ладно, пусть думает, что я разнеженный ребенок урбанизации не представляющий жизни без газовой плиты и унитаза с мягкой седушкой. На самом деле я просто не люблю создавать искусственные препятствия и неудобства. Если нужно можно и потерпеть, но всегда приятнее отдыхать в тепле и уюте, чем на холодной земле. На одной из миссий мы около суток шли по грудь в болотистой жиже полной пиявок и другой всякой-разной мерзости, которая пользовалась возможностью, и грызла нас за что придется. До крови, между прочим, грызла, на совесть. В качестве разнообразия нам на голову сбрасывали с этажерок-аэропланов…