Состязание

— Для меня всё это уже слишком, — заявил лидер Партии власти, и глас его прогремел в небесах. — Предлагаю простое состязание, победитель получает всё.

— Ого! — ответил лидер Оппозиции, и звук материализовался в виде язычка пламени. — Я заинтригован. Каковы условия?

— Мы выбираем взаимоприемлемого субъекта, среднестатистического человека, и оцениваем его отношение к политикам наших партий. Выбранная им партия получит опеку над всем видом на все времена. Я слишком стар, дабы биться с тобой за каждого человека. Согласен?

— Это выглядит чертовски хорошей идеей.

— Да будет так!

Джон Смит подходил идеально. Он был среднего роста, среднего веса, среднего интеллекта и достатка. Даже имя у него было заурядное. В то утро он отправился на работу, всего лишь один из четырёх миллиардов, но во время обеденного перерыва он стал объектом пристального внимания двух великих умов.

— Ага! — провозгласил лидер Партии власти, отныне мы будем именовать его Г. — Обрати внимание на его щедрость: чаевые составили более двадцати процентов от общего счёта. Очко в мою пользу.

— Не так быстро, — возмутился лидер Оппозиции (назовём его Д.). — Взгляни в его мысли. Размер чаевых должен произвести впечатление на пышногрудую секретаршу, с коей он обедает. А вот его жена, уверен, такую щедрость не оценила бы. Так что очко мне.

Джон Смит вышел из-за стола вместе с секретаршей и направился по улице к месту работы. Заметив впереди пожилую даму, собиравшую пожертвования на благотворительность, он заранее перешёл дорогу.

— Что ты там говорил про щедрость? — ухмыльнулся Д. — Ещё очко мне.

Вернувшись в офис с опозданием на десять минут, Смит принялся за работу. Его секретарша позвонила ему и сообщила, что у телефона жена.

— Скажи ей, что я на совещании, — приказал Смит.

— Три — ноль, — объявил Д.

Затем Смит внёс стоимость ланча в счёт представительских расходов компании.

— Ты отстаёшь, — Д. был доволен. — Я бы сказал, что он убеждённый сторонник моей партии. Четыре!

— Возможно, — сказал Г. — возможно.

В четыре пятьдесят Смит покинул свой офис, направляясь домой.

— Не переживай. Это я не засчитаю, — великодушно заявил Д.

В метро Смит читал газету сидевшего рядом мужчины, старательно не замечая стоявшую рядом старушку.

— Пять.

Идя от станции метро к дому, Джон бросил обёртку от шоколадного батончика на газон соседа.

— Мусорить — это грех? — уточнил Д.

— Не уверен, — признался Г.

— Это неважно. Финал предрешён.

Войдя в дом, Смит поздоровался с толстой женой и уселся почитать газету перед ужином. Жена попросила прогулять собаку перед тем, как они сядут за стол. На этот раз на лужайке соседа осталось кое-что ещё.

— Думаю, на этом можно остановиться, — сказал Д.

— Не слишком честно. Шесть очков к нолю.

— Хочешь тест поточнее?

— Например?

Д. взмахнул красными руками, и из переулка рядом со Смитом донеслись крики.

— Помогите! Кто-нибудь, помогите!

Д. набрал ещё одно очко, как только Смит намеренно отвернулся. Г. послал к Смиту полицейского.

— Вы что-нибудь слышали? — крикнул полицейский.

— Нет. Я в этом не участвую.

Г. нахмурился. Д. улыбнулся.

Смит быстро направился обратно к дому, ускорив шаг по дорожке, заслышав трель звонка.

— Это тебя, — позвала его жена.

Он поднял трубку.

— Какого чёрта, Кристофер? Да будь я проклят!

— Может сыграем ещё пару партий? До двух побед? — вздохнул Г.

Перевод — Антон Лапудев