Чтение онлайн

В самом начале этой долгой и нудной процедуры к нам подскочила Zicke, немного посмотрела, послушала — и тут же возжелала заполучить себе нечто подобное, будто своих партаков ей мало… С гневом и яростью гонимая за такое неуместное предложение в хвост и гриву, Ленни ничуть не обиделась, обозвала нас с индусом «скучными и унылыми стеблями шпината» и преспокойно направилась в ходовую рубку — у нее там очередные занятия по практическому судовождению.

Стремясь расширить линейку полезных личных практик (плюсом к дельтаплану, катеру, мотоциклу и яхте), она ныне обучается у Маурера на шкипера, прилежно тренируется в управлении «Клевером», работе с навигационными приборами и прокладке курса. Я тоже подумывал было заняться столь актуальным делом, но дальше дум дело не пошло. А она ничего, старается, Ули хвалит.

Вот и сейчас Ленни горделиво стоит за штурвалом мотобота, ведет судно ровно и уверенно, штурвал понапрасну не крутит, по курсу не рыскает. Правда, все происходит под наблюдением Маурера и только на тех участках, где фарватер шкиперу очевиден. Но индус-татуировшик все равно опасливо разместил свои баночки в углублении между трюмными люками, для устойчивости.

Терпеть боль несложно — тут не столько больно, сколько муторно и некомфортно. Спасают редкие перерывы и наблюдение за рекой — потому и выбрали мы место наверху, хотя в кают-компании Джаю было бы гораздо удобней.

Дзен-н!

Жестяным звуком ожил динамик громкой связи.

— Внимание, экипаж, все на палубу! — прозвенел металлом голос Маурера.

Шкипер после ухода из Шанхая как заново родился. Собранный, уверенный в себе, румяный и подвижный — пассионарный первооткрыватель, вырвавшийся из теснин и тенет. Даже пьет теперь по-другому — элегантно, даже манерно. И почти не пьянеет. Соответственно изменился и голос нашего капитана, помолодел и заострился.

А мы и так на палубе, нам-то что делать?

Боковая дверь возле ходовой рубки распахнулась, из трюма на свет божий вылез еще заспанный, но уже встревоженный Никлаус со штанами в руках.

— Что там случилось?

Дзен-н!

— Впереди птицы! — В искаженном динамиком голосе шкипера не было ни полутона страха, наоборот, он даже торжественен. — Похоже, те самые мифические чудовища, которыми нас пугали в Шанхае!

Вон оно что… Быстро сложив прибамбасы в белую пластиковую сумку-чехол, мы с индусом подошли к рубке, взяли бинокли.

Лежащий прямо по курсу «Клевера» длинный пологий клин выдавался в реку, Ганг в этом месте круто поворачивал на восток. Безымянный мыс начинался длинной песчаной косой, вдали за которой виднелись берега поворачивающей реки. Песок постепенно сменялся заливным лугом, переходящим в заросли кустарника, далее низкими, а потом и высокими деревьями. Постепенно поднимаясь, мыс заканчивался небольшой зеленой подошвой, за которой красовалась темная, с белыми складчатыми прожилками накосо, огромная гора с несколькими вершинами.

Изумительный вид! Если бы не парящие над лугом птички.

Мне подумалось, что здесь и сейчас на палубе мотобота должны стоять все именитые фотохудожники культового издания NG с крутейшими камерами в руках. Только вот в сопровождение каждому неплохо бы выделить по персональному Джону Хантеру, знаменитому африканскому охотнику на крупную и очень крупную дичь, да со стволами под «голанд-голанд», не меньше. А лучше всего — поставить за спиной ЗСУ 23-4.

Потому что зловещие птицы не просто впечатляли: они ужасали.

Не бывает на старой Земле таких размеров у пернатых, разве что в глубокой древности водились подобные монстры.

Мы набились в рубку.

А что на меня-то все смотрят? Да как-то пристально, обязывающе…

Ну конечно, Федя же охотник, типа не такое видел и не таких бил! Джон Хантер, елки.

А я не бил и не видел.

— Шесть штук! — констатировал Джай, оторвавшись от бинокля.

— Семь, — тут же поправила его глазастая Ленни, стоя рядом со мной и продолжая разглядывать мыс. Капитан уже отстранил ее от управления судном.

Шкипер же продолжал смотреть на меня.

— Ты таких видел, Тео? — с тайной надеждой спросил он.

Типа я сейчас скажу, что видел, и не раз, что дело плевое, и не таких, мол, бивали.

Ага.

— Откуда…

— Хищники, конечно?

— А как иначе… Глазам не верю, прямо парк юрского периода.

— Там были динозавры, — тут же влезла Zicke. — А не птицы.

— Умные все стали, — проворчал я в ответ по-русски.

Может, и здесь мы имеем что-то динозаврическое? Нет, это все же птички.

— Сам дурак, — на языке Пушкина и практически без акцента ответила сильфида.

Научил на свою голову.

Индус еще раз задумчиво посмотрел на мыс.

— Господин шкипер, вам не кажется, что нам стоит прижаться как можно быстрее к левой стороне реки?

— Нет, прямо в берег корабль и воткну! — тут же разозлился Маурер. — Конечно же доверну! Только какой тут «влево», если там у обоих берегов наверняка будут сплошные отмели! Песок сплошной!

Отмелей действительно много, да и шиверки [37] встречаются все чаще и чаще — на этом участке реки особо сложный фарватер. Потому и ползем медленно, шкипер постоянно следит за эхолотом, порой пробует дно чуть ли не на ощупь — ошибиться ему нельзя, если что, стаскивать нас с мели будет некому.

Хорошего мало.

— Разбираем личное оружие, занимаем посты, — наконец решил я. — Никлаус встает к пулемету, Ленни и Джай с автоматами. Ну а я с винтом.

С капитаном все ясно: он у руля.

Через несколько минут все опять собрались вместе, уже вооруженные до зубов.

В рубке вновь разгорелось коллективное обсуждение.

С кем может справиться подобный монстр? Если у них такой клюв, то и когти чертов птиц имеет будь здоров! Хотя расстояние до хищников достаточно велико, можно и ошибиться в размерах. Пока же представляется, что монстр в размахе крыльев имеет метров шесть-семь. Такой и теленка унесет!