Чтение онлайн

Еще Раждан заметил три здоровенных, чуть поблескивающих голубым молота. Мифрильное оружие стоило целого состояния, хоть в Дасии и не знали его истинной цены. Гномы не спешили выдавать свои секреты народу, который ценил честный дробящий и колющий металл много ниже магических выкрутасов! Тем не менее мифрильные молоты для знатных старателей делали именно в Нармроте. Магия существенно облегчала работу и заставляла держаться подальше различного рода подземных тварей.

– Ты видел его? – Начальник, похоже, был крайне обеспокоен. – Они перебрали все и рассовали по мешкам половину. Может, этот недоделанный шрад слишком поздно притащил к хранилищу свою демоническую задницу?

– Ничего не понимаю – Красный Ключ должен быть там.

– Заткнись и больше никогда не произноси этого вслух. Наверное, твои ученые умники выдумали вскрытие гробницы. С жиру бесятся, не зная, как потратить казенное золото.

– Но…

– Смотри в эти стекляшки без меня, может, привидится Ледяная Бездна или Поющая Книга!

Овер держал на ладони небольшой плоский треугольник. Казалось, это просто истертый кусок стекла. Но специалист знал, у него в руках драгоценный камень. Из каждого закругленного угла исходило по ярко-красному лучу. Их линии изгибались, плавно сливаясь в одну, на ее конце свечение снова разделялось, образуя треугольные бородки, вроде тех, что нарезают гномы на своих железных ключах. Темные братья потребовали в числе прочего какой-то красный " ключ. Похоже, они сами толком не знали, что ищут. Теперь он был в курсе, но очень сомневался, что их загадочные друзья получат эту штуковину, по крайней мере, если магическое зрение на самом деле такой редкий дар, как принято считать. Все, связанное с магией, специалист полагал своей добычей и так просто делиться не собирался ни с кем.

– А как вы выбрались из города? – Драммр не ожидал сколько-нибудь полезного ответа, но арестант будет ждать этого вопроса. Пусть уж лучше выкладывает свою ложь сейчас, пока не успел ее как следует обдумать.

– Ну, привратная стража оказалась не столь неподкупной, как принято считать. Что же до Овера Мегри, то, когда я уходил, он еще оставался в Нармроте. Все никак не мог решить, куда направиться, хотя, как я думаю, путь один – на Запад. К тому же его девчонка, эта, как там ее… – Драммр едва не подсказал: «Далеа Орманерон». – Ммм, не помню. Запропастилась куда-то.

На самом деле покинуть город им помогли все те же темные братья. Пришлось, правда, отдать им их долю. Еще долго канючили и препирались из-за того, что в банке не оказалось какой-то нужной им штуковины. Но сделка есть сделка – в Убежище свои правила. По узким и вонючим, как сами эти жалкие крохоборы, крысиным норам их вывели за городские стены. Овер по каким-то одному ему известным причинам собрался на юг. По мнению Раждана, на юге ловить было нечего, тем более, когда ты при деньгах, и тем более, когда тебя ищут – худшего места, чем зажатые между морем, Яшретом и Вердугом южные провинции, найти было невозможно. Сам он поспешил покинуть пределы Дасии. Правда, оказалось, нужно было бежать быстрей и дальше.

– Может, когда-нибудь еще провернем вместе выгодное дельце, – сказал он на прощание этому странному парню. Теперь, если уж им и доведется встретиться, то только где-нибудь у вердугской границы в пехотном строю или, не приведи Свет, в яшретских шахтах.

Наконец Раждан решился спросить:

– Э-э-э, контролер, а вы уверены, что мой, то есть ваш, багаж доставили на борт, а не растащили где-то по дороге? Очень не хотелось бы трижды пожизненно его отрабатывать.

Драммр и Шадугерат переглянулись – похоже, их подобный вопрос очень позабавил. Первой заговорила вердай:

– Игноме, конечно, жулики от природы – смошенничать на бегах или в картах для них развлечение, но серьезных преступлений в Орванаше практически нет, особенно против граждан союзных государств.

– Игномери – страна телепатов, – продолжил Драммр. – Неужели ты никогда не слышал анекдота: «Что нужно иметь, чтобы уйти от игномерийской полиции? Плохую память».

Оба довольно расхохотались.

Ритм все глубже проникал в тело корабля. Ближайший к проводнику призрак был уже полностью вменяем, что с неупокоенными вообще бывает крайне редко. Самоубийца. Несчастная любовь, сопли и всё такое. Слишком долго околачивался возле мира живых. Почти лишился рассудка, когда некроном заточила его. В соседних узилищах тоже наблюдались проблески сознания. Нук Гаар прерывал молитву короткими приказами, которые неупокоенные передавали по цепочке. Им следовало повторять слова древней освобождающей молитвы. И до поры до времени тянуть корабль вверх, не выдавая перемен.

Шадугерат осмотрела и попробовала пальцем гадательный воск – что-то шло не так, но она не могла понять что. Внезапно «Странник» как будто провалился в яму. Вся обстановка была закреплена, так что сидящие в креслах и за столиками люди смогли избежать падения. Лишь одного игноме в золотистом шелке, с длинной до пояса косой падение застало по дороге к барной стойке, но он, кажется, отделался лишь помятым нарядом да парой насмешливых взглядов соотечественников. Рука вердай машинально легла на красный рычаг. В следующее мгновение «Заоблачный странник» окончательно потерял подъемную силу. Золотистого беднягу подбросило, размозжив голову о потолок. Еще двух пассажиров сорвало с мест. Рукой и ногами Шадугерат цеплялась за мостик, без веса тела передвинуть рычаг оказалось не так-то просто.

Уже несколько дней, как бескрайние поля восточного берега Аснура сменили низкие скалистые гор! Оверу новая местность нравилась гораздо больше Скрючившиеся на камнях деревья и густой смолянистый воздух будили неясные воспоминания. Или это ему только так казалось? Уорток никогда не распространялся о происхождении подопечного, хотя Овер был уверен, профессор знает что-то важное. Лишь однажды в беседе с коллегой обмолвился: «Ревенуэр чаще других провинций давал магическое зрение». Мальчик понял, что говорили о нем, и постарался хорошенько запомнить фразу. Лишь много позже он узнал, что Ревенуэром зовется город – центр одноименной провинции на крайнем юго-востоке Дасии.

Овер считал, что вполне готов к путешествию, пока не покинул Нармрот. Уже в пути ему пришлось прикупить одеяло, походную обувь и флягу повместительней. На равнине проблемой был ночлег – постоялых дворов на южном тракте оказалось мало. И далеко не все крестьяне внушали достаточно доверия, чтобы остаться под их крышей с мешком, полным сокровищ.

Однажды он постучал явно не в тот дом, а убедить хозяев, что в его мешке одни лишь книги да зимние вещи, не удалось. Но жизнь в Треугольнике приучила специалиста к осторожности. Оставленный у дверей сарая таз для умывания вовремя предупредил его и задержал вооруженного вилами хозяйского сына. Для начала Овер запустил звуковой примитив в ухо деревенскому верзиле. По плану следовало угрожать:

– Одно движение и я загоню тебе это прямо в мозги!

Но глядя в обезумевшие глаза парня, он сообразил, что тот его вряд ли поймет, даже если услышит. Мгновение казалось, что крестьянский сын все еще может броситься на него и проделать пару дырок, но тот лишь выронил вилы и выбежал, вопя и сжимая покрасневшие уши толстыми ладонями. С тех пор специалист предпочитал спать на свежем воздухе. Пару раз его приютили полуразрушенные храмы какого-то неизвестного древнего культа.

Зато пыльный желтый тракт был практически безлюден. Лишь два-три дневных перехода до Нармрота товары преодолевали по суше. Южнее связываться с носильщиками и повозками никто не хотел – морской путь был и быстрей, и дешевле. Раз или два в день Овер замечал в небе патрульную лодку. Раскинув золотистые деревянные крылья, проплывала она, вся в голубых и оранжевых магических огнях. Иногда Овера обгоняла колонна легкой пехоты с кривыми саблями, в покрытых белой материей кольчужных шапочках. Войска двигались в обоих направлениях, но больше все-таки шло на юг.