Чтение онлайн

— Тогда вы меня не обняли бы.

— Но ведь я сделал это в прошлый раз. А мы переживаем то же самое время!

Я вспомнил. Ведь и я сам посмотрел на Кара-Даг, хотя твердо решил не делать этого.

— Но ведь мы же не повторяем в точности все, что делали прошлый раз!—сказал я, чувствуя, как мысли начинают путаться, и что я начинаю волноваться (не в тот ли момент, как и в прошлый раз?).

Он заметил мое волнение и… МЯГКИМ ДВИЖЕНИЕМ ПОЛОЖИЛ СВОЮ РУКУ НА МОЮ, СЛЕГКА СЖАЛ ЕЕ, КАК БЫ УСПОКАИВАЯ МЕНЯ.

«Черт возьми!—подумал я.—Точно, как тогда. Что же это значит?».

— А это вы сделали намеренно? — спросил я, и мой голос заметно дрогнул.

— Нет, — ответил он. — Я думал о другом. Я напомнил ему, что точно то же движение он сделал прошлый раз и примерно в то же время.

— Вот видишь! —сказал он только.

«Ну хорошо! —подумал я.—Сейчас я встану и пойду домой. В прошлый раз этого не было».

Но я не встал и не пошел. Даже не сделал попытки. Почему? До сих пор не могу этого понять. Я как-то сразу забыл об этом моем намерении. Настолько, что совсем спокойно, будто ни о чем другом никогда не думал и не волновался, задал ему вопрос, который давно уже хотел задать:

— Кто вы такой?

— Я работник науки. Обычный и ничем не примечательный. Работал в группе, готовящей этот опыт. А для самого опыта выбрали меня потому, что я совершенно здоров и физически крепок. Кроме того, я много занимался горным спортом и мне часто приходилось падать с довольно большой высоты. И я прекрасно плаваю.

Последние фразы казались шуткой, но он был вполне серьезен.

— А разве это имеет значение?—спросил я.

— Да, и большое. Правда, не в такой степени, как для первого нашего человека, который совершил переход двадцать восемь лет назад. Он шел на значительный риск, я — на много меньший.

— Не понял вас.

— Это очень просто,—сказал он.—Наши миры очень близки, они находятся совсем рядом. В разных измерениях, конечно. Но они не полностью тождественны. Равнина у нас может соответствовать гористой местности у вас, и наоборот. Ты же сам видел, что ваш берег моря соответствует у нас городу на берегах реки. Человек, впервые совершающий переход, мог оказаться в открытом море, на вершине горы, в кратере вулкана, где угодно. Наконец, он мог оказаться на месте, уже занятом человеком или зданием.

— А что произошло бы в этом случае?—спросил я, представив себе совмещение двух человек или стены и человека в одном и том же месте. Жуткая картина!

Но он ответил весьма прозаично:

— Ничего страшного, но возможен сильный удар. А попади он на край крыши или склон горы—падение с неизвестной высоты. Вот я, например, мог оказаться не рядом с тобой, а точно на твоем месте. Тогда я как бы упал на тебя. Могли быть ушибы, а возможно, и что-нибудь похуже.

— И вы шли на это?

Он пожал плечами, словно хотел сказать: «А что же делать!».

— А какие опасности грозят при обратном переходе? — спросил я.

— Возвращение в свой мир всегда совершенно безопасно. Вернувшийся может оказаться только там, где находился до перехода в соответствующий момент времени. Ты же сам оказался дома, там, где был прошлый раз в эту секунду. Иначе быть не может!

— Да!—сказал я.—Свалиться на плечи матери я никак не мог, ведь этого не было.

— Именно,—сказал он,—этого не было. Разные события в один момент произойти не могут.

— Вы сказали, что шли на риск, меньший, чем первый ваш человек,—сказал я.—Мне кажется, что это не так. Прошло двадцать восемь лет. Допустим, что за эти годы было землетрясение и на этом месте образовался залив. Или был выстроен город. Или, — продолжал я, увлекшись,—завод, и вы попали бы в доменную печь.

— У нас,—сказал он вместо ответа,—есть книга, написанная одним из тех, кто встретился триста лет назад с вашими людьми. Кстати, их было трое. Эта книга—его воспоминания. Так вот он писал о точно такой же путанице в вопросах времени, какую я наблюдаю сейчас у тебя. Ты говоришь, что на этом месте мог быть завод. Куда же он делся за эти двадцать восемь лет?

Я смешался, только тут вспомнив, что первый пришелец, перешедший к нам, был здесь на двадцать восемь лет ПОЗЖЕ, чем мой собеседник.

— Можно, конечно, допустить, что сейчас здесь завод, как ты сказал, а через двадцать восемь лет его не будет. Он бесследно исчезнет. Но согласись, что это невероятно.

— Я сказал глупость.

— Именно потому, что через двадцать восемь лет здесь оказался, то есть окажется,—поправился он, — берег моря, мы и считали, что я почти ничем не рискую. Вот если бы наше время текло в одном направлении с вашим, тогда подобная опасность была бы вполне реальна. Люди могут превратить пустынный берег в город, но никак не наоборот.

— Да, конечно,—сказал я.—Сам не понимаю, как я мог спутаться.

— Это естественно,—сказал он.

Мы снова замолчали. Казалось, говорить больше не о чем. Но у меня могло бы оказаться множество вопросов, и если я молчал, то только потому, что было почему-то неудобно спрашивать. .Как-то само собой получилось, что инициатива в разговоре принадлежала ему.

Я посмотрел на часы. Они показывали ПЯТНАДЦАТЬ МИНУТ ПЯТОГО.

Я чувствовал, что устал. Два часа мы сидели тут прошлый раз, два часа я провел в их мире, и вот мы сидим тут вторично. И сидим почти не шевелясь.

Мне захотелось лечь. Но я помнил, что прошлый раз я не ложился. Не будет ли это совмещением событий, по его выражению? Спросить казалось мне нелепым. Не хотелось повторять недавний промах. А желание лечь становилось все сильнее. Может быть, тут сказывалось бессознательное желание сделать именно то, чего, по его словам, делать нельзя. У человека часто появляются такие желания, и с ними трудно бороться, особенно в моем тогдашнем возрасте.

Я решил лечь. Что бы потом ни случилось.

Вы догадались, конечно, что исполнить это желание мне не удалось. Я не забыл о нем, как в прошлый раз, когда решил встать и пойти домой. Я помнил, что хочу лечь. И не лег!