Чтение онлайн

Знаком поворота партии в сторону, противоположную интересам среднего сословия, было то, что 14 июля 1933 г. Вагенер растерял полномочия как начальник отдела экономики в партийном руководстве. На первый план в экономической политике выдвинулся технократ Курт Шмитт, 27 июня 1933 г. ставший министром экономики. Гесс, со своей стороны, запретил всякие дебаты о корпорациях, а в случае нарушений грозил дисциплинарными взысканиями. В августе 1933 г. «Союз борьбы ремесленного сословия» был распущен, а его члены влились в национал-социалистическую торговую, ремесленную и промысловую организацию НСХАГО (NS-HAGO — Nationalsozialistische Handwerks-, Handels- und Gewerbeorganisation), которая стала частью ДАФ. Главной задачей НСХАГО была уже не защита интересов среднего сословия, а воспитание ремесленного сословия в духе национал-социализма. Следует отметить, что среднесословные организации партии гораздо раньше потеряли влияние на развитие событий и политический вес. После того, как Гитлер декларировал завершение «нацистской революции», среднесословный нацистский «Союз борьбы» был преобразован в упомянутый НСХАГО и лишен права вербовать в свои ряды новых членов, что лишало его всяких перспектив в будущем.

В составе же ДАФ ситуация для НСХАГО совершенно изменилась: в той же степени, в какой ДАФ не был профсоюзом, в такой же степени он стремился убедить утративших политическую идентичность рабочих в том, что вся политика режима нацелена на их идейное и материальное преобладание. Страх перед перспективой массового недовольства рабочих был для нацистов гораздо важнее, чем забота о том, как бы не разочаровать своей политикой средние слои. Иными словами НСХАГО для нацистов особой политической ценности не представлял, соответственно и влияние его было минимальным.

В январе 1934 г. министр экономики Курт Шмитт назначил ветерана партии Шмидта «имперским руководителем ремесленников», то есть наследником Рентельна. В июне 1934 г. Шмидт перенял также и руководство вновь созданным подразделением ДАФ «Ремесло». В первом своем качестве он подчинялся министру экономики, а во втором — Лею. Таким образом, завершение так называемой «второй революции» в июле 1934 г. значительно ослабило антикапиталистические элементы в СА, НСБО и в НСХАГО, что, разумеется не значит, что в Третьем Рейхе были ликвидированы все социальные конфликты.

24 октября 1934 г. ДАФ была признана организацией всех немецких работников — и физического и умственного труда. В соответствии с параграфом 7 распоряжения фюрера, ДАФ получала полномочия регулировать трудовые споры. Участие в этом процессе других организаций воспрещалось. Чтобы подчеркнуть, что это касается и среднесословных организаций, 20 февраля 1937 г. в воззвании к ремесленникам Лей написал, что ремесленные обычаи и традиции противоречат духу новой Германии и нуждаются в пересмотре{839}.

Эволюция экономического положения ремесленников в Третьем Рейхе указывает на то, что нацистский режим не придавал особого значения ремесленному среднему слою. На самом деле, оборот ремесленных предприятий составлял около 20 млрд. марок в 1928 г., затем он упал наполовину к 1932 г., но в 1938 г. вырос до 30 млрд.; в войну же опять упал{840}. С 1939 г. начались так называемые «прочесывания» с целью привлечь к службе в армии людей, без которых на производстве, в принципе, можно обойтись. От этих «прочесываний» ремесленное производство сильно пострадало; впрочем, задачу сохранить ремесленное производство никто и не ставил: Функ однажды заявил, что, в силу большей эффективности массового промышленного производства, это бессмысленно. О необходимости защиты ремесленного среднего сословия нацистское руководство перестало говорить с 1936 г.

Функционер ДАФ Нонненбрух в январе 1939 г. писал в нацистской ФБ, что экстремальные меры по защите среднего сословия повлекут за собой необходимость искусственно отгородить нижние слои народа от подъема в средний класс. Не народ должен служить среднему классу, а средний класс — народу. Функ на съезде, ремесленников в 1939 г. говорил, что у национал-социалистического правительства нет желания проводить экономическую политику, выгодную только крестьянам или только промышленности, или ремесленным предприятиям, — эта экономическая политика должна быть одинаково благоприятна для всех слоев общества{841}. Во Вторую мировую войну к ремесленным предприятиям в Германии относились несравненно жестче, чем в Первую мировую войну.

Завоевание «жизненного пространства» на Востоке представлялось Гитлеру и его окружению необходимым: во-первых, для достижения автаркии; во-вторых, чтобы путем реаграризации воспрепятствовать пролетаризации населения Германии. Для завоевания же этого «жизненного пространства» необходимо было достижение высшей степени технической и производственной эффективности. Иными словами, цель входила в противоречие со средствами ее достижения. Это обстоятельство и привело к тому, что 23 декабря 1942 г. было опубликовано распоряжение имперской канцелярии о создании в гау 29 хозяйственных палат и одновременно о прекращении действия ремесленного самоуправления и о роспуске соответствующих организаций ремесленников{842}.

Разрушение ремесленного самоуправления показало, насколько низко руководство Третьего Рейха стало ценить ремесленное среднее сословие, сыгравшее в момент прихода нацистов к власти столь значительную роль. По существу, ремесленное среднее сословие было изолировано в обществе уже с 1936 г. Нацистское руководство всегда опасалось рабочего класса с его мощной традицией самоорганизации: ему стремились обеспечить благоприятные социальные условия; зато ремесленного среднего сословия гитлеровская верхушка совершенно не боялась. Крупная буржуазия смогла сохранить большую, чем ремесленники, свободу, но все важные политические решения принимались без ее участия. В этой связи следует отметить, что программа обеспечения «жизненного пространства» не была выражением какого-либо определенного классового или группового экономического интереса. Ее истоки находятся скорее в архаическом страхе перед современностью, которая воспринималась как конец всякой определенности и безопасности. Кризис 1929 г. значительно «освежил» эти страхи, и не только в Германии. Незавершенная индустриализация была травмой среднего слоя в Германии, выразителями этих страхов и были нацисты, в большинстве своем вышедшие из этого слоя. Нацистские лидеры и, прежде всего, сам Гитлер были в свое время выброшены из буржуазной среды, и у них ничего, кроме презрения к этому слою, не сохранилось, поэтому цели их только идеологически, а не материально были обусловлены их средой. Попытка же среднего ремесленного сословия реализовать эти цели ни к чему не привела: среднее сословие дорого заплатило за свои иллюзии по отношению к нацизму

В течение всех 12 лет истории Третьего Рейха тенденция не изменилась: среднее сословие никакой самостоятельной роли не играло, а все попытки государственной регламентации вели только к ухудшению положения среднего сословия в Германии. Введение в 1935 г. «большого аттестата способностей» (Grossen Bef"ahigungsnachweises), a также другие меры по «очищению» среднего сословия от случайных элементов и ликвидации нежизнеспособных предприятий, привели к 1939 г. к закрытию 180 тыс. ремесленных предприятий (10%){843}. Приблизительно то же произошло и с мелкорозничной торговлей — она систематически снижала свою долю в торговле: с 1933 г. до 1939 г. — на 9%{844}.

Из этого следует вывод, что определяющей в нацистской среднесословной политике была не среднесословная романтика, а потребности индустриального общества. Положительным в нацистской среднесословной политике было то, что нацистское государство поставило под давление принципа эффективности всю ремесленную и мелкотоварную сферу, а это содействовало поднятию эффективности народного хозяйства в Германии при нацистах.